Габриэль Маркес – Скандал столетия (страница 25)
Неунывающий телеведущий Виктор Сауме прервал свое «Шоу в полдень» на Каракастелевисион, чтобы передать срочное сообщение. «Пожалуйста, – сказал он, – если у кого-то есть ампулы с антирабической сывороткой «Иперемун», срочно позвоните по следующему телефону. Речь идет о спасении жизни ребенка полутора лет». В то же время брат Кармело Реверона отправил срочную телеграмму своему другу Хусто Гомесу в Маракайбо, полагая, что какая-нибудь из нефтяных компаний может располагать препаратом. Другой брат вспомнил про друга, живущего в Нью-Йорке, мистера Роберта Хестера, и послал ему срочную телеграмму на английском языке в 12:05 по местному времени. Мистер Роберт Хестер собирался выйти из мрака нью-йоркской зимы, чтобы провести уик-энд за городом, у друзей. Он был уже на пороге своего кабинета, когда сотрудник Американской телекоммуникационной компании по телефону зачитал ему телеграмму, прибывшую в этот момент из Каракаса. Получасовая разница во времени между двумя городами сыграла на руку тем, кто устроил эти гонки со смертью.
Телезритель из Ла Гуайры, который обедал перед телевизором, вскочил со стула и связался со знакомым врачом. Спустя две минуты он дозвонился до телекомпании Каракаса, и за его сообщением последовало четыре срочных телефонных звонка за пять минут. Кармело Реверон, не имея домашнего телефона, поехал с ребенком в дом № 37 по улице Лекуна, где проживал один из его братьев. Там в 12:32 он получил сообщение из Ла Гуайры: из санитарной службы этого города сообщили, что у них есть «Иперемун». Неожиданно подъехавшая машина дорожной полиции доставила его туда за двенадцать минут, сквозь оживленное полуденное движение, проскакивая светофоры на скорости 100 километров в час. Но двенадцать минут оказались потрачены впустую. Флегматичная медсестра, дремавшая перед вентилятором, сообщила, что это недоразумение.
– «Иперемуна» нет, – сказала она. – Зато вакцины против бешенства сколько угодно.
Таков был единственный ответ на сообщение по телевидению. Невероятно, что во всей Венесуэле не оказалось антирабической сыворотки. То, что произошло с младшим Ревероном, чьи часы были сочтены, могло повториться в любую минуту. Согласно статистике, ежегодно фиксируются случаи смерти от укусов бешеных собак. С 1950 по 1952 год более 5000 собак укусили 8000 жителей Каракаса. Из 2000 обследованных животных 500 оказались заражены.
В последние месяцы санитарные службы, обеспокоенные участившимися случаями бешенства, активизировали кампании по вакцинации. Официально проводится 500 процедур в месяц. Доктор Брисеньо Росси, директор Института гигиены, имеющий международный авторитет в этом вопросе, в течение двух недель наблюдал собак с подозрением на бешенство. 10 процентов оказались заражены. В Европе и США на собаку, как и на автомобиль, нужна лицензия. Их вакцинируют против бешенства и прикрепляют к ошейнику алюминиевую пластинку, где записан срок действия приобретенного иммунитета. В Каракасе, несмотря на усилия доктора Брисеньо Росси, не существует никаких нормативных актов на этот счет. Бродячие собаки дерутся на улице и передают вирус другим собакам, а потом и людям. Невероятно, что в этих обстоятельствах в аптеках не оказалось антирабической сыворотки и что Реверону, чтобы спасти своего сына, пришлось прибегнуть к добровольной помощи людей, которых он даже не знал и не знает по сей день.
Хусто Гомес из Маракайбо получил телеграмму почти одновременно с мистером Хестером в Нью-Йорке. В тот день из всей семьи Реверонов спокойно пообедал только мальчик. Он казался совершенно здоровым. Его мать в клинике даже не подозревала о происходящем. Но когда муж не пришел во время, отведенное для посещений, ей стало не по себе. Час спустя появился один из ее деверей и с напускным спокойствием сообщил, что Кармело приедет позже.
Шестизвенная цепочка телефонных звонков навела Хусто Гомеса из Маракайбо на след лекарства. У нефтяной компании, которой месяц назад потребовалось доставить «Иперемун» из США для одного из своих сотрудников, осталась 1000 единиц. Этой дозы было недостаточно. Количество вводимой сыворотки зависит от массы тела человека и тяжести заболевания. Ребенку весом 40 фунтов достаточно 1000 единиц в течение двадцати четырех часов после укуса. Но маленький Реверон, который весил 35 фунтов, был укушен семь дней назад, причем не в ногу, а в лицо. Врач полагал необходимым применить втрое бо́льшую дозу. При нормальных обстоятельствах это доза для взрослого весом 120 фунтов. В любом случае нельзя было отказываться и от 1000 единиц, безвозмездно предоставленных нефтяной компанией, но нужно было вовремя доставить их в Каракас. В 13:45 Хусто Гомес сообщил по телефону, что отправляется на аэродром Грано-де-Оро, Маракайбо, чтобы отправить ампулу. Один из братьев Реверона выяснил расписание самолетов, которые должны были прибыть в тот день в аэропорт Майкетия, и узнал, что в 17:10 приземляется самолет L7 из Маракайбо. Хусто Гомес на скорости 80 километров в час отправился на аэродром, надеясь передать лекарство с кем-нибудь из знакомых, летевших в Каракас, но никого не нашел. Поскольку в самолете оставались места и нельзя было терять ни минуты, он купил билет и полетел сам.
