Гала Мрок – Полдень (страница 3)
–
Из‑за спины Николаса появляется мужчина на вид лет сорока пяти.
Одет в чёрную форму – в принципе, как все военные на этой базе. Высокого роста, широкоплечий, с коротким ежиком темных волос, гладко выбритый, с тёмно‑карими, почти чёрными глазами. Он окидывает меня быстрым взглядом.
– Слушаю, командир, – басистый, хрипловатый голос звучит уверенно и отточено.
– Кейт под твоей ответственностью. Сопровождать её куда бы она ни пошла. – Ник говорит это на повышенных тонах, не сводя с меня бешеного взгляда. —Забери её из больницы и отведи ко мне домой. А я пойду к этому сукиному сыну. У Рика, видимо, фляга совсем потекла, – выплевывает Ник.
Какого черта он привел с собой этого мужчину? Заранее продумал, что я соберусь на поиски Сэма? Или знает что-то, чего не знаю я…
– Понял. Принял, – отрапортовал Бэн.
Николас разворачивается на пятках и быстрым шагом удаляется к выходу.
– Ник? – окликаю его.
Брат останавливается, не оборачиваясь. Замечаю, как вздымаются и опадают его плечи.
– Не порть всё, Ник. Так или иначе я выберусь отсюда.
Со всей силы он бьет кулаком в стену. Штукатурка сыплется пластом, медсестра в коридоре вскрикивает, эхо разносится по помещению.
– Блять! – злобно кричит Николас и покидает палату.
Несколько секунд висит неловкая тишина. Доктор первый нарушает её, и за это ему спасибо:
– Вот, дорогуша, ваша выписка. Желаю удачи, – Поинт смотрит на меня, поджав губы.
– Спасибо, – бурчу я.
Мэтью, шаркая ногами, уходит. Смотрю на больничную кровать: на ней аккуратно стопкой лежат вещи, запаянные в полиэтилен, а на полу стоят берцы, начищенные кем-то до блеска.
– Переодевайся и пойдем отсюда, подышим воздухом, пока дождь не начался, – басит Бэн. – И это… Давай без глупостей. Бегать за тобой мне в падлу, колени на погоду ломит. Жду за дверью.
Кидаю на него взгляд исподлобья, раздираю руками упаковку с долгожданной формой. Замечаю на его лице ухмылку.
– У тебя пять минут! – говорит он, прикрывая за собой дверь.
Какого хрена все повадились раздавать мне приказы?! Ну ничего, скоро я покажу всем свои зубки. Нужно немного подождать.
Скидываю с себя голожопый халат, ощущаю холодный воздух на коже, натягиваю спортивное белье и форму. Внутри всё горит – нервы натянуты до предела. С каждым движением я чувствую, как приближаюсь к своей цели…
Глава 3
Холодный воздух обжигает лицо, когда мы с моим сопровождающим наконец покидаем больничные стены. Застегиваю молнию куртки под самое горло, пытаясь удержать остатки тепла внутри.
Двое солдат меняют колеса на одной из машин. Бэн, стоит чуть впереди, отстраненно глядя вдаль. Подкуривает, делает глубокую затяжку и шумно выдыхает дым. Ветер гонит облако прямо мне в лицо – морщусь от запаха табака.
– Я думала военные ведут здоровый образ жизни, – говорю равняясь рядом.
Бэн бросает на меня короткий, небрежный взгляд своих черных глаз. Достает шапку из кармана и натягивает на голову.
– Быть военным – это вредная привычка, остальное – цветочки, – пробормотал сквозь затяжку.
Пока он травит свой организм, я осматриваюсь.
Мрок.
Название, которое немного пугало. В моём представлении тут должно быть мрачно, убого, грязно, люди – серые и неприветливые, но пока передо мной встает совершенно другая картина.
Аккуратный, ухоженный военный городок. Чисто. Дороги, выложенные плиткой. Стены зданий – выбеленные, ровные, ни единой трещины. На газонах – подстриженная осенняя трава.
