Фролов Сергей – Стекловата (страница 60)

Ответом ему было дружное гудение клаксонов. Выдавив жирное кольцо на поле, машины поехали в Рынск.

Газель и джип успешно добрались до назначенного места. Погони не было. Сил уже практически не оставалось.

Я взял Алёну за плечи и смотрел на её бледное лицо. Она улыбнулась и приоткрыла глаза.

- Калина!

Сказала чуть слышно, тонким, нежным голоском. Ласково обняла, и мы опять поцеловались, не спеша, чутко. От вкуса её губ, их теплоты и влажности у меня прибавилось сил. И я уже готов был сворачивать горы.

Она прижала меня к себе и прошептала:

- Ты мой!

- Твой. А ты моя.

Мы вышли из машины.

Подошёл Генерал.

Он пожал мне руку и внимательно посмотрел на обнимавшую меня Алёну:

- Добился таки своего! Молодец. Стоило того. Что теперь будешь делать?

Я растерялся, так далеко я не планировал.

- Ещё не думал.

- А у нас опять проблемки. Потом расскажу.

Генерал снова внимательно посмотрел на Алёну:

- Ничего понять не могу, какой у тебя дар?

Я опешил, раскрывать возможности Алёны в редактировании свойств кластеров не хотелось даже Генералу. Что бы сказать?

Алёна меня опередила. Потупя глаза в землю и теребя камешек на асфальте носком берца, негромко сказала:

- Я ксер.

Сказала тихо, но прозвучало, как гром. Несколько голов проходивших мимо вольнонаёмных из Пилона невольно повернулись в нашу сторону. Даже у Генерала, сделанного из бетона и стали, немного отпала челюсть. Правда, он быстро пришёл в себя.

- Это многое меняет.

И посмотрел на узкие ладошки моей девушки. Хмыкнул. Но, вспомнив о размерах микросхем, вернул себе энтузиазм.

Я сам немного ошалел. Не нашёлся, что сказать.

А Генерал продолжил:

- Мне кажется, у меня есть для вас неплохая работёнка. Взамен, я кажется, знаю, что вам нужно, и я это обеспечу.

Командир загадочно улыбнулся:

- Обстоятельства, сложились так, что мы тут ещё на одну ночь задержимся.

Генерал показал рукой на один из Камазов с кунгом:

- Он теперь ваш. На всю ночь. И в кабине никого не будет.

Немного подумав, добавил:

- И на весь день, естественно, тоже.

Подмигнул мне и мотнул головой в сторону кунга.

Я ведь так толком и не поговорил с Алёной, не было времени. Мы залезли в тёплый полумрак нашего нового дома. Стресс проходил, и количество выпитого позволило мне осмелиться на некоторые, неприличные действия. Но я был в этом поддержан. А те зелья, коими была накачана Алёна, или её естественная конституция, заставили её проявить такой темперамент, что мне даже пришлось превозмочь свои силы. Как и когда пришла ночь, я не понял. Мы, истерзанные, выжатые, потные и счастливые, лежали на матрасе и смотрели в небольшое окошко. Просто смотрели на незнакомые звёзды. Поговорить нам так и не удалось.

- Может, поедим? - предложила Алёна.

- У меня тушёнка в рюкзаке.

Я, как истинный джентльмен, вскрыл две банки, и мы начали есть.

- Хороший жир, - заметила Алёна.

- Ага, скользкий, - согласился я.

До утра мы так и не заснули. Когда за окошком было уже светло, в дверь тихонько постучали.

- Кто там?

- Это я, Бродяга, выпить не хочешь со мной. Хоть Генерал и не велел беспокоить...

- Я с девушкой.

- И ей налью. Она ж мне наливала. С вас закусь.

Я глянул на Алёну.

- Погоди немного.

Мы быстро оделись и убрали с пола ватный матрас на одну из скамеек, что стояли вдоль стен.

Я открыл дверь. Из кунга повалил пар. От свежего воздуха закружилась голова. Первым спустился я и подал руку Алёне. Она спрыгнула и присмотрелась к Бродяге.

- О! Привет! Это ты? То-то я думала вчера, лицо знакомое? Я в отделении думала - ты пустыш, так бы с собой взяла.

- Привет! Нет, как видишь. А чего тогда живцом поила?

- Он замедляет перерождение, да и не знаю сама... Думала, ты на машине можешь подвезти.

Присели тут же, на пустых пластиковых ящиках от пива. Вытащили тушёнку и хлеб.

- Выпивать не будем, - сказал я. И добавил:

- Не хочется. Давай просто посидим. Что тут происходит сейчас? Чего никуда не едем?

Бродяга поудобнее переложил раненую руку. Неуклюже закурил.

- За тем и пришёл. Как тут говорят. Был среди тех, что остались в Пилоне, один человек Генерала. Дар у него - радиостанция ходячая. Забыл, как зовут, старая такая фамилия...

- Македонский! - вспомнил я.

- Ага, точно! Македонский. Ещё до того, как вы вернулись, он на ретранслятор передал, что их там за решётку кинули. Машины оцепили. С техникой пытаются разобраться сами, да не могут.

Бродяга неторопливо затушил сигарету и, продолжая мусолить окурок между пальцев, закончил:

- Я как друг предупредить просто хочу. Узнал я, что Институт их заставил это сделать. Требуют выдать тебя, Калина и Уборщицу. Тогда ваших отпустят. Но думаю, Генерал не выдаст, не из таких он.

Послышались приближающиеся шаги. Бродяга обернулся, выстрелил бырик в кусты. Быстро встал.

- Ну, бывайте.

И пошёл скорым шагом в противоположную от приближающихся шагов сторону.

Я сразу начал понимать. Институт что-то пронюхал про наши проделки с кластером. Да только не до конца. Уборщицу приняли за Алёну; уж как там этот дар у них назывался, я не знал. Это, кстати, объяснило странное поведение того знахаря. Но хотели они либо заставить нас работать на них, либо ликвидировать. Второе более вероятно, ибо мы в Улье, а не в кисельной реке с молочными берегами.

Алёна аккуратно сняла мою руку со своей талии и убежала в здание заправки. Там удобства работали до сих пор.