Фрост Кей – Чудовище (страница 20)
Ее никогда нельзя было назвать хорошей пловчихой. Вода в деревне всегда оставалась слишком холодной для плавания.
Чья-то рука схватила Торн за запястье и потянула.
Девушка зашипела: первый глоток воздуха жалил подобно тысяче иголок. Она вцепилась в Джека, пытаясь притянуть его к себе.
– Успокойся, я держу тебя.
Но она никак не могла успокоиться. Вода все еще давила на нее, угрожая утянуть вниз и поглотить целиком. Торн снова забарахталась и попыталась подобраться поближе к Джеку.
Лицо пронзила боль, и она моргнула. Друга стало четче видно. Джек прищурился и опустил руку.
– Ты утопишь нас обоих, – сказал он. – Доверься мне.
Стуча зубами, Торн кивнула. Она позволила Джеку перевернуть ее на спину, и он изо всех сил начал грести, чтобы вытащить их на берег. Глаза застилала темная пелена. Сладкий яд, она вот-вот потеряет сознание.
Задница ударилась о камни, и она перевернулась на живот. Пальцы впивались в камни, ил и песок, пока Торн выползала на берег. Джек потянулся к ней и дернул за рюкзак, протащив девушку оставшуюся часть пути.
Пляшущие перед глазами пятна поредели, и она поняла, что дрожит, лежа лицом на высокой блестящей изумрудной траве. Восстанавливая дыхание, она повернула голову влево и уставилась на Джека, лежащего на спине.
– Ты… ты спас меня, – прохрипела Торн, потянувшись дрожащими пальцами к Джеку. Новая волна страха накрыла ее, когда он не сжал руку в ответ и даже не посмотрел на нее.
Он задыхался, кашляя, сотрясаясь всем телом.
– Думаю, в таком месте не так уж и плохо… умереть, – прохрипел он.
С силой, о которой она и не подозревала, Торн поднялась на четвереньки и подползла к нему.
– Никто не умрет, тем более ты.
Она убрала с его лица мокрые волосы и одарила улыбкой, которая показалась ему слишком натянутой.
– За́мок прямо перед нами. Осталось пройти совсем немного. Ты сможешь.
– Я так устал, – прошептал он, облизывая посиневшие губы.
Торн с трудом поднялась на ноги и сумела усадить Джека.
– Ты не можешь уснуть, – произнесла она, стуча зубами и стараясь не обращать внимания на пронизывающий кости холод. – Вставай.
Джек застонал и, покачиваясь, поднялся на ноги. Он тяжело повис на ней, а Торн, в свою очередь, старалась думать не о пульсирующей боли в лодыжке, а лишь о том, как благополучно добраться до замка. Девушка с благодарностью приняла тот факт, что мост обрушился по эту сторону реки, а не в самом начале. Она бросила взгляд назад, на остатки веревочного моста, и тут же снова сосредоточилась на поддержании веса Джека. Если бы они упали с другой стороны…
Тогда мысли Джека о том, что он умрет здесь, в конечном итоге оказались бы правдой.
Оба не промолвили ни слова до тех пор, пока не приблизились к зловещим на вид гигантским дверям из дерева, через которые они попадут в замок. Скорее всего.
Торн тяжело вздохнула, глядя на фигуры злобных зверей у входа.
– Не уверена, что мне хватит сил открыть эти двери, – призналась она. – Где-то здесь должен быть проход для прислуги.
Не говоря ни слова, она посадила Джека на землю и отправилась на поиски. Он не протестовал, явно лишенный сил. Нужно как можно скорее попасть внутрь. Веки опускались, а тело старалось не сдаваться. Она так устала. Так замерзла. Все тело так болело.
Голова Джека дернулась, и он слабо указал на куст.
– Там дверь.
Они направились в том направлении. В южной стене замка под осыпающейся каменной аркой притаилась видавшая виды дверь.
Не позволив себе почувствовать облегчение от находки, девушка почти дотащила Джека к двери. Он весил едва ли больше нее, но в нынешнем состоянии ей казалось, что Джек состоял из свинца. Дрожащие ноги с минуту на минуту могли подкоситься.
– Напомни мне… поблагодарить тебя… если мы выживем, – пробормотал Джек. Его глаза закрылись, а голова опустилась на ее плечо.
– Ты в таком состоянии из-за меня, – пробормотала Торн в ответ, и слезы потекли по ее щекам. Она могла просто отказаться от задания и дождаться другой возможности. В конце концов, какое значение имели деньги перед лицом смерти? Она, Иден и Джейми решили бы все и так.