Персонал больницы оказался вполне нормальным: он сильно отличался от тех, кого я когда‑то встречала в онкодиспансере с мамой. Вот там был поистине мрак! Злые взяточники, которые без купюры даже слушать тебя не станут, пренебрежительное и отстранённое отношение к больным… А тут совсем иначе – не притворное внимание и забота о пациенте.
Удивительно.
– Шапку надень, – говорит Бэн натягивая кожаную перчатку.
– Мне не холодно. Волосы греют, – отмахиваюсь.
Он подходит ближе, настолько, что мне приходится поднять голову, чтобы встретить его взгляд. Захватывает прядь моих волос, наматывает ее на палец – медленно, словно проверяет мою реакцию.
– Знаешь, у нас тут очень мало молодых девушек, но очень много тестостероновых мужиков. Не нужно привлекать к себе лишнее внимание, – он отпускает прядь, лезет в карман моей куртки и достаёт оттуда чёрную шапку. – Надень шапку!
Показушно тяжело втягиваю холодный воздух и натягиваю ее замерзшими пальцами.
– Лучше бы перчатки выдали. Руки окоченели, – ворчу, цепляясь взглядом за Бэна.
– Сходим потом на склад. Может, подберут что-то под твои лапки, – он скользит взглядом по моим кистям,
Стискиваю зубы. Мысли возвращаются к словам Рика: –
Очень надеюсь, что Ник не смог всё испортить. Иначе придётся продумывать план побега, а с такой охраной сделать это будет крайне сложно, да и одной, без оружия, за пределами базы мне долго не продержаться. Неприятно осознавать, но это факт.
В пространство ворвался звук мотора – надорванный, тарахтящий будто машина вот-вот развалится. Бэн поднял голову первым. Я обернулась следом.
По дороге, оставляя за собой след темного масла, катится побитая армейская машина. Лобовое стекло треснуло паутиной, капот помят, одна фара мертво болтается на проводах. Машина дернулась еще пару раз и заглохла.
– Дело дрянь… – выдыхает Бэн.
Двери распахнулись почти одновременно. Из машины выбрались двое солдат. Один держится за плечо, второму кровь заливает висок.
– Быстро! – крикнул один из них.
Оба почти ввалились внутрь машины, через секунду вытащили первого раненого. Парень без сознания, шея в фиксаторе, форма разорвана на груди. Затем второго – тот стонет, прижимая перебинтованную руку. Третьего вытащили последним: он весь в крови.
Из дверей госпиталя выбежали двое медиков – мужчина и женщина. На бегу натягивая медицинские перчатки, взгляд острый, цепкий, быстрый.
– Что произошло? – женщина подхватывает одного под локоть, проверяя реакцию зрачков.
– Авария! – отрывисто отвечает один из солдат, вытирая кровь с лица тыльной стороной ладони. – Уходили от стаи мутантов. Выскочили на дорогу… перед нами стояла брошенная тачка, врезались прямо в неё.
– Укушенные есть? – медик бросает взгляд на каждого, проверяя открытые участки кожи.
– Нет, укушенных нет, – резко отвечает второй солдат, – Только механические травмы.
Медсестра проверяет пульс у первого раненого и резко кивает напарнику:
– Внутрь. Сразу во второй бокс.
Носилки разворачивают. Солдаты идут следом, ноги дрожат. Адреналин еще держит, но скоро их накроет.
Бэн стоит рядом, молча, напряжен, как пружина.
Смотрю, как двери закрываются за носилками. Металлический запах крови висит в воздухе – как напоминание, что мир катится к чертям.
– Привыкай, – бросил Бэн глухо, не глядя на меня.
Сердце тарабанит по ребрам. Осознание реальности происходящего накатывает только сейчас. Опасность повсюду. Каждый день может стать последним. Это не игра. Это жизнь, которую придется выдергивать из лап смерти ежеминутно.
– Стараюсь, – переступаю с ноги на ногу.
– Пойдем, – Бэн поправляет ворот куртки.
Бэн двигается длинным, упругим шагом. Я же, семеня ногами, почти бегу следом.
На улице действительно практически одни мужчины. Женщин я заметила лишь двух – полноватые, лет под пятьдесят, ковыряются у какого-то хвойного куста, похожего на тую.