Габриэль Сабо – Детективы в фартуках. Последняя трапеза аббата (страница 3)

Лазутчица отделалась лёгким румянцем на мягком рельефе своей фигуры, и быстро принялась действовать дальше: туфельки вновь обрели хозяйку, которая решительно последовала к входу в обитель.

С опаской пройдя мимо лика Святого Алоизо, она достала ключ, и тяжёлая дверь больше не была для неё преградой. Дама прихватила с собой один из подсвечников у входа, и уверенными шагами подошла к двери канцелярии Дона Патричио. Увы, она оказалась заперта, как и остальные соседние двери. К тому же, при даме был только один ключ, и он не отпирает всех дверей аббатства, а раз уж она всё равно вторглась в чужие покои, то почему бы не проверить пару замковых пролётов?

Теперь уже шагая осторожно, она присматривалась к каждой тени, прислушивалась к каждому шороху, к каждому посвистыванию ветра в старых дымовых трубах. Внезапно, её рука дрогнула от горячей восковой капли, упавшей на её ладонь, и свеча оказалась у её ног. Тем временем, ослабшие факелы устрашающе отбросили тени по углам, нагнетая страх. «Это просто воск! Свечка разрыдалась, заляпав кружевные рукава и подол моего нового, изящного платья. Дурной знак. Хотя нет, мелочь. Дома сведу его утюгом», успокоила себя в слух дама, отмахнувшись от беспокойства. Но если бы не эта мелочь, она бы не обратила внимание на щёлочку света, выглядывавшую из слегка приоткрытой двери впереди. Действительно: там, наверху, из приоткрытой двери трапезной вырывался тусклый свет, из совсем узенькой щёлки. Возможно, это был свет догоравшей свечи, а может, лампадки. Но так или иначе, она замерла на каменной лестнице. Войти? Нет, уже слишком поздно. Поздно идти назад.

Дама тихо-тихо, медленно-медленно приоткрыла дверь и робко заглянула за порог. Догоравший хворост в камине будто специально приглушил свет, не дав рассмотреть профиль лица, склонившегося у стола. «Чего робеть? Это не моя вина, что я очутилась здесь. Плевать, я его не боюсь!», подумала она и стала смелее.

– Дон Патричио! Аббе! Вы меня слышите? Аббе, зачем было закрывать ворота на замок?! Это как минимум непорядочно! Я понимаю, что вы дали мне ключ от входной двери, но как бы я зашла через ворота? А, вы думали, что я не явлюсь, что меня это остановит? Вы меня ещё не знаете! Аббе?

Но Дон Патричио был безмолвен.

Ещё минуту назад осмелевшая дама заметно занервничала. Сделав ещё несколько шагов в его сторону, она остановилась на расстоянии вытянутой руки.

– Аббе? – ещё раз осторожно спросила она.

Любопытство перебороло страх: она осмелилась подойти к нему вплотную и дотронуться до его плеча. Тело Дона Патричио с грохотом свалилось со стула, а даму охватила дрожь, прежде чем она успела понять, что произошло.

– Нет, не может быть… О Боже, неужели он… Мёртв?!

Глава 2. Опять на крючке

В одном из портовых городков на самом краю туманного Альбиона, на одной пустынной улочке в самом конце пристани из телефонной будки звонил человек. Он был уставшим, промокшим и крайне голодным, а вследствие этого – раздражённо-обессиленным. Может, ещё и потому, что битый час никак не мог дозвониться по важному номеру в солнечный Тенерифе, и вдобавок у него оставалось каких-то двадцать пенсов. Этим человеком был шеф Пополь Пикард.

И когда последние монетки звонко опустились в прорезь, потерявший надежду мсье Пикард потянулся за носовым платком – сырой английский климат помимо общей апатии вызвал у него приступ насморка.

– Алло, я слушаю! Говорите! Я вас не слышу! Кто у аппарата?! – вдруг заворчал недовольный женский голос на другом конце.

– О, Боже! Кира, умоляю, только не бросай трубку! Не верю своему счастью, как я рад, что наконец застал тебя на месте!

– Что? Неужели это вы, шеф Пикард?! Что с вашим голосом, вы простыли или звоните со дна шахты?

– Ах, Кира, моя дорогая Кира! Это просто кошмар, кошмар! Этот аферист, этот чёртов пройдоха, это всё его вина! И как я только мог допустить такое…

– Да что же случилось, объясните толком?!

– Говорю же, настоящая катастрофа! Я просто в истерике!

– Так, Пополь, возьми себя в руки! Давай по порядку. Как это случилось?

– Помнишь, перед твоим отъездом в свадебное путешествие с мэтром Себастьяно Доменико, наш добродетельный Марио предложил Эрнано поднять со дна Танжера затонувший корабль "Тессей", чтобы сделать из него модный ресторан?

– Да, конечно помню. И что, идея не выгорела?

