Галина Чередий – Упрямый трофей (страница 2)

— Помогите! Полиция! — тут же звякнул колокольчик, сообщая, что кто-то вышел из дверей кругляка.

— Сука! Убью, тварь! — сдавленно прошипел несостоявшийся убийца, и бросился прочь, мгновенно исчезая в темноте.

А я осталась сидящей на асфальте рядом с бессознательным парнем, вокруг головы которого начало быстро расползаться кровавое пятно.

ГЛАВА 2

Галина

— То есть, вы не были знакомы до этого с потерпевшим, но бросились ему на помощь? — не в первый раз, недоверчиво и чуть ли не с намеком на ехидство спросил меня полицейский, отряженный взять у меня показания.

— А вы бы не бросились? Человека на ваших глазах хотят убить, а мне стоять и смотреть? Может еще на телефон надо было поснимать? — раздраженно ответила ему и поморщилась.

Сразу то не почувствовала на адреналине, а позже поняла, что боком об асфальт все же не слабо приложилась. Ныло бедро и плечо, да и поясница решила поддержать их после долгого рабочего дня. К тому же, то и дело в животе урчало, да и корма Пыше я так и не купила и предвкушала от нее ночной концерт по этому поводу. А тут еще этот ехидничает. И главное — с чего бы?

Скорую и полицию вызвала та самая продавец из кругляка, которая своим выходом спугнула нападавшего. Пока медики добирались, она все бегала вокруг и причитала о том, что она покойников до смерти боится, так что мне самой пришлось аккуратно переворачивать пострадавшего и проверять у него пульс, убеждаясь, что он все же жив. После этого я подумала уже уйти, но тут на удивление быстро приехала Скорая, парня погрузили и доктор стал настаивать на том, чтобы я тоже с ними ехала, мол, осмотреть необходимо по-любому, зафиксировать повреждения, если есть, раз тут дело с явной уголовной окраской. Пришлось соглашаться, так что опрашивали меня уже в больничном коридоре.

— Забавно, что вы это упомянули. — усмехнулся полицейский.

— Не вижу ничего забавного. Слушайте, если у вас больше нет вопросов, то можно я уже домой пойду? Почти час ночи, а мне завтра к девяти на работу.

— Я вас отвезу, Галина Ивановна. — неожиданно захлопнул чехол своего планшета полицейский и поднялся с жесткой банкетки, на которой мы сидели.

— Да я и сама доберу…

— Бросьте, ночь на дворе, а вы живете на Дубинке. Тот еще райончик, я должен убедиться, что вы доберетесь без происшествий.

— Ну ладно, — не стала я геройствовать, не то состояние. — Вам же работы меньше, вдруг чего, да?

— Типа того. — согласился мужчина.

Было ему лет тридцать навскидку и, когда не ухмылялся непонятно и не хмурился грозно, то его можно было бы назвать привлекательным. Не то, чтобы смазливым, для этого черты резковаты, нос крупный и подбородок тяжеловат, но так и просится на язык — волевое лицо. Да, ростом вышел и сложен хорошо. Короче, явно от недостатка женского внимания не страдает.

— Спасибо! — поблагодарила, когда он галантно распахнул передо мной пассажирскую дверь машины.

В отличии от пострадавшего, ездил господин полицейский на творении отечественного автопрома и явно изрядно пожившем, судя по жалобному взвизгу пружин в заметно просиженном сиденьи. Но после жесткой больничной банкетки, а тем более асфальта и это было за счастье.

Адрес спрашивать у меня мужчина не стал, видимо запомнил, записывая мои данные для протокола. Все светофоры уже перешли в режим желтого мигающего и машин было очень мало, так что ехали мы быстро.

— Галина Ивановна, вы правда не узнали пострадавшего? — пару раз покосившись на меня, опять спросил полицейский.

Он, само собой, представлялся, но я ни звания, ни имени-фамилии не запомнила.

— Да почему вы все время меня об этом спрашиваете?

— Ну… это бы объясняло немного вашу… хм… отвагу.

— Почему это?

— Потому что, господин Фомин считается известной личностью у женского населения нашего города и девушки на многое готовы, чтобы обратить на себя его внимание. — я нахмурилась, припоминая почему эта фамилия кажется мне знакомой, а он продолжил. — Буквально вчера в дежурную часть доставили двух дам, которые устроили настоящую жесткую драку на выходе из одного ночного заведения, конкурируя за право уехать из него с вашим спасенным.

— Предполагаю, что раз доставили обоих, уехал этот Фомин с третьей. — фыркнула я. Надо же какая выдающаяся личность. — Фамилия звучит знакомо. А чем он так известен и ценен, если за него женские поединки устраивают?

— Известно, собственно, все их семейство, больше половины недвижимости коммерческой в городе принадлежит его отцу и самому пострадавшему, а мачеха владеет всем, что связано с лесом у нас в области, от вырубок до реализации на базах и производства мебели. К тому же, у самого же потерпевшего самый крутой ночной клуб “Крейзи милк” в совладении со сводным братом и другого всего, так сказать, по мелочи, но в изрядном количестве.

