Фрэнсис Вилсон – Во всем виновата книга – 2 (страница 60)

К слову, о здоровье. Родители Дженет заметили только одно небольшое отличие шестого ребенка от братьев и сестер (кстати, последние два ребенка были девочками). К несчастью, она была довольно болезненной и все время притягивала к себе вирусы, бактерии и микробы, да так, что почти все детство провела в кровати, порой совершая вылазки в реальный мир, где вскоре падала под натиском очередной инфекции.

Большинство детей считают, что болеть скучно и утомительно. Некоторые – особенно в больших семьях – любят болеть, быстро обнаруживая, что родители окружают их вниманием и лаской только во время болезни. И лишь немногим болезнь открывает двери в другой мир благодаря охапкам книг, которые то мать, то отец тащат из библиотеки, чтобы чем-нибудь занять страдальца.

Как вы, несомненно, догадались, Дженет принадлежала к этой последней, немногочисленной категории. Грипп? Острый фарингит? Ветрянка? Корь? Свинка? Простуда? Очередное непонятное недомогание? Юная Дженет Шор встречала его болезни с огромным энтузиазмом, и можно было решить, что она обречена на вечную ипохондрию, если не знать о ее любви к чтению. Дженет начала с волшебных сказок, отдав должное братьям Гримм и Андерсену. Затем переключилась на мифы, предпочитая римские греческим. Погрузилась в библейские книги с картинками, но вскоре переключилась на серии «Дети из товарного вагона» и «Маленький домик в прериях», а потом – на приключения Нэнси Дрю, Трикси Белден, братьев Харди и близнецов Бобси. Близнецов раскопали в доме ее бабушки в Нью-Гэмпшире и прислали, когда стало ясно, что Дженет прочтет все детские книги в деревенской библиотеке еще до своего десятого дня рождения.

Одной из причин любви к чтению было, конечно, желание уйти от реальности, от бесконечных болезней и суматошной жизни в крошечном доме с семью другими детьми и двумя взрослыми. Вторая причина была тесно связана с даром Дженет, ее особенным умением, которого вечно занятые родители не замечали.

Принято говорить, что люди уходят от реальности в книги, то есть ищут на страницах романов спасение от повседневной скуки. Но Дженет Шор уходила в книги в полном смысле этого слова. Одна душераздирающая мелодраматическая сцена (Мэри Инглз ослепла!), увлекательное приключение в жуткой пещере (Том, Гек и Индеец Джо!), битвы с пиратами (Питер Пэн и Капитан Крюк!) – и Дженет переносилась внутрь ее, причем как полноправная участница истории, а не как наблюдательница. Безумный Шляпник и Мартовский Заяц угощали ее чаем вместе с Алисой, а когда принц поднес Золушке хрустальную туфельку, Дженет оттолкнула замарашку и примерила туфельку сама. Другой принц поцеловал ее вместо Белоснежки, и разве можно его винить – кто захочет ласкаться, считай, с покойницей! А когда Рапунцель перебросила свои волосы за окно, Дженет спустилась по ним к спасителю, прежде чем тот успел крепко схватиться за локоны, чтобы подняться к возлюбленной.

Теперь ясно, почему Дженет Шор встречала болезни как давно потерянного возлюбленного, явившегося просить ее руки? Могут ли быть сомнения? В доме, где легко остаться незамеченным, сделать это ничуть не трудно. Именно благодаря своей затерянности Дженет часами и днями тренировалась погружаться в романы, даже когда не боролась с болезнью. Выяснилось, что для успеха нужны всего три составляющие: история, которая завораживает, вызывает восторг, ужас, волнение, затягивает на физическом или эмоциональном уровне; одиночество как трамплин; привязь, чтобы вернуться в реальный мир. С двумя составляющими проблем не было. Дженет от природы обожала читать, погружалась в книги с головой, и не требовалось большого ума, чтобы сделать привязью домашнего пса. С одиночеством было сложнее, но в конце концов девочка нашла идеальное место. В глубине старого, полуразоренного деревенского кладбища, сразу за елями, разросшимися на дальней стороне урнового участка, стоял древний сарайчик для хранения садового инвентаря, давно забытый всеми, почти похороненный под кустами ежевики, лишайниками и мхом. Дженет кое-как подлатала сарайчик, чтобы укрываться от дождя, нередкого в этой части света, и притащила туда старый самодельный коврик, некогда сработанный одной из ее тетушек, одеяло из местной лавки подержанных вещей, явно прошедшее через много рук, и подушку, которая хранилась в родительской кладовке на случай, если явится кто-то из родственников и его уложат на диване. Обеспечив себе мало-мальские удобства, Дженет могла прятаться на кладбище, в своем тайном убежище, когда пожелает, в компании очередной собаки, взятой родителями из приюта. Собака сидела снаружи, Дженет – внутри, с поводком, намотанным на запястье. Здесь она была в полной безопасности – пес выдергивал ее в реальный мир, когда наступало время ужина, – и могла вволю исследовать литературные миры, чем и занималась несколько лет.

