Галина Чередий – Упрямый трофей (страница 4)

Залез под душ, нашел не самый вонючий гель для душа, ополоснулся, быстро растерся полотенцем и вышел из ванной, сходу нарвавшись на слегка офигевший взгляд дамочки лет сорока примерно в розовом шелковом халате.

— Доброе утро! — помахал я ей рукой.

— Доброе. — ответила она, совершенно не обламываясь опустив взгляд к моему прибору.

Я тем более обламываться не собирался, прошел мимо нее по коридору в спальню и стал одеваться, собирая свое барахло с пола. Милана сидела на краю кровати ко мне спиной, явно всей позой сигнализируя, что обижена. Да и хрен с ней, не придется хоть болтать и чего-то обещать.

Нашарил в куртке ключи от тачки и бумажник, сунулся в него, но налички там не было, только карты. Быстро обиженка подсуетилась, поняла все, выходит, правильно, что все было одноразово, дальше ничего не светит и решила взять деньгами. Я бы и сам дал, но раз решила по крысиному — хрен с ней, я не жадный, но память у меня хорошая. Ухмыльнувшись в спину обиженке, вышел из комнаты не прощаясь.

ГЛАВА 5

Олег

— Олег Алексеевич, вам рано еще вставать! — вскочила, преграждая мне дорогу медсестра. — Доктор не разрешал пока ходить!

— Да сколько же мне еще валяться тут? — скривился я невольно.

Пока лежал, вроде ничего было, а только сел, так головная боль вспыхнула с такой силой, что свет почудился нестерпимо ярким. Да и плечо тут же прострелило жёстко, видимо обезбол перестал действовать уже. Ночью я пару раз просыпался, так не болело вроде. Мне потому и стало казаться, что не так уж и досталось мне, как вокруг суету разводят. Наверняка большая ее часть происходит из-за страха неприятностей от отца и жены его, случись какой недосмотр.

— Сколько надо, столько и полежите! Вас еще невролог не смотрел и МРТ через час только.

— Ну хоть телефон верните, скучно же так до невозможности и дел у меня куча. — практически взмолился я.

— Скажет доктор, что можно вам зрение напрягать — вернем. — непреклонно ответила медсестра.

Девушка была ростом едва ли метр пятьдесят, немного пухленькая, но на мордочку хорошенькая, хоть и вообще не мой обычный типаж. Хмурилась она очень забавно и говорила строго, но голосок писклявый подводил, так и тянуло улыбнуться, не взирая на поганое состояние.

— А что, когда меня он посмотрит и сделают это ваше МРТ, то мне тут же полегчает?

— Нет, конечно. Но мы уточним ваше состояние и лечение скорректируем, а вот от этого уже точно станет легче.

— Ладно, но мне все равно нужно посетить санузел. — упрямо стал подниматься я.

— Нет-нет! Ложитесь, я вам судно подам.

— О-о-о, ну вот этому точно не бывать! — я вовремя вспомнил, что мотать головой не стоит.

— Если вы стесняетесь, то напрасно. Ничего в этом такого нет, тем более для меня.

— Не сомневаюсь. Зато для меня такая масса неизведанных ощущений. Вас как зовут?

— Анна.

— Анечка, я не готов к судну совершенно. Ни морально, ни физически. Мне же не ноги перебили, в конце концов, а слегка по голове треснули.

— Но вам нельзя еще ходить!

— Нельзя, но ведь если очень надо, то можно, да? Вся ответственность на мне и пройти то нужно всего несколько шагов.

Я все таки поднялся, постоял держась за высокую спинку кровати и прислушиваясь к своему состоянию, только после этого сделал первый шаг. Аня тут же подскочила, причитая, как по покойнику и подставляя мне свое плечо с нетравмированной стороны и мы потихоньку пошаркали к двери санузла.

— Дверь я вам закрыть не дам, уж извините, Олег Алексеевич. — твердо заявила медсестра.

Ладно, такое я еще переживу, можно подумать не случалось отливать в присутствии девушек, особенно по пьяни.

— Всегда знал, что ты извращуга. — раздался самый ненавистный голос за спиной. — Че, даже в больнице не можешь потерпеть и не поболтать вялым прибором перед кем-нибудь?

— Пошел на хер! — рыкнул я, даже не оборачиваясь, а в голове снова бомбануло болью от вспыхнувшей злости. — Ты какого приперся? Я же не в морге лежу, чтобы ты мог порадоваться.

— Всегда нужно надеяться на лучшее. А вдруг ты сейчас упадешь и в корчах сдохнешь. Травмы башки они такие коварные.

— Вы кто? — подключилась пискляво и Аня. — Вас кто сюда пропустил? Почему вы даже без халата?

— Да кто же меня остановил бы, мышонок! — фыркнул ублюдок, смерив девушку таким бесстыжим взглядом, что бедная Анюта тут же вспыхнула.

— Я сейчас охрану позову! — пригрозила она, рванув к двери.

— Не надо охрану, Аня. — я с трудом, но сам пошел обратно к кровати, еще не хватало радовать этого козлину видом моих страданий. — Он уже уходит.

— Ну не прям сразу. Я тут не на тебя полюбоваться, хоть и не стану брехать — зрелище приятное, а с высочайшим поручением узнать какого же хрена с тобой случилось и не сдохнешь ли ты.

— В смысле?

— В прямом. Папаша твой на ушах и меня мать дернула.

— Откуда они узнали? Я же просил их не беспокоить.

