Фридрих Горенштейн – Раба любви и другие киносценарии (страница 41)
Один из воинов натянул тетиву лука, но Тимур остановил его.
— Не надо! Не надо облегчать его смерть, — сказал он и пошел навстречу Тамулу, также обнажив саблю.
Тамул бешено наносил удары, Тимур отвечал скупыми точными движениями. Вскоре ему удалось прижать Тамула к скале и выбить у него саблю. Но в этот момент послышались звуки трубы и голос прискакавшего гонца:
— Во имя бога милостивого, милосердного правитель Турана амир Казган объявляет прощение вины амиру Тамулу и приглашает вернуться назад...
Тимур в бессилии опустил саблю. Тамул поднялся с земли, отряхнулся и, усмехнувшись, направился к гонцу, который держал на поводу другую лошадь.
— Опять амир Казгап переменил свое решение... — прошептал Тимур.
Тамул посмотрел на Тимура и криво усмехнулся.
— Ты преждевременно обрадовался, — сказал он. — У нас есть законный наследник — сын Казгана Абдулла, а ты хочешь захватить власть в нарушение закона?
— В одном Тамул прав, — тихо сам себе сказал Тимур, — увы, Казган слабый правитель! И я ничем ему больше помочь не могу...
Тимур, задумчивый, молча сидел перед зеркалом. У него появилась привычка долго сидеть перед зеркалом, глядя на себя, и думать.
— Ты отдыхаешь? — входя, спросила Альджан. Она была беременна, с большим животом и пятнами на лице. — Я потревожила тебя?
— Что? — рассеянно спросил Тимур.
— Я помешала тебе?
— Я всегда рад видеть тебя, — сказал Тимур и поцеловал жену в лоб.
— Это правда, что к нам едет дедушка? — спросила Альджан.
— Какой дедушка? — думая о своем, рассеянно спросил Тимур.
— Мой дедушка, — сказала Альджан, — амир Казган.
— Да, это правда, — продолжая думать о чем-то своем, сказал Тимур. — Он собирается посетить Хорезм.
— Я рада, я соскучилась по нему.
— Я тоже рад! — Тимур был далек, по-прежнему в своих мыслях.
Альджан села рядом с мужем.
— Я рада, — повторила она, — но я боюсь, что с дедушкой что-то плохое случится в дороге.
Тимур вдруг резко повернулся к ней.
— Почему ты так подумала? Наслушалась сплетен своей тетки, своей сестры?
Он сильно схватил ее за плечи и тряхнул. Она заплакала.
— Ничего я не слышала, ничего не говорила. Я просто так, беспокоюсь, и все!
— Прости меня, Альджан... Я сегодня раздражен... Разные дела: вот туркмены вчера ограбили караван...
— Об этом я и беспокоюсь, — сказала Альджан. — Дедушку надо встретить.
— Я сам его буду встречать с воинами, — сказал Тимур.
Он обнял жену.
— Ты должна беречь себя ради него, — он погладил ей живот.
— Тимур, — спросила Альджан, прижимаясь к его плечу головой, — я все не решаюсь тебя спросить: по каким признакам мужчина выше женщины?
— Ты с этим не согласна?
— Нет, я с этим согласна, раз об этом говорится в Коране. Но вот там сказано, — она раскрыла Коран и прочла: — «Мужчины выше женщин по причине качеств, которыми бог возвысил их над ними. Это существа несовершенные, созданные для мужчины, но полные хитрости». Это обо всех женщинах сказано? Разве все женщины одинаковы?
— Нет, есть добродетельные женщины, — сказал Тимур, — послушные и покорные, они заботливо сохраняют во время отсутствия мужа то, что всевышний велел сохранять в целости. Ты понимаешь, о чем написано в Коране?
— Понимаю. Избегать совокупления с другими мужчинами? Но разве я похожа на свою тетю?
— На какую тетю? На Гульмалик — жену Тамула. Когда я была совсем маленькой, я видела, как она совокуплялась с моим братом Хусейном. Они за это будут в горячей смоле?
— Да, они будут в горячей смоле, — рассеянно сказал Тимур. — А теперь иди к себе, отдыхай. Я должен еще подумать...
Тимур и Саид едут впереди отряда воинов.
— Мы договорились с амиром Казганом встретиться у реки Джейхун, — говорит Тимур Саиду. — Оставим воинов здесь и дальше поедем вдвоем.
— Да ведь здесь опасно. Здесь разбойничьи места. Почему оставляем воинов? — сказал Саид.
— Делай, как я говорю!
Подъехав к зарослям, тянувшимся вдоль берега, Тимур слез с коня.
— Слезай и ты, — тихо сказал он Саиду. Он осторожно раздвинул кустарник. Вдали уже скакал Казган с несколькими людьми, чуть выше но течению. Тимур приложил палец к губам.
— Оставайся на месте, — сказал он Саиду.
Вдруг послышался топот. Точно кто-то вел лошадей шагом. Показались амир Тамул, Ваян-Куль и с ними еще несколько человек.
— Вот он, — сказал шепотом Тамул. — Значит, слуга Тимура — перебежчик, не обманул, они действительно встречаются здесь!
— Казган безоружен, — сказал Баян-Куль. — Здесь нам представляется удобный случай наконец покончить с ним, покуда не приехал Тимур.
— Надо действовать быстро, — сказал Тамул и, сев на коня, выехал из зарослей, а за ним остальные.
Казган, увидев Тамула, улыбнулся.
— И ты здесь? А я здесь условился встретиться с Тимуром. Хорошие мечта для охоты...
— Да, хорошие! — улыбнулся в ответ Тамул. — Замечательные места для охоты на крупную дичь!
Он подъехал ближе, выхватил саблю и ударил ею Казгана. Остальные начали рубить слуг. Окровавленный Казган упал с коня и с криком побежал к реке. Несмотря на раны и большой вес, он бежал быстро и кричал. Его с трудом догнали и начали рубить и резать в несколько ножей и мечей. Саид рванулся из кустов, но Тимур крепко схватил егоза плечи.
— Так надо, — сказал Тимур. — Что ты смотришь на меня, Саид? Разве тебе мало, что я плачу? Я плачу горькими слезами, посмотри, у меня все лицо залито слезами!
Он с яростью схватил Саида за ворот и притянул его вплотную к себе.
— Ты видишь, я страдаю, — сказал он уже спокойнее, оттолкнув Саида. — Какой замечательный человек погибает, добрый, смешной, доверчивый! Прощай, милый Казган, прощай! Ты мог быть хорошим садовником, но ты был плохим правителем. Прощай, добрый Казган, мы отомстим за тебя твоим убийцам!
— Все кончено, они убили его, — тоже утирая слезы, прошептал Саид.
Тело Казгана, залитое кровью, лежало неподвижно, а убийцы убегали в заросли. Тимур вскочил на коня и поскакал к убитому:
— Злодеи! Я опоздал, я опоздал! Вы убили правителя! — Тимур поднял тело, продолжая кричать: — Гнусное злодеяние! Гнусное злодеяние!..
Вскоре вокруг собрались воины, сбежался народ.
— Будь благословен, Тимур! Наш новый правитель! — кричал народ на улицах Самарканда.
— Я буду справедливым правителем, — сказал Тимур. — А тело амира Казгана в глубокой печали похороним с почестями на берегу реки Джейхун.