Фрэн Уайлд – Корабль пропавших слов (страница 14)

– Я все исправлю, обещаю. Но… неужели вы никогда не слышали, чтобы кто-то терял свои слова? Неужели это невозможно?

Его родители не выглядели убежденными. Это было не самым удачным началом. Но Сэм все равно был уверен, что, как только он вручит открытки Мэйсон и мисс Мэллой, все сразу станет лучше.

– Мне фаль, фто ты все ефе не мофешь это фказать, Фэм, – сказала Белла. – Профти, фто разофлила тебя.

– Белла, тебе не за что извиняться, – сказал папа. – Ты не сделала ничего плохого.

– Иногда одно слово может иметь много разных значений, да, Белла? – Анита потягивала свой кофе. – Особенно такие слова, как «извини» и «жаль». Я произношу их иногда, когда я злюсь или когда кто-то болеет, и я хочу, чтобы они чувствовали себя лучше. Слово – это возможность дотянуться до другого человека, посочувствовать ему. И «извини» – одно из таких особенных слов, у которого очень много значений.

Анита повернулась к Сэму и прошептала:

– Даже если иногда это слово воспринимается как должное.

Сэм покраснел. Неужели его мачеха была права? Он никогда не думал, что воспринимает слово как нечто само собой разумеющееся. Он любил это слово. Сэм уставился в тарелку, возя кусочек блинчика по ней вилкой.

«Все, кроме меня, за столом могут произнести это. Разве это честно? Многие люди неосторожно относятся к словам. Так почему же только я должен пропускать бейсбол?»

Но у блинчиков на тарелке Сэма не было ответов. Они только все больше походили на кашицу. Сэм откусил кусок. На вкус блинчики все еще были великолепными.

– М-м-м-м-м. – Белла кивнула, соглашаясь, и продолжила жевать. В уголке рта у нее размазался шоколад. И ее волосы – темные и блестящие, как у ее мамы, – попали в рот и измазались в шоколаде. Она попыталась вытереться, размазывая все только сильнее. Сэм передал ей салфетку.

– Профтите.

– Белла… – простонал папа.

Сэм увидел ореол серебряных волос прямо за окном, когда жевал. Он закашлялся, глядя как бейсбольная бита – одна из папиных старых бейсбольных бит! – закачалась туда-сюда.

А следом маленькая мерцающая лента упала с губ Беллы на пол.

Это что, происходило снова? Сэм потряс головой, пытаясь понять, что он на самом деле видел.

Пока его родители отвернулись спиной, черная свинка, меньше, чем белая в своем нормальном размере, но намного больше, чем белая сейчас, протиснулась в дверцу для собак, схватила слово и снова выбежала наружу.

Еще одна свинья! Сэм смотрел, как собачья дверца качалась, громко хлопая.

– Эй!

– Надо починить эту дверку, – пробормотал папа.

– Или завести собаку, – добавила Анита.

Обычно Сэму нравились такие разговоры – он очень хотел собаку, – но сейчас его сильнее волновала проблема с поросятами. С поросятами, которые воровали слова.

Он обогнул кухонный уголок и с силой толкнул стол, пытаясь разглядеть, куда ушла свинка. Сок Беллы разлился, превращаясь в розовую лужицу.

Папа Сэма вытирал сок Беллы тряпкой и удивленно поднял брови, глядя на детей.

– Ребят, выходные только начались, давайте мы хотя бы спокойно позавтракаем?

Белла посмотрела на папу, потом снова опустила глаза на разлитый сок.

– ___, – сказала она. Точнее, попыталась сказать.

Сэм замер, наблюдая за попытками сестры. Только не это.

Белла открывала и закрывала рот, как рыбка.

– Я не могу фказать это. Мофет, я фаразилась от Фэма.

Сэм топнул ногой.

– Воры! – закричал он на дверь. Кем бы ни были эти существа, они не будут воровать еще и слова его сестры. Или биту его отца.

– Белла, – сказал папа, – хватит дразнить Сэма. Сэм, тоже прекращай. Ты можешь сказать «извини», хватит уже делать вид, что это не так. Посмотри, Белла берет с тебя пример.

– Я не пытаюсь показать ей плохой пример! – Сэм только что наблюдал, как черная свинка украла слово прямо с тарелки его сестренки, а теперь папа с ним разговаривал как с несмышленым малышом. – Я пытаюсь помочь все исправить. Мы сделали сегодня утром открытки. Помнишь, Белла?

Сэм показал открытку, которую ему помогла сделать Белла. Разноцветные буквы вырезаны из журналов. Папа одобрительно кивнул.

– Хорошо.

