Фрэнк Херберт – Ловец душ (страница 25)
У двери в кают-компанию Гарсия обернулся.
– Перекусишь?
Рамзи уперся рукой в переборку. Палуба под ним ходила ходуном.
– Эх, не предназначена эта посудина для барахтанья на поверхности, – посочувствовал Гарсия. – Тебе с чем сэндвич сделать?
Мысль о еде вызвала спазм в желудке. Длинный мостик начал вращаться перед глазами в направлении, противоположном крену палубы. Рамзи зажал рот ладонью и рванул к себе в каюту. Едва успел добежать до раковины, как его вырвало.
Вошедший следом Гарсия сунул в руку энсина голубую таблетку, заставил ее проглотить.
Желудок немного отпустило.
– Спасибо, – пробормотал Рамзи.
– А теперь в койку, юниор.
Бортинженер проводил его до кровати, уложил, накрыл одеялом.
«Морская болезнь! От такого позора я в жизни не отмоюсь!» – думал Рамзи.
Гарсия ушел. Энсин вспомнил о своем телеметрическом считывателе, но сил вставать не было. Вскоре его убаюкали покачивания подлодки, и он уснул.
Он почти слышал голос. Далеко-далеко, в конце туннеля. Гулкое эхо комнаты.
«Лодка – моя мама. Я не захочу…»
Энсин проснулся перед самой вахтой и лишь мельком успел глянуть на телеметрические записи.
Спарроу вновь обрел полный самоконтроль.
Подсознание Рамзи, которое долгое время билось над решением задачи, пережевывая и перемалывая ее, словно получило заключительные данные. Ответы сами собой всплыли на поверхность и заполонили сознание.
Он понял, что нужно делать.
Следующие двадцать три часа «Фенийский таран» дрейфовал по ветру, удаляясь от Исландии на северо-восток. Серое пятнышко посреди серой пены. За ним, словно всплывшее из глубин гигантское чудовище, высился над водой край их зеленой понтонной баржи.
Во время второй вахты Рамзи они прошли в двух милях от радиоактивного айсберга, вероятно, отколовшегося от шхер у северо-восточного побережья Гренландии. Похожая на рваный парус ледяная гора словно разрезала ветер на части. Айсберг проплыл мимо «Тарана», как величественный корабль.
Рамзи отметил в судовом журнале: «Течение проходит к востоку от нашего курса. Нам не пришлось уклоняться от айсберга. Радиационный фон за бортом: 1800 миллирентген».
В командный пункт зашел Гарсия.
– Опасность миновала?
– Все чисто, – ответил Рамзи.
Гарсия взглянул на переборку – по экрану катились серые волны.
– Шторм стихает.
– Лишь бы туман не рассеивался, – пожал плечами Рамзи.
В двери со стороны кормы возник Спарроу. В его долговязой фигуре не чувствовалось обычного напряжения.
«Расслабился, – подумал энсин. – Оно и понятно: кому придет в голову искать нас на поверхности? А с берега нас не обнаружить, потому что слишком низко сидим в воде».
– Все спокойно, капитан, – доложил он.
– Отлично. – Спарроу взглянул на хронометр: девять дней, три часа и сорок семь минут. – Джо, наших восточных друзей давно не слышно?
– Часов десять.
Красная точка на карте находилась на шестидесяти шести градусах девяти минутах двадцати секундах северной широты и двух градусах одиннадцати минутах западной долготы.
Капитан кивнул Рамзи.
– Ну, запускай двигатели. В четверть силы. Скорость такая же, как на поверхности, быстрее восьми узлов не разгоняйся.
Энсин с готовностью исполнил приказ.
«Таран» врезался в волны, преодолевая сопротивление воды. Медленно, лениво они начали набирать ход.
– Судно слушается руля, – доложил Рамзи.
Спарроу кивнул.
– Курс: тринадцать градусов. Пока мы дрейфовали, нас снесло слишком близко к побережью Норвегии. У восточников там береговые радары.
Рамзи задал новый курс.
– Будем держаться у поверхности, пока позволяет туман, – сказал капитан.
– Похоже, наши ангелы-хранители работают сверхурочно, – заметил Гарсия.
– Интересно, у них профсоюз есть? – пошутил Рамзи.
Спарроу вновь глянул на хронометр: ровно девять дней и четыре часа. Он подозвал Гарсию.
– Джо, будь добр, встань у руля.
Бортинженер послушно взялся за штурвал.
– Ты свободен, Джонни, – добавил капитан.
Энсин чувствовал страшную усталость. Однако, вспомнив о том, что предстояло сделать, постарался придать себе бодрый вид.
– Мы почти у цели, – сказал он.
Спарроу нахмурился.
– Скорей бы, – продолжал Рамзи. – Зря мы, что ли, каждый день рискуем головой? Пора уже получить вознаграждение за свои труды – под завязку залить баржу сладкой-пресладкой нефтью.
– Довольно, – предупреждающим тоном произнес Спарроу.
– Боитесь, выдам грязный секретишко Первого отдела?
Гарсия метнул на энсина удивленный взгляд.
– Марш в каюту, – приказал коммандер.
– Без проблем, – копируя акцент Гарсии, ответил Рамзи и повернулся к двери на корму. Он не выказал неповиновения, однако тон был достаточно вызывающим.
– Я поговорю с тобой перед следующей вахтой, – пригрозил капитан. – Мне давно следовало внести ясность…
Он не успел договорить – на аварийной панели реакторной системы вспыхнула красная лампочка. Она мигнула зеленым, опять красным, потом опять зеленым.
Рамзи обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть последний скачок от красного к зеленому.
– Неисправность в реакторном отсеке, – сказал Спарроу.
– Наверное, что-то отошло, когда бабахнула торпеда, – предположил Рамзи.
– Скорее, разболталось из-за качки, – покачал головой Гарсия.
– Где-то в Т-схеме вспомогательного поглотителя, – присмотревшись, определил Спарроу. – Впереди по правому борту. Зови Леса.