Фрэнки Мэллис – Дочь Затонувшей империи (страница 41)

Он оставался неподвижным, а в его темных глазах горел огонь.

– Пожалуйста?

Тристан резко выдохнул.

– Ты права. Идем.

Мы направились к полям, где все собрались на вечеринку после церемонии Клятвоприношения. Это было празднование новых родовых наследий и последняя ночь свободы для учеников перед началом занятий и утренних тренировок. Легкий ветерок ласкал ночь, нашептывая эхо барабанов, бьющих в такт с лирами и флейтами. Вспыхнули костры, и будущие маги, опьяненные своими приобретенными силами, запускали ослепительные фейерверки в звездном небе.

Кто-то наколдовал танцпол в центре поляны. Желая раствориться в толпе, я втащила Тристана туда. Его руки скользнули по моим ребрам и талии, все еще покрытой золотыми доспехами, вниз к бедрам, и он притянул меня ближе, заставив двигаться в ритме танца. Вверху взрывался фейерверк, а рядом с барабанщиками выступали танцоры водных танцев, их голубые ленты мерцали над землей. В ауре Тристана все еще тлела ярость, и я, прижавшись задницей к его паху, соблазнительно покачивала бедрами, зная, что это сводит его с ума. Но он не собирался так легко забывать, что теперь я связана с Райаном. Ведь на мне все еще были доспехи.

И я, конечно же, не могла этого забыть.

Даже когда мы танцевали, у меня перед глазами стояло лицо Райана в храме, я не могла выкинуть из головы напряженность его взгляда, когда он раздевал меня. Не могла забыть, как его руки касались моей кожи.

Но руки, которые сейчас игриво тянули меня назад, были гладкими, а не мозолистыми. Тристан развернул меня лицом к себе и прижал к себе. Я уткнулась лицом ему в шею, боясь, что он прочтет мои мысли и поймет, что я думала о Райане.

Мы продолжали танцевать, а вокруг нас не утихала магическая феерия. Как всегда, самые пьяные или глупые произносили заклинание для кашонима, призывая всю силу своего родового наследия. Было легко заметить, кто это делал. Вокруг них появлялся ураган энергии, случалось небольшое землетрясение от одного прыжка, сверкала молния, по яркости не уступающая солнцу, которая едва не превращала их посох в пепел. В ночь церемонии Клятвоприношения патрули удваивались, чтобы следить за этим идиотизмом.

Когда музыка ускорилась, Тристан закружил меня, и в этот же момент какой-то сотурион вырвал с корнем дерево. Все больше учеников стали взывать к кашониму, и каждый из них начал падать на землю, не в силах выдержать столько силы. Еще и получаса не прошло, как мы пришли на вечеринку, а поле уже было завалено вырубившимися магами и сотури, которых либо перешагивали, либо укладывали в компрометирующие позы их друзья.

Музыка снова замедлилась, и на танцполе осталось меньше пар. Некоторые из учеников-сотури ввязывались в драки под подбадривающие крики их друзей.

Я обвила руками шею Тристана, и он, наклонившись, припал к моим губам.

– Хочешь куда-нибудь уйти? – Его голос был хриплым от желания.

– К тем деревьям, – ответила я, сжав его руку.

Мы начали пробираться сквозь толпу, но большинство присутствующих на вечеринке были слишком пьяны, чтобы заметить это. И мы оказались не единственными, кого охватила безумная страсть и похоть.

Раздался крик, и я обернулась, обнаружив, что вспыхнула еще одна драка. Не драка, а Атака пятерых. Пять сотури нападают на одного.

Нария.

Она была неопытной, принимала удары в живот или по спине. От таких ударов я упала бы на колени и завопила от невообразимой боли. Но она казалась невозмутимой, как будто ей просто дали пощечину. Она с легкостью промахнулась, атакуя своих противников, поскольку еще не умела хорошо драться, но счастливо рассмеялась в ответ даже после того, как получила кулаком в челюсть.

Я прислонилась спиной к дереву, которое выбрала, подальше от других пар. Приглушенные стоны удовольствия доносились сквозь шелест листьев вокруг нас. Я закрыла глаза, пока Тристан возился с моими доспехами, ослабляя незнакомые ремни, затем просунул руки под них, отодвигая в сторону складки моего балахона, и обхватил ладонями грудь. Он провел большим пальцем по уже затвердевшему соску, и я ахнула. Притянув Тристана ближе, я вцепилась в его ремень и обвила ногой бедро. Тристан снял с меня золотые пластины брони и скользнул руками по плечам, обнажая меня.

Я снова закрыла глаза и откинула голову назад.

Мы прятались под солнечным деревом. На скулах Тристана ходили желваки, а грубые руки лежали на моих бедрах. Снедавшее меня желание было настолько сильным, что я испытывала боль. Он наклонился и прижался к моей щеке так же, как когда мы танцевали. Я почувствовала его дыхание у своего уха, и мои колени ослабли.

– Я хочу поцеловать тебя, – произнес он со своим прекрасным мелодичным северным акцентом. – Можно?

– Да.