– Белла, что здесь написано? – продолжил Сэм. Белла внимательно рассмотрела буковки, которые сама вырезала и помогла приклеить на открытку, и покачала головой.

– ___. – Белла начала плакать.

И в этот момент Сэм понял. У этой субботы будет всего одна цель: поймать воров слов. А потом заставить их сказать ___.

– Папа, они и Беллу зацепили!

– Кто «они»? – Явно обеспокоенная, Анита переводила взгляд между детьми.

Папа пожал плечами.

– Сэм, дружище, вопросы так не решаются. Я не знаю, что еще тебе сказать.

Сэм замер. Его папа всегда знал, что сказать. Даже когда было трудно. И его папа всегда пытался услышать Сэма. Он действительно был хорош в этом, потому что в этом заключалась его работа. Когда он встретил Аниту, он знал, что сказать, и всегда слушал. Так почему он сейчас не мог сделать так же?

Тогда, на пятый день рождения Сэма, папа позвал его на обед в офис, и Сэму казалось, что это очень круто. Он попросил няню разрешить ему самому подняться на лифте в офис. Они тогда жили в городе, и его няня выступала за самостоятельность. И, пока Сэм не добрался до офиса, он чувствовал себя очень важным и взрослым. Сэм затаил дыхание, ожидая, что секретарша папы прогонит его, скажет, что малышам здесь не место. Но этого не произошло. А в своем офисе, где целая стена блестела наградами, его папа сделал большой нервный глоток воды и произнес:

– Что ж, дружище, я хочу задать тебе вопрос, потому что мне важно знать, что ты думаешь.

И это заставило Сэма снова почувствовать себя важным, и он кивнул.

– Тебе же нравится Анита, правда? – спросил его папа. И Сэм кивнул, потому что это было правдой. Анита Васкез была архитектором и иногда приходила к ним на ужин, а иногда они с папой ходили куда-нибудь вдвоем. Она была очень милой. И Сэм был уверен, что знает продолжение разговора, и это знание заставило чувствовать себя лучше и взрослее.

Мистер Калвер обнял Сэма.

– Я рад. Как думаешь, может, попробуем стать семьей? Тебе не обязательно называть ее мамой или что-то такое, если не хочешь, хорошо?

И это стало началом новой жизни для Сэма. Его папа женился на Аните, и, казалось, все, что у Сэма осталось от его настоящей мамы, – это открытка, которую она оставила в его детской кроватке с единственным написанным там словом «Извини», прежде чем испариться из его жизни. Папа рассказывал, что после того, как Сэм родился, у нее началась страшная депрессия и что в этом не было его, Сэма, вины. И что теперь, вместе с Анитой, они станут новой семьей. А потом появилась Белла, и они действительно ей стали.

Поэтому сейчас Сэм точно знал, что очень важно было помочь своей сестренке. Потом, позже, он наладит свои отношения с Мэйсон и наконец выберется из этой беды.

– Не волнуйся, пап. Я знаю, что должен делать. – Сэм уже почти закончил фразу, когда увидел, как черный поросенок и крохотная старушка пересекают газон и направляются в сторону дома Локхартов. Старушка несла на плече папину бейсбольную биту.

– Можномнеуйтипожалуйста? – И, не дожидаясь ответа, Сэм выбежал из кухни, догоняя свинку и старушку с серебряными волосами по тротуару.

– Сэм! – раздался голос отца у него за спиной.

Он вернет эти слова и тогда поговорит с родителями. «Я делаю это ради Беллы. И ради себя. И еще ради мисс Мэллой».

Сэм гнался за поросенком до самой уличной библиотеки. Он слышал, как старушка разговаривает с мальчиком рядом с библиотекой, пока они подтягивали поводок и седло на свинке.

– Что достала? – Голос мальчика звучал так, словно они планировали украсть все слова в мире.

– Еще одно «Извини»! От сестры того мальчика, – сказала старушка. – И наводку на еще несколько в этом районе! А ты что нашел?

– Три «круто» и одно «потрясающе», валялись здесь.

– Тольвер, ты же знаешь, мы не можем такие использовать. У нас нет подходящего преобразователя, – сказала старушка.

– Может, мы можем взять нужный в аренду? Или одолжить…

– Тольвер, нет.

Пока эти двое спорили, словно спортивный судья и тренер, Сэм подкрался поближе к уличной библиотеке. Все, что ему надо было сделать, – это схватить слово Беллы, а потом и этих странных гоблино-фейских существ.

Сэм не был уверен, что делать дальше. Может, им придется вернуть его слова, если он сможет их поймать, прямо как в сказках Беллы.