Фрэйдис Ланнистер – Влечение (СИ) (страница 22)

Дьявол…

Комментарий к Никчемный допрос.

Жду ваших отзывов и оценок)

продолжение ждите завтра-послезавтра.

========== Осознание. ==========

(Ким Петерсон)

Всю дорогу в участок я и Джордан сохраняем напряженное молчание. Отвернувшись к окну, я стараюсь придать себе непринужденный, но вместе с тем неприступный вид, пока парень ведет автомобиль, как мне кажется, прокручивая в голове увиденную, довольно любопытную сцену.

Райли свихнулся… сумасшедший… думает, я впущу его. Оставлю дверь открытой. Я… я… не знаю, чего хочу. Тяжело выдохнув, смыкаю пальцы на предплечье, на котором все еще ощущаются свежие следы прикосновений мужчины, грубых и нетерпеливых. И мне жаль, что теперь они уже в прошлом. Краем глаза замечаю на себе вопросительный взгляд Стивенсона и кротко улыбаюсь.

— Всё в порядке, — тихо говорю я, ощущая надобность объясниться с ним. Джордан крайне любопытен, впитывает все как губка, и потому, случившийся на его глазах инцидент может выйти мне боком. Нужно было ехать одной, — такое иногда случается. Люди пугаются, нервничают и…

— Он приходил к вам в участок, — подхватывает Стивенсон, взглянув на меня с воодушевлением, — я провожал его к вашему кабинету пару дней назад. Ему от вас что-то нужно?

— Джорд…

— Послушайте, если вам грозит опасность, то я м…, - перебивает он.

— Джордан, — спешу пресечь порыв парня, дабы поставить на место, — всё в норме, — мой голос звучит достаточно грубо и строго, чтобы стажер понял — продолжать спорить нет надобности. — Это дело тебя никак не касается. Сейчас мы приедем в участок, и ты вернешься к своим делам, забыв о сегодняшнем дне, забыв о том, что произошло у Моллиганов. Я ясно изъясняюсь?

— Да, мэм, — он согласно кивает и поджимает губы, видимо, заставляя себя тем самым держать рот на замке.

— Я говорю это вполне серьезно, парень, — продолжаю я, почувствовав опасность в лице Стивенсона, — твоим заданием было — охранять меня на протяжении поездки. Ты справился на отлично. Более ничего не нужно. Считай, что ты должен сохранить профессиональную тайну. Договорились?

— Договорились.

По приезду в участок еще на подъездной дорожке мне удается разглядеть Стоуна. Мужчина, опустив руки в карманы угольно-черных, идеально выглаженных брюк, быстро находит мой силуэт через лобовое стекло автомобиля, и я читаю в его глазах немой вопрос: «какого черта?».

— Только не это… — устало срывается с моих губ, и, не обращая внимание на Стивенсона с его нескончаемыми вопросами о моем состоянии, я спешу покинуть полицейскую машину.

Джейме, заметив Джордана, следующего за мной по пятам, сардонически усмехается, что немало раздражает меня, но я сдерживаюсь, дабы вновь не наговорит мужчине неприятных вещей. И что ему нужно?

— Моя помощь еще требуется? — на ходу беспокоится Стивенсон, когда я останавливаюсь возле напарника, показательно скрестив руки.

— Нет, спасибо, Джордан, ты свободен, — показываю стажеру большой палец, на что парень задорно улыбается, довольный собой.

Я и Стоун стоим почти плечом к плечу еще несколько секунд, пока паренек не скрывается за парадной дверью участка.

— Я, значит, теперь на скамейке запасных? — нарочито обиженно спрашивает Стоун, не смотря на меня.

— Смотря, что ты имеешь в виду.

— Вы ездили к Моллиганам, так? — теперь мужчина поворачивается ко мне, и по его глазам я понимаю, что обида искренняя и открытая. Что-то внутри меня обрывается, когда я вижу его таким. — И ты даже ничего не сказала.

Не в силах выносить этот взгляд, я отвожу глаза в сторону и шумно втягиваю носом кислород.

— Я не хотела снова ссориться, ведь… мало того, что ты не поехал бы со мной, ты еще и осыпал бы меня новыми упреками, разве нет? — непослушная прядь волос неприятно прилипает к лицу, но я не спешу смахнуть ее: после теплого салона автомобиля погода кажется мне уже не такой мягкой, и я заметно продрогла. Расцепить греющие меня руки — теперь целый подвиг. — Да и я не была уверена, что тебе вообще будет интересно слушать меня. В последние дни ты всем своим видом даешь понять, что… теперь мы чужие.

— Не говори чепуху, — Стоун иронически усмехается, будто не веря своим ушам. — Что бы между нами ни происходило, я остаюсь твоим напарником, Ким. Если босс узнает о том, что ты таскаешь с собой стажеров, отнимая их от работы, а я при этом отсиживаюсь в кабинете, знать не зная, где ты и с кем, мы получим не хилую оплеуху.

— Так ты о себе беспокоишься? Или обо мне?

— О нас, — поправляет он, опустив голову. — Понимай это как хочешь.

