Габдулла Тукай – Последняя капля слезы (страница 79)

– Так не женись, когда так страшно это, И не проси ни у кого совета! – Да так-то оно так, но хочется мне просто Родительского счастья и отцовства. Когда дитя – какое умиленье! – Бегом взбегает на твои колени И лепетанием твой слух и дух ласкает, Ах, выше, слаще счастья не бывает! – Ну и женись, и не терзайся лишне, Пошлёт отцовство, может быть, Всевышний. – Оно, конечно, но когда пять-шесть их По лавкам и углам – как прокормить всех? Пот проливай, всю жизнь на них гни спину, Час неровён, от этой жизни сгину. – Так не женись, когда так трудно это, И не проси ни у кого совета. – Да так-то оно так, а если все поспеют, Как земляника, вырастут, созреют, На ум и силы опираясь, каждый Сподобится хороших дел однажды. Разбогатеют, может быть, и сладок Присмотр их будет мне во дней остаток. – Тогда женись, не сомневаясь лишне, Покоя в старости пусть даст Всевышний. – Да так-то оно так, а если всё напротив: Умрёт жена, детишек малых бросив. Пять или шесть их на руки и душу, Ни дня ни ночи, затыкай хоть уши! Вот и дрожу я, и боюсь, товарищ, Когда подумаешь и это всё представишь. – Так чёрта ли жениться? Зная это, Зачем ты просишь у меня совета?! Одно скажу и добавлять не буду: Женись, так мяса надо в день по пуду.

1911

Нос

В годы дальние, глухие, говорят, давным-давно Некто жил с лицом огромным и широким, как гумно. А промеж его багровых, вислых и дебелых щёк Нос, торчавший будто свёкла, был величествен и строг. И на всё, что было ниже, он презрительно глядел, Ног особенно упорно признавать он не хотел. Дескать, им дано судьбою пыль взметать, в грязи тонуть. Но в дождливый день пустился обладатель носа в путь. Поскользнулся, оступился, и большой чванливый нос В лужу плюхнулся с размаха, крепко в грязь густую врос.

K…

Когда на жизненном пути вдруг, ошибившись, упадёшь, Когда на чистый лист души наложат пятна грязь и ложь, Когда «беспутным», «подлецом» ты, горемыка, прослывёшь, Когда, отверженный людьми, свой одинокий путь начнёшь, – Знай, что средь каменных сердец поддержку ты во мне найдёшь. Не засмеюсь и не скажу: «Он на злосчастного похож». Я разделю твою печаль, всё горе, каждый вздох беды, Увидев счастья черноту не проявлю к тебе вражды. А люди, знай, не подают тому, кто падаёт, руки, Они верёвку не швырнут тому, кто тонет средь реки. Но люди не казнят того, кто втайне грешное творит, Молва не тронет, если грех умело будет шит и крыт. Так кто же грешным людям дал кнут наказания, скажи? Никто, никто! Бог справедлив, Бог-судия не терпит лжи. Пусть двое нас, ты о любви людей не вздумай умолять, – Что толку в чувстве, коль оно способно быстро остывать?! Забудь тоску, замкнись в себе и помни: наслажденья нет, Коль скромность не пощажена, коль совесть вам кладёт запрет.