В Нью-Йорке мистер Хестер не закрыл офис. Он отменил поездку за город, связался с главным санитарным управлением Соединенных Штатов в Чикаго и получил всю необходимую информацию об «Иперемуне». Но и в США нелегко было получить сыворотку. В этой стране, благодаря централизованному контролю властей, с этой напастью почти удалось справиться. Уже много лет не регистрировалось случаев бешенства у людей. В прошлом году было зарегистрировано лишь 20 случаев бешенства у животных на всей территории США, а именно в двух окраинных штатах на границе с Мексикой: Техасе и Аризоне. Поскольку этот препарат не пользуется спросом, аптеки не закупают его. Его можно найти в лабораториях, которые производят сыворотку. Но лаборатории закрылись в двенадцать. Из Чикаго перезвонили и сообщили мистеру Хестеру, где он может найти «Иперемун» в Нью-Йорке. Он получил 3000 единиц, но самолет, отправлявшийся напрямую в Каракас, вылетел четвертью часа ранее. Следующий регулярный рейс – Дельта 751 – отправлялся в воскресенье вечером и должен был приземлиться в Майкетии только в понедельник. Тем не менее Хестер передал вакцину капитану самолета и отправил срочную телеграмму Реверону со всеми подробностями, включая номер телефона представительства «Дельта» в Каракасе, чтобы тот мог связаться с сотрудниками авиакомпании и получить лекарство в Майкетии утром, в понедельник. Но оно могло опоздать.
Потеряв два драгоценных часа, запыхавшийся Кармело Реверон вошел в офис Пан Американ на проспекте Урданета. Его принял дежурный сотрудник Карлос Льоренте. Было 14:35. Узнав, о чем речь, Льоренте отнесся к этому случаю как к своему личному делу и решил во что бы то ни стало доставить сыворотку из Майами или Нью-Йорка менее чем за двенадцать часов. Он сверился с расписаниями и доложил о происшествии своему начальнику Роджеру Джарману, который дремал после обеда в своем кабинете и собирался спуститься в Ла Гуайру к четырем. Мистер Джарман также принял проблему близко к сердцу, по телефону проконсультировался с врачом из медицинского отдела компании в Каракасе, доктором Хербигом – и в трехминутной беседе по-английски узнал про «Иперемун» все, что возможно. Доктор Хербиг, типичный европейский врач, говоривший со своими ассистентами по-немецки, как раз обеспокоился проблемой бешенства в Каракасе еще до того, как узнал про случай с сыном Реверона. Месяц назад он лечил двух человек, укушенных животными. Две недели назад у дверей его клиники умерла собака. Доктор Хербиг обследовал ее из чисто научного любопытства, и у него не оставалось сомнений, что причиной ее гибели стало бешенство.
Джарман перезвонил Карлосу Льоренте и сказал: «Сделайте все возможное, чтобы доставить сыворотку». Это было распоряжение, которое ожидал Льоренте. По специальному каналу, зарезервированному для самолетов, терпящих бедствие, в 14:50 он передал телеграмму в Майами, Нью-Йорк и Майкетию. Это было сделано с превосходным знанием маршрутов. Каждый вечер, кроме воскресенья, из Майами в Каракас летит грузовой самолет, который прибывает в Майкетию в четыре пятьдесят утра следующего дня. Рейс 339. Три раза в неделю – в понедельник, четверг и субботу – рейс 207 вылетает из Нью-Йорка и прибывает в Каракас на следующее утро в шесть тридцать. И в Майами, и в Нью-Йорке было шесть часов на то, чтобы найти сыворотку. Аэропорт Майкетия был проинформирован, чтобы там следили за ходом операции. Всем сотрудникам Пан Американ было приказано следить за сообщениями, поступающими в этот день из Нью-Йорка и Майами. Грузовой самолет, летевший в Соединенные Штаты, получил сообщение на высоте 12 000 футов и передал его на все аэродромы Карибского побережья. Полностью уверенный в своих возможностях, Карлос Льоренте, дежуривший до четырех часов дня, отправил Реверона домой с единственным указанием:
– Позвоните мне вечером в 10:30 по телефону 718750. Это мой домашний номер.
В Майами Р. Х. Стюард, дежурный сотрудник отдела полетов, почти мгновенно получил сообщение из Каракаса по телетайпу в офисе. Он позвонил домой доктору Мартину Мангельсу, начальнику медицинского отдела латиноамериканского подразделения компании, но ему пришлось сделать еще два звонка, прежде чем он обнаружил доктора. Доктор Мангельс взял дело в свои руки. В Нью-Йорке через десять минут после получения сообщения нашли ампулу в 1000 единиц, но в 20:35 потеряли надежду найти остальные. Доктор Мангельс в Майами, перебрав почти все возможности, отправился в больницу Джексон Мемориал, откуда немедленно связались со всеми больницами в регионе. В семь часов вечера доктор Мангельс, ожидающий у себя дома, еще не получил ответа из больницы Джексона. Рейс 339 улетал через два с половиной часа. Аэродром был в двадцати минутах езды.