Облизав пересохшие губы, я некоторое время топчусь на месте, чтобы помочь своему телу согреться. Меня гложет чувство вины. За все, что я делаю и говорю. Я понимаю, как сильно Стоун заботится обо мне, не только сейчас, но и всегда, знаю, что он делает это лишь из добрых побуждений, но… должно быть, я слишком дерьмовый человек, чтобы отплатить ему тем же, не думая в первую очередь о себе. Мысли о Райли вытесняют все мысли о Стоуне, все мысли о ком-либо еще.

— Я хотела извиниться, — замявшись, я все-таки заправляю мешающие волосы за уши и устремляю на Джейме виноватый взгляд, — за тот разговор. После прихода Моллигана.

— Нет, я не должен был лезть. Впредь я буду держать свою заботу при себе, не стану вмешиваться в твои дела, ведь ты и сама все знаешь, — чеканит он, повторяя некоторые из моих слов.

— Почему я не слышу издевки? — осклабившись, счастливо улыбаюсь мужчине. Теперь я чувствую легкость.

— Потому что ее нет, — с неохотой признается он. — Я принес тебе новость, Ким. Из всех тех домов, что мы проверяли, остался лишь один, я не считаю Моллиганов, который неплохо подходит под описание Крис Нильсон. Два брата — Кроуфорды — вполне сойдут за виновных, поэтому наш круг хорошо сузился. Хочешь заниматься своим Райли — пожалуйста, но у меня к тебе лишь одно задание — поговори и с этими ребятами. Ты должна уметь выбирать, видеть правду.

Слова Джеме приводят меня в ступор, поэтому несколько минут я не могу вымолвить ни слова. Гипнотизируя точку во лбу мужчины, я припоминаю свой недавний разговор с Райли и Эллисом. Это они. Они, черт подери, я знаю это, вот только не могу найти в себе силы правильно надавить на их болевые точки, чтобы заставить сознаться, я не могу подловить Райли. Стоун вышел на Кроуфордов, и… почему я так отчаянно молюсь, чтобы они оказались похитителями, хоть и понимаю, что это абсурд…? Они всего-то находятся в опасности, рискуя угодить за решетку вместо настоящих преступников. Преступников, которых я не могу поймать. Преступников, один из которых преследует меня, который сводит меня с ума.

Я оставлю дверь открытой. Быть может, это хороший шанс раскусить его.

(Райли Моллиган)

Все происходит так, как и должно происходить.

Я неторопливо ступаю к входной двери Петерсон, попутно разглядывая громадные окна: свет горит лишь в одной комнате, но я никого не вижу. Это не вызывает у меня ощущения странности: если Ким и высматривает меня, то ни за что не выдаст этого. Да, она параноик, но казаться таковой не желает.

Отчего-то я уверен, что дверь не заперта, но, конечно, в самом отдаленном уголке моего сознания есть место и для иной мысли. Я не хочу ломать дверь, даже будучи в яростном псевдоприпадке. Скорее всего такой исход разозлит меня, но мне таки придется постучать.

Сглотнув, я касаюсь ладонью металлической ручки и надавливаю на нее. Открыто. Я так и думал, Ким. Почувствовав легкое трепетание в грудной клетке, пропитанное едкой колкостью предвкушения, я втягиваю носом плотный воздух прихожей, который впитал в себя аромат духов Петерсон: я мгновенно безошибочно улавливаю вишню в странном сочетании с корицей. Я бы хотел остаться в этом доме подольше, но все-таки это не моя обитель, не то место, где я хотел бы быть, даже несмотря на витающий всюду аромат девушки. В моей голове зародилась дикая, до жути интересная идея, которую я хочу осуществить. Если бы об этой идее узнал Эллис, он бы самостоятельно попытался меня грохнуть, в этом я уверен. Но ему незачем об этом знать.

Быстрым шагом я направлюсь в сторону гостиной — туда, где горит свет. Конечно, ведь это так глупо — прятаться в спальне. Трепещущее чувство усиливается, и я уверенно, не медля, заворачиваю за угол, попадая в просторное помещение. Ким здесь.

На моем бледном лице появляется широкая улыбка, которую я спешу стереть сразу, как только замечаю хмурую серьезность на лице детектива.

Строить гримасы ты умеешь, Петерсон.

Пока девушка молчит, не зная, куда себя деть и как вести, я замечаю, как сильно напряжено ее тело, а тонкие пальцы изредка едва заметно вздрагивают. На Ким надето слишком много, но это ни капельки меня не расстраивает. Теплое короткое платье бирюзового цвета, плотные колготы, багровый кардиган… ее волосы распущены и привлекательно обрамляют острые черты лица, а серые, почти прозрачные глаза устремлены точно на меня.

— Это было очевидно, — срывается с моих уст, и я позволяю себе немного больше, чем может позволить себе обычный гость. Обойдя кофейное кресло, я подхожу ближе к Петерсон и встаю напротив, оставляя между нашими телами жалкие полметра.

— Что было очевидно? — осторожно спрашивает та, прикусив нижнюю губу. — Что дверь будет открыта?

— Да, и то, что под кардиганом ты обязательно припрячешь ствол, — один край моих губ вздрагивает, и я замечаю, как в равнодушных глазах шатенки промелькнул страх.