Несомненно, Дженет так и наслаждалась бы своим книжным даром в одиночестве, если бы не ввязалась в глупый спор с Мони Рирдон, своей лучшей подругой, о представлении в канун Дня Всех Святых, Страшиле Рэдли и Бобе Юэле. Мони неправильно поняла кульминационную сцену и развязку романа, посчитав, что Боб Юэл действительно упал и напоролся на свой нож, как утверждал Гек Тейт. Доводы Дженет не действовали на Мони. Даже учительница их седьмого класса, миссис Нефф, не смогла ее переубедить. Мони воспринимала написанное буквально. Намеки Гека Тейта и его слова о городских леди, которые завалят Рэдли пирогами и тортами, не убедили Мони в том, что она прискорбно ошибается насчет кончины Боба Юэла в решающий момент. И Дженет подумала, что та должна увидеть все своими глазами.

Дженет слегка сомневалась, сумеет ли она отправить в литературное произведение кого-то другого, – но обнаружила, что для этого достаточно усилий, которые она совершала во время собственных странствий. Надо только положить на грудь человека нужную книгу, открытую на нужной сцене, правильно расположить руки, медленно, размеренно дышать и повторять: «Прими меня, прими меня в свои объятия» и еще пять слов, приводить которые мы не будем, дабы не подвергнуть читателя опасности, иначе он мгновенно окажется в книжном мире, точнее говоря, окажутся его душа, разум и память. Тело, разумеется, останется на месте, и в нашем случае этим местом был сарайчик на кладбище Лэнгли, рядом с прахом кремированных.

Так Мони Рирдон перенеслась на страницы книги «Убить пересмешника», чтобы своими глазами увидеть драку под огромным дубом и разобраться, кто напал с ножом и на кого. Разумеется, этот опыт перевернул все в душе Мони. Вернувшись в сарайчик с широко распахнутыми глазами и открытым ртом, она твердила: «Джим Финч просто прелесть!» и «Как ты это сделала? Хочу еще!».

Лучше бы Мони сохранила в секрете умение Дженет, но это было невозможно – Мони знали как болтушку. Очень скоро у сарайчика выстроились одноклассники Дженет, требуя «показать книжный фокус», как его неромантично окрестила Мони.

Многие мальчики, естественно, выбирали мир Гарри Поттера. Почти все девочки хотели, чтобы Эдвард и Джейкоб влюбились в них, а не в Беллу. Все это было так скучно, однообразно и прозаично, что Дженет стала сама выбирать место назначения, и это, как несложно догадаться, вызвало немалое недовольство. Мальчиков, которые хотели сыграть в квиддич на метле, она отправляла в Колхиду вместе с Ясоном на поиски золотого руна. Девочкам, мечтавшим познать любовь вампира, она предлагала страсть мистера Рочестера, нашедшего в простушке Джейн Эйр любовь всей своей жизни. В ответ на жалобы книжных путешественников, которых она великодушно принимала в своей лесной хижине, Дженет фыркала: «Ха! Попробуйте хоть раз прочесть приличную книгу». Современные бестселлеры были ей неинтересны. Ее восхищали греческие и римские мифы, шедевры викторианской литературы, героические повести великих американских писателей. Дженет всегда шла против течения и оставалась верна своим литературным вкусам, поэтому со временем ворчливые школьные товарищи либо спасовали, либо стали ее верными сторонниками. Третьего, как оказалось, было не дано.

Так пролетели средние классы (Гилберт Блайт, предлагающий руку и сердце Энн Ширли, – для романтически настроенных особ; приключения Натаниэля Бампо на заре американской истории – для тех, кому хочется побольше действия) и старшие классы (полчаса на качающейся палубе «Пекода» – для юношей; Порция готовит ловушку Шейлоку – для девушек). Кроме того, в старших классах Дженет увлеклась Диккенсом, что открыло множество возможностей. Хотите познакомиться с Мэгвичем? Легко! Желаете знать, как на самом деле выглядел Билл Сайкс? Это несложно устроить.

Окончание школы круто изменило жизнь Дженет Шор и способ ее обращения со своим необычным талантом. Она поступила в колледж, чтобы изучать библиотечное дело (вполне естественный выбор), и ее сердце, к несчастью, в первый и последний раз пронзила стрела Купидона.

Можно ли сомневаться, что молодая женщина, обожающая книги, верит в существование истинной любви? Кто из читателей не поверит, что Дженет Шор была способна встретиться глазами с темноволосым незнакомцем в комнате, полной людей, и влюбиться с первого взгляда? Читатель, может, стал бы спорить, но тщетно – в переполненном вегетарианском уголке студенческой столовой Дженет обратила свой взор на некоего Чедборна Хинтон-Гловера. И хотя его двойная фамилия могла бы о многом рассказать, а удивительное сходство с Чарли Шином могло бы рассказать еще больше, она видела лишь огонь в его глазах и думала, сгорая в этом пламени, как она вспоминала позже, лишь о том, что их одновременно поразила молния любви – любви, которая была больше их обоих, как это обычно случается.