– Идея заключалась в том, чтобы поднять его на сушу, отремонтировать и переправить в Европу. Я, конечно, знал, что у нашего некогда успешного ресторатора Эрнано просто талант ввязываться в сомнительные авантюры, но в этот раз… Только слабоумный мог согласиться на такое, Кира! Чинить этот антиквариат они всем миром решили конечно же в Марокко, так как по месту дешевле обходятся рабочие руки. И что же ты думаешь, они всё же кое-как привели это корыто в божеский вид, да только вот деньги слишком быстро утекли. А нужно было ещё как-то переправить и себя, и горе-ресторан в Европу! Одна конторка в Рабате предложила Марио заманчивое предложение с пометкой «эконом»: транзит через Тунис вместо прямого рейса в Марсель. И дальше понеслось… На таможенном контроле в Тунисе эту скроенную гору хлама обыскивали так, словно мы спрятали в нём ядерную бомбу! В итоге, таможенники находят нечто в одном из трюмов, такое, к чему никто из нас не был готов!

– Неужели, сокровища?

– Ещё какие: пару погнутых шпаг, рваный сапог, ночной горшочек, оловянный перстень и чей-то выпавший железный зуб. Разве это можно назвать сокровищами, Кира?!

– Обыкновенный ширпотреб. Не понимаю, с чего весь сыр-бор, ведь это же ерунда, Пополь!

– Это было бы ерундой, Кира, если бы не один юридически значимый факт: всё это старьё, кроме железного зуба относится к периоду XIV века. А это прямое нарушение таможенной декларации Туниса, где чёрным по белому сказано, что любые предметы, датируемые до XV века, независимо от их ценности подлежат обязательному декларированию и экспертной оценке!

– Какой ужас, Пополь! И что же теперь? Полагаю, корабль арестовали, а Эрнано выставили большой штраф?

– Штраф, Кира, это лучшее, что нас могло ждать! Арестовали не только корабль, в кутузку бросили даже его владельца!

– Как?! Пополь, ты хочешь сказать, что Эрнано посадили в тюрьму?!

– Представь себе, опять! И всё из-за Марио, этого итальянского шута! Болван, его нельзя подпускать к деньгам, в особенности к чужим деньгам! Кира, я не знаю, что мне теперь делать!

– Угомонись, Пополь! Сколько суток дали Хавьеру?

– Каких там суток, Кира! Его закрыли на четыре месяца по количеству незадекларированных вещей. Правда прокурор настаивал на пяти, но на зуб мы кое-как написали апелляцию и подкрепили её заключением эксперта. На это ушли последние деньги… Я в отчаяньи!

– Так, спокойно! Успокойся Пополь, вдохни глубоко и выдохни на четыре счёта – так делает моя сестра, когда нервничает, ей не помогает, но тебе должно. Скажи, где ты сейчас находишься, где все остальные – Завия, Селина, Люлю, Марио в конце концов?!

– Лично я только сошёл на берег где-то в Англии, томлюсь в телефонной будке Бог весть в каком селении или может даже небольшом городке. Здесь ужасно сыро, холодно и нет нормальной еды. Но это единственное место, куда мы с Марио смогли добраться, кочуя с корабля на корабль ради того, чтобы добраться поближе к цивилизованному миру, в частности – к посольству Испании, подданым которого всё ещё является Эрнано. Уже третий или четвёртый час Марио пытается достучаться до кого-то путного, но не думаю, что там станут его слушать. А относительно остальных – лучше тебе не знать…

– Нет уж, говори до конца Пополь! Они тоже за решёткой?

– Можно и так сказать. Представь только, этот мерзавец устроил их на работу в Тунисе! В ТЮРЬМУ! Завию – поварихой, Селину – посудницей, Люлю – уборщиком. И какова была его мотивация: «Будет разумнее, если они все будут находиться в одном месте!». Как тебе такое, Кира?! Вместо белых кителей команда, работавшая в лучших ресторанах мира теперь в полосатой робе, корпит на казённое учреждение в стране верблюдов и баобабов. Была бы ты там, он бы и тебе работёнку нашёл!

– Да, уже представила себя в роли надзирательницы тунисской тюрьмы, аж мурашки по коже пробежали – жуть! Ладно, Пополь, слушай меня сюда: я сейчас же поручу это дело моему Себастьяно, он, а заодно и я вылетаем сегодня же, слышишь, се-год-ня же! Я пошлю тебе телеграмму, как только мы прибудем в Тунис. И не стоит всё так драматизировать: обычно в таких случаях нужно оплатить залог и арестанта выпустят на поруки.

– Да погоди, Кира, ты не знаешь главного! У нас был шанс оплатить платёж со скидкой, но опять вмешался этот дурень со своими идеями! Большими трудами нам удалось взять ссуду у местного ростовщика, так Марио вместо оплаты залога вбухал все деньги на «верного жука» – в Тунисе вместо лошадей делают ставки на всяких земляных гадов. Итог «гонки» я даже озвучивать не буду. Так что теперь мы не просто в пролёте, мы ещё и в долгах, как в шелках! Одним ростовщикам только должны столько, сколько обычно мы зарабатывали за год. И к тому же теперь сумма залога возросла вчетверо, а это стоимость всего испанского посольства и сада Тюильри вместе взятых! Потому нам нужен ни сколько хороший адвокат, сколько хороший кошелёк! Я измождён Кира, я окончательно измождён: мигренью, насморком и нытьём. Нытьём собственного желудка…