Торн знала, что сама себе лжет. Ей нужны большие деньги сейчас, а не потом. Необходимо перевезти семью на юг до конца года. Но какая от нее будет польза сестре и племяннику, если она умрет?
В ушах Торн зазвенело предостережение Иден в тот самый момент, когда она повернула медную ручку на двери и изо всех сил навалилась на дерево.
Из ее груди вырывались громкие всхлипы.
Она не допустит, чтобы они закончили свою жизнь здесь.
Петли дверей протестующе заскрипели. Оба споткнулись о порог, из-за чего Торн пришлось удержать Джека на ногах.
Комната оказалась темной, маленькой и совершенно пустой. Когда-то она служила местом для слуг, где те оставляли уличную одежду и обувь на настенных крючках.
– Пройдем дальше, – сказала Торн, всхлипнув, понимая, что Джек больше не слушает. Она хорошенько встряхнула друга, и он медленно моргнул, глядя на нее. – Не спи.
– Не сплю. Разве я могу уснуть под твои рыдания? – прохрипел он.
– Хорошо.
Глотая слезы, Торн медленно переставляла ноги и, шмыгая носом, наконец переступила порог в противоположной от входа стене. По ту сторону встречал такой же темный коридор. На полу лежал толстый слой пыли, и, если не считать нескольких пустых канделябров, развешанных вдоль каменных стен, коридор тоже оказался пуст.
Торн подождала минутку, прислушиваясь. Затем еще две. И три.
Ничего.
Когда стало ясно, что поблизости никого нет – а если даже есть, то они были тихими, как мышки, – Торн подтянула Джека за подмышки чуть повыше и пошла по коридору.
Спустя минуту медленной и затрудненной ходьбы девушка открыла первую попавшуюся дверь и, задержав дыхание, убедилась, что по ту сторону никого нет.
В комнате располагались камин и сваленные остатки поломанной мебели.
Вздох облегчения слетел с губ девушки.
– Хорошие новости, Джек. Мы пока не умрем, – сказала Торн, заставляя голос звучать намного бодрее, чем она себя чувствовала. Девушка вытерла щеку о правое плечо. – Ну-ка, давай посадим тебя перед камином.
В комнате было не так пыльно, как в коридоре. С некоторым усилием Торн вытерла пыль и осторожно усадила Джека перед камином. В нем было полно сажи, но в остальном пусто. Она принялась за работу, отрывая треснувшие ножки стула и собирая остатки книжных полок, разбросанных по полу. Движения казались неуклюжими и медленными.
Несмотря на преобладающую усталость, Торн задумалась о том, что же здесь произошло. Она чуть не закричала от боли, когда споткнулась о больную ногу и рухнула на колени. Но, стараясь игнорировать неприятные ощущения, она заставила себя подняться и подбросить дров в камин.
Торн рухнула рядом с Джеком. Дрожащими руками она порылась в сумке в поисках розжига, обратившись с благодарной молитвой к богам за водонепроницаемую сумку.
Развести огонь удалось спустя несколько попыток. Она подбросила дров и добавила к ним обрывки бумаги из разорванных книг, разбросанных по полу. Практично, но сжигание книг пришлось ей не по душе.
Теперь пламя было высоким, ярким и теплым, и все же ей почему-то стало холоднее, чем раньше. Как-то неправильно. Торн медленно моргнула, глядя на Джека. Его губы все еще оставались синими, с них срывалось хрипящее дыхание.
Она покачнулась, пытаясь понять, что не так, и уставилась на шнурки в верхней части рубашки Джека.
Одежда.
– Наша одежда, – прошептала Торн. – Мы должны ее снять.
Казалось, что снять ее будет невозможно: Торн чувствовала себя неповоротливой и промокшей, но она толкнула Джека в плечо, сначала мягко, а потом сильнее. Он тихо застонал.
– Джек, – выдохнула она. – Пожалуйста. Нам нужно раздеться. Я не… я не думаю, что смогу справиться и с тобой тоже.
На одно долгое мгновение показалось, что Джек вот-вот снова погрузится в холодный, опасный сон, но затем он перекатился на бок и с огромным усилием сел.
– Я чувствую себя… ужасно, – прохрипел он, дрожа так же сильно, как и она.
Торн не смогла удержаться от смеха, хотя он больше походил на истерику.