— Главврач им дозвонился. Он же не дурак, такое говно, как ты сдохнет у него в больнице, а твой папаша его потом со свету сживет. У него в этом рука-то набитая.

— Да пошел ты…

— Эх, зря кипиш подняли, ты вон даже ходячий вполне и ни хрена ни при смерти.

— Как вам не стыдно так говорить! — возмутилась сестричка. — Олег Алексеевич чудом жив остался! Если бы не та девушка, что помешала нападавшему, то он наверняка бы погиб!

— Да? — прозвучало это у меня и сволочного визитера в унисон.

Я сам мало что помнил. Крик, сразу удар, ослепительная боль. Все.

— Да! Вам очень повезло, Олег Алексеевич, что она там оказалась. И даже бросилась на помощь. Сейчас такое редкость. Мне все сменщица рассказала, она слышала как следователь ее опрашивал.

Значит надо будет узнать у этого следователя кому жизнью, вероятно, обязан и отблагодарить человека хорошего. Ведь Аня права, время сейчас такое, что убивать будут и никто не вмешается, еще и на телефон поснимают, чтобы хайпануть.

— Да уж, беда прямо с такими вездесущими неравнодушными гражданами. — цинично ухмыльнулся Тимур и скроил недовольную рожу. — Значит, помирать ты не собираешься?

— Не дождешься.

— Ладно, тогда отзвонись сам своему папаше, а то он там собрался домой срываться, сынулю спасать, которого, само собой, я покалечил.

— А ты тут при чем?

— При всем. У вас же всегда и во всем я виноват.

— Ой, еще взрыдни, бедолага, любовью всеобщей обделенный. Кто меня бил я не видел, вряд ли ты сам бы так засветился, но кто сказал, что это не твои дружки наркоманы и барыги.

— Да пошел ты! Я тебе еще вчера сказал, что я не при делах! Сам хочу отловить тварь, что оборзела барыжить в клубе.

— Хрен я тебе поверю! Ты охрану нарочно из своих дружков понанимал, чтобы в рот тебе смотрели и прикрывали!

— Прекратите немедленно! Олег Алексеевич, сейчас ложитесь, вам сейчас хуже станет! — встала между нами Аня и руками замахала, потому что перекрыть нам прямой визуальный контакт росточка ей не хватало. — А вы, мужчина, покиньте палату сию же минуту! Нельзя нервировать пострадавшего в таком состоянии. Сейчас же вон или я зову доктора и охрану!

— Да угомонись, воинственная мышь, я сваливаю уже. — мгновенно успокоившись, сказал Тимур с насмешливым фырканьем. — А ты — позвони папаше, можешь брехать все, что вздумается, мне похер.

ГЛАВА 6

Галина

— Вот серьезно, Галь, чего ты бывшего обратно не примешь? — спросила Ленка, сноровисто собирая букет и коротко глянув вслед выходящему с унылым видом из магазина Андрею. — Ну гульнул, сволочь, конечно, так они же все гуляют, поголовно. Даже самые стремные и ниочемошные и те только и норовят налево. И самомнение у мужиков сейчас — мама не горюй. Сам чучело чучелом, убожество прыщавое, страхолюдина или натуральный пивной пельмень на ножках, за душой ничего, но подавай каждому модель как минимум. И чтобы вся из себя ухоженная и одетая была, копейки у него, ни боже мой, не попросила, со своей жилплощадью, хозяйка экстра класса, да еще порнозвезда безотказная в постели. А твой вон хотя бы смазливый, на него сами бабы вешаются сто процентов. Как ему было устоять?

— Лен, отвали от меня. — огрызнулась я, бесконечно устав от подобных споров с окружающими.

Ну вот что это с жизнью и людьми стало, если измены и предательство все вокруг воспринимают как нечто само собой разумеющееся, незначительное, то, что можно запросто простить и даже необходимо это сделать. А если этого делать не хочешь, то это ты странная и неумная.

— Нет, ну а чего, Галь? Ерепенишься сейчас, а как подберет кто опять твоего Андрея, так локти захочешь кусать, но поздно будет. Он же у тебя даже не алкаш, так, пивком по вечерам балуется. Такие долго на дороге не валяются.

Андрей тоже там не валяется, он у меня на диване в гостиной бомжует уже неделю. После его нежданного возвращения я поутру его выставила вон, уходя на работу, но уже вечером нашла бывшего уныло сидящим на крыльце в обществе своих сумарей. Плюнула и разрешила переночевать еще раз, с того времени так и ночует, умудряясь не подавать мне повода снова его выставить. И полка в ванной опять на месте. И по дому Андрей шуршит, прям хозяюшка, никаких грязных тарелок в мойке, раскиданных носков, объедков с бутылками и пустыми упаковками повсюду. И мусор выносится без моего единого слова. И в обед прибегает ко мне в магазин, приносит что-нибудь к чаю. И с работы встречает. Вот кто мне скажет, почему нужно было с ним развестись, чтобы сделать чуть ли не идеальным? Почему все четыре года нашего брака я жила с каким-то бытовым инвалидом и свинтусом, а сейчас он как будто другой человек. Реально поменялся, что-то поняв или это такая искусная игра до тех пор, пока не сдамся и все станет как раньше? Или его так любовница выдрессировала? А я вот не смогла. Что, опять же дело во мне? Пока везла, он и ехал, а все мои просьбы и слова в упор не слышал, потому что это позволяла и все сама же по итогу делала?