— А, тогда понятно, почему девушки добиваются его внимания. — вздохнула я и снова поморщилась, — Но это не мой случай. Честно сказать, я сейчас сама задаюсь вопросом чего кинулась. В тот момент не думала вообще, как только увидела, что этот в балаклаве идет и замахнулся, так с перепугу дальше толком и не помню.

— Галина Ивановна, а вы совсем-совсем не разглядели нападавшего?

— Совсем. Ни нападавшего, не пострадавшего. Я на цвет машины его отвлеклась, Фомина в смысле, подумала насыщенный какой, взгляд перевела, а там такое. Разве что могу сказать, что этот парень в балаклаве был сантиметров на десять примерно ниже Фомина и заметно пощуплее. Плечистым не назовешь, короче, хоть и был он в мешковатой толстовке. — припомнила я. — Мы приехали, вон там притормозите, около черной калитки.

— Вас понял. Возможно, как отдохнете, вспомните еще что-то. — кивнул полицейский, остановил машину и, пошарив в бумажнике, протянул мне визитку. — Позвоните мне, если такое случиться. И на днях мне придется вас вызвать к нам в управление, опросить еще раз.

— Ну раз надо. — пожала я плечами, выбираясь из салона, в котором пригрелась в ночную прохладу.

— Галина Ивановна! — окликнул меня мужчина уже у калитки. — Если вы решите позвонить мне просто так, я тоже буду рад.

Я угукнула и вошла во двор. Ну вот, господин полицейский явно в курсе, что обладает привлекательной внешностью и этим не стесняется пользоваться.

Уже в прихожей глянула на визитку. Мохов Александр Петрович, целый майор полиции.

Пыша вышла встречать меня, глядя авансом со всем возможным осуждением и я ее не разочаровала.

— Прости, но корма я не купила. — вздохнула я виновато, закинула пакет с продуктами в холодильник не разбирая, поняв что нет сил на это и спать я хочу больше, чем есть.

Наклонилась и попыталась погладить кошку, но она увернулась, мявкнув гневно, явно указывая, что благосклонности ее я не заслужила, и задрав хвост палкой, умотала вглубь дома. Наверняка чтобы собраться с силами и устроить мне такой концерт, чтобы впредь неповадно было опаздывать и забывать о бедном несчастном животном.

— Ну и ладно, ветеринар вообще-то сказал, что у тебя ожирение. — мстительно сказала я ей вслед. — И вообще, в кладовке мышами воняет.

Я задержалась в коридоре, выбирая между ванной и спальней и решила, что лягу спать засранкой, сил моих нет больше, глаза слипаются невыносимо. Но я в себе ошибалась.

Не включая свет, зашла в спальню, стягивая блузку на ходу, но внезапно споткнулась через что-то и рухнула на кровать, точнее — на кого-то, кто на этой моей кровати лежал. Кто-то охнул почему-то подозрительно знакомо, а я с криком буквально к потолку подпрыгнула и рванула к двери. Снова споткнулась, полетела кубарем, опять ударяясь и без того отшибленными местами.

Вспыхнул свет, позволяя узнать неожиданного вторженца и подтверждая мои худшие подозрения.

— Семенов, какого черта ты тут делаешь?! — возмущенно заорала я, глядя на взъерошенного со сна и практически голого бывшего.

ГЛАВА 3

Галина

— Галь, ты время видела вообще? Где ты шлялась? — возмутился он вместо ответа.

О, как же мне это знакомо! Прям до тошноты.

— Это я тут задаю вопросы! — вскочила я с пола и только теперь увидела, через что споткнулась дважды.

Практически посреди моей небольшой, но уютной спальни стоял чемодан и объемная спортивная сумка. Тоже очень подозрительно знакомые, потому как именно в них я собственноручно собирала барахло Андрея, выставляя его из дому.

— Это что, блин? — ткнула я в них.

— Галь… слушай… ну хорош нам уже дурить… — начал Андрей, поднимаясь и шагнув ко мне, скорчив ту самую виновато-несчастную гримасу на смазливой физиономии, на которую я столько лет покупалась. Но те времена уже прошли.

— Она тебя выставила! — оборвала я его и злорадно хохотнула. — Что, ее тоже достало совмещать в себе сексуальную кошечку с ломовой лошадью, нянькой, уборщицей, кухаркой и прачкой, пока ты ни черта не делаешь в ответ?

— Галчонок, вот за что ты так со мной? — добавил драмы в голос и взгляд бывший, но нет, больше это не работает. — Я вернулся, потому что люблю тебя не смотря ни на что, готов прощать все обиды и даже ошибки, что и тебе пора научиться сделать.

— Семенов, ты больше не входишь в число людей, имеющих право говорить мне что делать.

— Галь, ну перестань! Ты достаточно наказала нас обоих!

–– С чего бы это мне себя-то наказывать? Это не я налево бегала.

— Ну ты же понимаешь, что ничего не бывает просто так и в любом конфликте виноваты обе…