Фрост Кей – Королева легенд (страница 15)

– Сорен заботится о тебе, – пробормотал принц, убирая руку королевы со своей груди. – Мне нужно проверить периметр. Приятного вечера, мама.

Аррик ненавидел называть Астрид мамой, потому что она не была ею, это всегда создавало стену между ними.

В глазах королевы появился сердитый блеск, она фыркнула, обернувшись морем шелка, и бросилась к своим противным подругам. Скатертью дорожка.

Аррик вышел из комнаты, спустился по лестнице и вышел на задний двор. Ночной холод и аромат моря и сосен окутали его.

Принц глубоко вздохнул, наслаждаясь ночной тишиной. Астрид всегда испытывала его терпение. Ее настойчивость вызывала у Аррика отвращение, но он не мог открыто, на публике, дать ей отпор. Все-таки она была королевой.

Это игра с тонкой гранью, в которую принц должен был включиться – быть достаточно твердым, чтобы она ушла, но не настолько резким, чтобы она обратила на него гнев. Эта женщина обладала силой, о которой король даже не подозревал, она была мерзкой и безжалостной. Не случайно Астрид стала его первой женой и правительницей Верланти.

Аррик видел, как королева разрушала семьи, пресекала преступные миссии «во имя справедливости», а на самом деле только для того, чтобы стать лидером преступников и совершить больше убийств, чем все сводные братья Аррика.

Астрид была сущим дьяволом, облаченным в одежды ангела.

Воздух прорезал громкий свист, за которым последовали более низкие звуки.

Это был сигнал Шейна. Он должен быть в замке. Что он здесь делает?

Аррик прищурился и осмотрелся вокруг. Между изгородями изысканного сада слева от принца стоял человек в капюшоне. Шейн растворился в листве.

Должно быть, все ужасно, раз он ушел из дворца.

Аррик двигался в темноте, следуя за своим заместителем. Принц убедился, что никто не заметил его ухода, и вошел в лабиринт из экзотических кустарников, деревьев и цветов.

Шейн слегка откинул капюшон, чтобы Аррик мог разглядеть его серые глаза, сверкающие в лунном свете.

– Что-то не так? – спросил он.

– Катал узнал о лагере повстанцев и послал туда людей.

Принц тихо выругался. У Катала тоже был шпион среди восставших?

– Насколько они близки?

– Достаточно, чтобы твоя жена и наш план оказались в опасности. Катал не должен до нее добраться. Лучше уж ей умереть, чем оказаться в заложниках у твоего брата.

Это не очень хорошая новость. Но у Аррика был выход: связаться со своим шпионом среди повстанцев и добиться переноса лагеря за считаные часы.

Принц посмотрел на Шейна. Была еще одна причина, по которой его друг находился здесь.

– Что еще? Ты бы не пришел сюда только ради этого?

Шейн вздохнул и откинул с лица свои длинные черные волосы.

– Я получил известие о том, что некоторые вадонские агенты проникли в Верланти и стремятся присоединиться к восстанию.

Черт подери. Это как раз то, что ему нужно.

– Мы должны поменять хронологию событий.

– Я тоже так подумал.

– Как думаешь, твоя жена согласится на это? – Шейн скрестил руки на груди. – Ты устроил настоящее представление, разыскивая ее повсюду. Она тебе не друг.

– У нее не будет выбора. Это больше, чем месть. Она примет правильное решение.

Он на это надеялся.

– Ты удивительно спокоен. Действительно думаешь, что Рен не прикончит тебя на месте? Ты так ей доверяешь?

Аррик усмехнулся.

Он никому не доверял, но очень хорошо разбирался в людях. У его дорогой жены было доброе сердце, она была милосердна, несмотря на вспыльчивый характер. Доверял ли он ей? Нет. Считал ли он, что стоит рискнуть и привлечь ее к делу? Да.

Если она его не убьет.

Шейн задумчиво посмотрел на друга.

– Рен тебе небезразлична, не так ли?

Больше, чем Аррик признавал. В свирепой принцессе было что-то такое, чего он желал и чем просто не мог не восхищаться.

Опасные мысли.

– Она средство, не более того. – Это было похоже на ложь.

– Не лги мне. Ложь среди союзников приведет к тому, что мы все погибнем.

Аррик хмыкнул.

– Я хочу ее.

– Нет ничего плохого в том, что жена для тебя настолько желанна. Совершенно естественно, если уж говорить об этом.

Здесь было нечто большее. Он хотел оставить Рен. Но не мог. Она в любом случае не хотела быть с ним. Принц казался ей монстром, и на то были веские причины.

Аррик ее не заслуживал. Все, что он мог сделать, это погрузить Рен во тьму, которую хранил внутри. Он не мог обладать чем-то настолько ценным, его руки были по локоть в крови.

– Принцесса скорее пырнет меня ножом, чем близко к себе подпустит. – Он покачал головой, серебряные бусины в волосах Аррика тихо звякнули. – Если я затащу ее в постель, это все испортит.

– Решение принято. Используй ее для достижения цели, и не позволяй желанию брать верх.

Аррик кивнул.

Это было мудро.

Таков был план.

Но почему же он колебался?

Глава одиннадцатая

Рен

Прошло три дня с тех пор, как Вьенн запретила Рен покидать лагерь, и принцесса была близка к тому, чтобы сойти с ума.

По совету Хосену часть повстанцев переместилась дальше в лес. Это было два дня назад; с того момента повстанцы ничего о нем не слышали. Такая ситуация еще больше разозлила Рен, потому что она не могла поговорить с Хосену наедине, когда он приходил предупредить их о переносе лагеря. Ей очень сильно нужна была новая информация.

Но было и кое-что еще.

Лейфа отправили на задание почти сразу после того, как они вернулись с корабля Ганна, с тех пор он не появлялся. Рен была почти уверена, что ее тетя отослала Лейфа, чтобы он больше не мог потакать ее выходкам. Вьенн хотела изолировать принцессу. Это означало, что ей не с кем было поговорить. Никаких друзей. Хосену был чем-то наподобие друга, поэтому Рен надеялась, что появится возможность пообщаться с ним просто для того, чтобы поделиться с кем-нибудь своими размышлениями.

Но даже такой привилегии ей не предоставили.

Помощь Брэму – как бы он ни отрицал эту идею – отвлекала Рен от мыслей о настоящем. О том, что нужно сделать сейчас, завтра, послезавтра. Без участия в шпионских делах, которые могли бы занять тело и душу, она утопала в воспоминаниях о своей семье. Потому что у нее не было выбора.

Ужасная пытка.

То, что Бритта, должно быть, сильно напугана, одинока, без нее и родителей. Ее сестра не могла знать, что она жива. Никто дома не знал.

Рен тяжело вздохнула, кладя вязальные спицы на колени.

К тому же насмехающийся призрак Роуэна следовал за ней везде, куда бы она ни пошла. Лейф верил, что принцесса действительно видела его, но теперь Рен не была уверена в реальности произошедшего. Разум может легко сыграть с тобой шутку, особенно если ты скорбишь. Когда-то, очень давно, мама сказала ей это.

И все же погружение в воспоминания об ушедших близких было гораздо привлекательнее, чем мысли о мерзком муже.

К большому стыду и огорчению Рен, она постоянно думала о ненавистном принце.

Было трудно забыть об Аррике, потому что он преследовал ее даже тогда, когда она сидела без дела, чувствуя себя бесполезной. Прогулка с Лейфом по пиратскому городу, а затем спор с Ганном вызвали у Рен воспоминания о принце, затопившие ее разум.