Фрэйдис Ланнистер – Влечение (СИ) (страница 2)

(Райли Моллиган)

Ее дрожащее тело, покрасневшее от страха лицо, попытки вырваться — что может быть лучше, слаще. Оставив ноги девушки, поджимаю нижнюю губу и быстрыми движениями отвязываю ее скованные руки и ноги от стула. Поняв свое положение, она принимается брыкаться еще сильнее, стараясь вырваться, но я, подняв девушку на ноги, быстро опрокидываю ту на пол, приложив затылком о деревянную поверхность. Отчаянное желание бороться восхищает меня. Я бы понаблюдал за этим еще немного, но не могу.

Прижав нервно извивающееся тело к холодному полу, срываю с девушки грязную футболку, оголив округлую грудь. Яростные стоны становятся громче и громче, пока не превращаются в некое подобие животного хрипа. Но это лишь распаляет мое желание. Сжимаю грудь блондинки одной рукой, второй стягиваю с нее лосины вместе с нижним бельем. Мои пальцы нетерпеливо и яростно вдавливают мягкую кожу, оставляя на ней красные отметины, которые вскоре покроются синевой. Она старается вырваться, добраться до меня, чтобы нанести увечье, но я крепко удерживаю ее, расстегивая ширинку. Язык так и напрашивается поболтать, но нельзя. Увы. А ведь мне есть, что сказать ей. Она такая милая.

Жаль только, что вся ее прыть заканчивается, как только я проникаю в нее — неожиданно, до конца. Она повержена. Слабая никчемная девчонка.

========== Новое дело. ==========

(Крис Нильсон)

Он бросил меня на полу, после того, как воспользовался. Его по-прежнему холодные пальцы еще некоторое время блуждали по моей исцарапанной спине, намеренно нажимая на еще кровоточащие или уже запекшиеся раны, заставляя меня морщиться и бессильно вздрагивать. Но я не издавала ни звука, надеясь, что так заставлю его быстрее потерять ко мне интерес. Ему нравится видеть свое превосходство. Но я всё еще остаюсь собой, я не сломлена.

Он уходит, не забыв снова привязать меня к стулу — почти полностью обнаженную, и я едва ли сдерживаюсь, чтобы не удариться в истерику. Мне никак не удается справиться с дрожью в ногах, я чувствую омерзение к собственному телу, к собственной слабости. Я бессильна. Зареванная повязка так и не оставляла моего лица, вынуждая жить во тьме. Мне нужен свет, не важно — какой, не важно — сколько.

Оставшись наедине с собой, я принимаюсь беззвучно рыдать, мечтая о том, как сдираю собственную кожу, на которой и в это мгновение не перестаю ощущать его бесстыдные прикосновения. Хочу, чтобы на это чертово место упал метеорит, раздавил всех нас, сравнял с землей, выдернул из истории грешной планеты.

Через несколько минут меня начинает колотить от отвращения и холода. Крик подкатывает к горлу, и я представляю, как, заорав, разрушаю стены и оковы, держащие меня в этом аду. Широко раскрыв рот, зажимаю толстый жгут тряпки зубами и рычу во все горло — долго и громко, пока силы и желание жить не оставляют меня. Мое тело, обмякшее и двусмысленно грязное, разваливается на стуле. Я не хочу думать.

Я просыпаюсь от характерного щелчка, возвещающего о работе полароида. Тело вздрагивает, непрошеные слезы наполняют глаза от одной только мысли, что мой позор, моя беззащитность и непристойность будут запечатлены на пленку. Принявшись скулить, я на секунду вспоминаю единственную известную мне молитву, но тут же с ненавистью выбрасываю ту из головы, проклиная Господа, религию и веру в целом. Ни один Бог не вынудил бы меня переживать такое, ни один Бог не позволил бы таким чертовым ублюдкам ходить по земле и безнаказанно вершить свои деяния. Поворачиваю голову в ту сторону, откуда исходит звук — и щелчки прекращаются.

(Эллис Моллиган)

Думаю, если бы девушка могла сейчас взглянуть мне в глаза, то выжгла бы их одной лишь силой мысли. Я отдал бы всё ради того, чтобы суметь прочесть то, что у нее в голове, узнать, о чем она думает в эти мгновения. Но я не могу. Я продолжаю стоять на месте, держа полароид в опущенных руках. Райли с задумчивым сосредоточенным видом развязывает перетянутые веревки. Брату захотелось, чтобы кадры были более живыми и. свободными.

— Присмотри за ней. И сделай так, чтобы фотографии были достаточно интересными, — с иронией шепчет брат, склонившись к моему уху. Замечаю кривую ухмылку на его губах, на что отвечаю сдержанным кивком. — Она всё-таки не тряпичная кукла.

Райли оставляет меня наедине с жертвой. Девушка по-прежнему остается в сидячем положении, напрягшись, точно струна, и прислушивается к каждому шороху. Она уловила, как брат вышел. Но, думаю, она уже и без того прекрасно догадалась, что на самом деле нас двое.