Первое касание его губ было нежным, робким, испытующим. Он отстранился, позволяя увидеть желание, вспыхнувшее в его изумрудных глазах. Затем снова накрыл мой рот и с неистовой мягкостью углубил поцелуй, пробуя меня на вкус и постанывая. Его звуки сводили с ума, так же, как и его вкус вкупе с прикосновениями. Разгоряченное тело вибрировало от желания, и я прижалась к нему бедрами, почувствовав, как его рука заскользила с талии вниз и обхватила мою попку. Другой рукой он сжал мой подбородок, лаская пальцами щеку.

– Я хочу тебя, – прорычал он мне в ухо. – Всегда хотел.

Затем он отстранился и стянул с меня платье. Его кровь стала моей кровью, соединенной магией на наших доспехах, пульсирующей в моих венах. Он был у меня под кожей. На моем запястье появился новый шрам, дополняющий мои клятвы на крови, который связал нас навеки.

– Мне с тобой так хорошо, – выдохнул он, его аура окутывала, заявляя на меня права. Я не могла дышать.

Райан провел рукой по моим бедрам, его горячее дыхание коснулось моего плеча, когда он осыпал поцелуями ключицу, одновременно скользнув другой рукой мне между ног. Я была безумно влажной и готовой, поэтому отчаянно подалась бедрами навстречу. Да. Боги, да.

– Лир, – простонал Тристан мое имя. Тристан. Не Райан.

Распахнув глаза, я столкнулась взглядом с карими, а не зелеными глазами, и вздрогнула. Меня поглотили фантазии о Райане, воспоминания о нашем с ним первом поцелуе смешались с тем, что Тристан делал со мной сейчас. Боги. Я настолько погрузилась в свои фантазии… просто перестала отдавать себе отчет в том, что все еще целую Тристана. Внутри все похолодело, когда я попыталась отогнать эти образы.

– Ты в порядке? – спросил Тристан, нежно целуя меня в щеку.

Я кивнула и судорожно вздохнула.

– Не останавливайся.

Тристан покрыл поцелуями мою шею, а я уставилась в поле, боясь снова закрыть глаза и забыть, в чьих объятиях нахожусь.

Нария заметила нас издалека, даже сквозь деревья, и наблюдала за нами со злобой в глазах. Она не видела приближения Пави. Сотурион подпрыгнула и накинулась на Нарию с такой силой, что девушки пролетели несколько футов над землей и рухнули в траву. Нария жестко приземлилась на спину, а Пави нависла над ней. Я поморщилась, но Пави легко скатилась со своего противника, а Нария вскочила на ноги.

И это были неопытные сотури-ученики, без какой-либо подготовки. Но их сила была очевидна. Если бы они решили напасть, то убили бы меня. Если бы я так упала, то умерла бы на месте.

Тело прошиб холодный пот от страха того, что ждало меня утром. Первый вариант моего спасения – стать Ка Грей – был отложен, и я не могла обратиться к афейянцу за ответами. Меркуриал наводил на меня ужас.

Оставался последний выход. Библиотека. Тысячи свитков находились в пирамидах и под ними. Где-то там должны быть ответы.

Я не могла больше ждать. Не могла больше оставаться на этой вечеринке, когда мне оставались считаные часы до того, как окажусь на арене с Нарией, Пави, Виктором и другими сотури. Мне нужно было раздобыть больше информации, и начать следовало прямо сейчас, несмотря на то, что стояла почти середина ночи. Я в любом случае не собиралась спать.

– Тристан, – сказала я, – думаю, мне лучше уйти. – Я повернула его лицо в сторону пятерых сотури, которые все еще были в полной силе. Еще одна девушка из Ка Элис вышла на импровизированную арену, гордо встав в центре. Тани Элвен. Она была простолюдинкой, но казалось, липла к Пави.

Пави нанесла ей жестокий удар кулаком в живот, и Тани отшатнулась, хватая ртом воздух, но быстро пришла в себя.

– Вот что меня ждет завтра, – сказала я, наблюдая за его потрясенным выражением лица.

Он повернулся, прижавшись своим лбом к моему, и медленно выдохнул. Затем молча кивнул и, поцеловав меня в лоб, начал ловко собирать мой балахон в складки и фалды, как до этого делал Райан.

Рука об руку мы пересекли поле, перешагивая через тела сотури, которые, обратившись к кашониму, измотали себя до потери сознания. Мы прошли мимо показательных выступлений магов. Виктор стоял в стороне от всеобщего веселья с несколькими волками из своего Ка, все они были явно пьяны и, небрежно держа в руках кубки с вином, расплескивали его на землю.

– Леди Ашера, – взвыл он подобно волку. Его люди завыли в ответ. – Пожалей парня сегодня ночью. Оставь немного сил на утро для нас! А-у-у-у!

Тристан крепче сжал мою руку, и мы поспешили дальше. Мне хотелось, чтобы он оставил меня, и я отправилась в гавань серафимов одна, но я не могла ему объяснить, куда на самом деле направляюсь. Он попытался бы убедить меня остаться в своих покоях и отдохнуть, и я бы только потеряла время, споря с ним.