Подняв фотоаппарат и нажав на кнопку, понимаю, что пришло время сменить кассету. Мне стоило подумать об этом заранее, но теперь дороги назад уже нет. Кидаю на блондинку неуверенный взгляд и недовольно хмурюсь. Не хочу прикасаться к ней. Не хочу снова связывать ее. Это прерогатива Райли. Не моя. Сглотнув, поднимаюсь из подвала, прикрыв за собой дверь, и быстрыми шагами кидаюсь в комнату за сменной кассетой. Не думаю, что девушка успеет сообразить, что к чему.

Справившись с полароидом, я уже направляюсь к выходу из спальни, обустроенной на чердаке, как слышу странный шорох, доносящийся с первого этажа, звуки, похожие на топот или же неуклюжие удары.

— Чёрт, — выругавшись, бросаю фотоаппарат на кровать и на всех порах кидаюсь к лестнице. Вид девушки, стоящей в центре гостиной, повергает меня в смятение и ступор. Она успела впопыхах запахнуть свою изорванную окровавленную одежду и, главное, снять повязки с глаз и рта. Наши взгляды встречаются, но блондинка с трудом различает мой силуэт на деревянных ступенях. Райли всё предусмотрел, пропитав повязку раздражающим слизистую глаз раствором, который теперь лишает девушку стопроцентного зрения. Она не видит моего лица, моего телосложения, только размытый овал.

Воспользовавшись моим замешательством, девушка кидается в противоположенном направлении — к входной двери — и выскакивает на улицу, оставив меня стоять на месте. Чёртов идиот.

Издав невнятный грубый звук, порываюсь к выходу и резко останавливаюсь, услышав гневный крик Райли, за которым следует громкий топот быстрых шагов, доносящийся со второго этажа.

— Какого хера, Эллис! — гневно бросает он, пробегая мимо, и отталкивает меня в сторону. Тело брата мгновенно скрывается за дверью. Опомнившись, я кидаюсь вдогонку, но скоро сдаюсь, поняв, что от меня толку будет мало. Фургон полностью забит свежим мясом, что заметно снижает скорость передвижения старого автомобиля, я же на своих двоих едва догоню даже Райли.

(Ким Петерсон)

На часах уже половина седьмого вечера и мне давно стоит идти домой, но я не тороплюсь, склонившись над документами и потягивая давно остывший кофе. Уже который день меня заставляют проглядывать чужие закрытые дела, не доверяя своего собственного. Точно все в этом участке сговорились, решили посмеяться надо мной, похоронить под грудой макулатуры. Чужой макулатуры.

Стук в дверь заставляет меня вздрогнуть. В образовавшейся щели показывается лицо Джейме.

— Ты решила здесь прописаться? Твой рабочий день закончился 40 минут назад, Ким, — со сдержанной улыбкой произносит мужчина. Обращаю внимание на его заспанные глаза и чуть заметную серость вокруг, оттеняемую черными волосами и угольной щетиной, и тяжело вздыхаю.

— Ты себя-то в зеркало видел? — звучит иронично, тем не менее, я откладываю кипу бумаг в сторону и выхожу из-за стола.

— Нет. Но ты могла бы и промолчать. Хотя бы из вежливости, — Стоун провожает меня внимательным взглядом, пока я лениво передвигаюсь по кабинету, наводя порядок и натягивая на себя легкий свободный свитер поверх блузы.

— Да еще бы. Подкинешь до дома, м? — остановившись перед зеркалом, стягиваю с волос резинку, позволяя длинным темно-русым волнистым волосам рассыпаться по плечам.

— Конечно. Но в следующий раз не дождешься. Ты отнимаешь у меня много времени, — с издевкой произносит мужчина, выходя из кабинета, и получает подзатыльник. На пороге вспомнив про свет, нажимаю на выключатель и выхожу вслед за психологом.

Оказавшись на улице, невольно поеживаюсь, признав, что к вечеру заметно похолодало. Всё-таки, на дворе уже конец сентября. Небо снова затянуто тучами, в лицо ударяет прохладный ветер, чем окончательно портит мне настроение. Хочу домой.

Отвожу глаза от неба и замечаю Джейме, уже сидящего на водительском месте.

— Решил уехать без меня, чёрт подери, — бросаю я, обходя машину, но затем резко останавливаюсь, услышав звук, похожий на крик, исходящий из леса.

Насупившись, скрещиваю руки на груди и медленно перехожу шоссейную дорогу, оказываясь возле лесной полосы. Сейчас слишком темно. Неясная погода вкупе с густотой леса едва ли позволяют мне видеть на несколько шагов впереди себя — вглубь чащи.

— Ким? — взволнованно спрашивает Джейме после того, как до меня доносится звук открывающейся двери его «Ford Falcon». — Что-то случилось?

Не отвечая, я продолжаю упорно вглядываться в темноту, но там, кажется, ничего нет. Отрицательно покачав головой, поворачиваюсь к Стоуну.

— Всё в порядке. Просто показалось. Завод… — меня прерывает крик. Ясный, чёткий, громкий крик.

Порывисто ахнув, я снова разворачиваюсь в сторону чащи и только теперь различаю в гуще деревьев двигающуюся фигуру.

— Помогите! — женский голос заставляет меня вздрогнуть. Не растерявшись, бросаюсь навстречу девушке, различив позади бегущего за мной Джейме.