Фредерик Пол – Дитя звезд (страница 68)

Он сообщил ей дату по универсальному календарю.

— Спасибо, монитор. — Подсчитывая в уме, она мило нахмурилась — совсем как Молли Залдивар. — Я здесь уже пять лет… Это уж слишком! — Она кивнула на пятнистый диск солнца.

— Здесь трудно следить за временем, что год, что день — одно и то же. Солнце стоит в небе неподвижно. Даже местного года нельзя отсчитать — не видно звезд, по которым мы могли бы ориентироваться.

Квамодиан зажмурился. Если не обращать внимание на начальственный тон, это был точно голос Молли.

— Проснитесь, монитор! — фыркнула Клотильда Квай-Квич. — Как вы сюда попали?

— Через трансфлексный транзит с Эксиона-4 на Землю, — сказал Квамодиан. — С помощью Лебедя я добился права на внеочередной транзит. Я спешил по вызову одной девушки, Молли Залдивар.

Произнося это имя, он следил за лицом Клотильды, но на перепачканном лице абсолютно ничего не переменилось. И все же он не удержался от вопроса:

— У вас, случайно, не было сестры-близнеца по имени Молли?

— Конечно, нет. Не тратьте время на пустые разговоры. У нас много проблем, монитор! Мы должны направить все усилия на их разрешение. Как ваш старший товарищ, предлагаю и требую сотрудничества. Теперь мои подчиненные могут представиться.

Роботы в унисон процитировали опознавательную матрицу, из которой следовало, что все трое были инспекторами безопасности движения. Все трое, как это ни странно, назвали один номер. Желтопанцирные многоноги говорили по очереди, но оба оказались помощниками инспекторов безопасности движения и опознавательные шифры у них были идентичны.

— Они попали сюда на год позже меня, — объяснила Клотильда. — Мне было дано задание выяснить, что происходит с незначительным числом пассажиров, которые исчезли во время трансфлексной транспортировки. Инспекторам было поручено выяснить, что случилось со мной. В куб станции штаб-квартиры они входили вместе — инспектор и его помощник. Мой маршрут был на Эксион-4, у них — такой же.

Глядя на трех потрепанных роботов и двух покалеченных многоногов, Квамодиан ощутил на затылке холодное дуновение.

— Теперь вы понимаете, что произошло. Во время транзита инспектор был дуплицирован, робот-помощник — триплицирован. Но что хуже всего, произошел обмен разумов. У роботов теперь память и сознание инспектора, а у раздвоившегося инспектора — программы и память робота-ассистента. И в конечном итоге, они оказались здесь.

Голос Клотильды вдруг потерял уверенность, она запнулась. Под маской начальственной уверенности Квамодиан заметил тень откровенного страха. Впрочем, она тут же взяла себя в руки и сказала прежним, довольно визгливым голосом:

— Вот с какой проблемой мы здесь столкнулись, монитор Квамодиан.

— А вы? — он не смог удержаться от вопроса, который возник сам собой. — Вы не заметили в себе никаких перемен?

Она вспыхнула и отвернулась. В волосах зажглись знакомые золотистые искорки. Потом, высоко подняв подбородок, она снова посмотрела на него — это гневное движение тут же пробудило самые болезненные из воспоминаний Квамодиана.

— Я возмущена, монитор, и отказываюсь отвечать на личные вопросы. Если вам нужна объективная информация, то могу сообщить: мною отмечены незначительные отклонения физического характера, которые я предпочитаю не обсуждать. Лучше займемся проблемой нашего спасения.

— Согласен. Вы можете объяснить, как мы здесь очутились?

— Я и мои помощники собирали данные и разрабатывали гипотезы. Конечно, обоснованное заключение будет возможно, когда мы вернемся в штаб-квартиру, если мы туда вернемся.

Она сердито повела плечами, которые спрятались в складках мешковатого инопланетного костюма. Казалось, она старается избавиться от гложащего сердце страха.

— Мы подозреваем следующее. — Она кивнула на местное пятнистое светило. — Это — блуждающая звезда. Она постоянно вмешивается в транзит трансфлексных линий. Датированные документы среди останков на берегу показывают, что первые жертвы прибыли сюда много столетий тому назад. В последнее время частота исчезновений увеличилась, как раз с момента, когда доктор Соломон Скотт открыл станцию по исследованию блуждающих звезд.

— Значит, блуждающие звезды за нами следят! — Квамодиан вздрогнул. Вдоль черного берега, прямо в багровое солнце, дул довольно сильный ветер.

— Соло Скотт побывал здесь?

— Нет. Мы осмотрели останки, составили перечень. Опознаны все, кроме нескольких самых ранних потерпевших. Людей здесь мало. И ни один из них не мог быть доктором Скоттом. — Она испытающе посмотрела ему в глаза, совсем как Молли. — Почему вы спросили?

Он протянул ей ленту послания Молли, рассказал о встрече с доктором Скоттом. Многоноги вдруг что-то зачирикали на родном языке, роботы запищали в ответ. Клотильда прислушалась.

— Она видела непонятный космолет, — перевела она. — Примерно пять-шесть раз. Он быстро и низко пролетал над морем недалеко от берега, словно шпионя. Его внешний вид соответствует вашему описанию поврежденного корабля доктора Скотта.

— И что вы об этом думаете?

Она выждала, пока роботы проскрипят вопрос, а многоноги им ответят.

— Инспекторы предполагают, что это та самая звезда, которая похитила Скотта, а потом переправила обратно на Эксион-4, превратив его в нерассуждающий инструмент.

— Это объясняет, почему он так изменился, — кивнул Квамодиан. — Но зачем ему нужно было убивать меня?

Роботы запищали, им вторили стрекочущие многоноги.

— Очевидно, блуждающая звезда заинтересована в экспериментах, которые на Земле проводит Клиф Ястреб. Звезда хочет вас остановить, не дать вмешаться.

— Молли звала меня, — упрямо пробормотал Квамодиан. — Я не намерен отступать.

— Для этого нужно быть семи пядей во лбу. — В усталых глазах Клотильды замерцала едкая усмешка. — Здесь мы совершенно отрезаны от остальной Вселенной. Если это блуждающая звезда Ястреба, то мы где-то в межгалактическом пространстве. В нашем перечне почти тысяча граждан, переброшенных сюда. И ни одному не удалось вернуться домой.

6

Квамодиан нахмурился, посмотрел на Клотильду, потом кивнул в сторону башен с проволочной паутиной между ними.

— Кто-то пытался вернуться, собрать трансфлексный передатчик…

— И дальше не продвинулся, — презрительно пожала она плечами. — Когда я сюда попала, башни уже стояли. В нашем перечне нет даже имен инженеров, которые их построили.

— Когда-то я изучал транзитную инженерию. — Квамодиан не добавил, что выпускных экзаменов не выдержал. — Этот тессеракт похож на копию рабочей модели. — Внезапно к нему пришла мысль, от которой перехватило дыхание. — Возможно… мне удастся закончить его!

— Все уже готово к испытаниям.

— В чем же дело?

— Мы не можем испытать передатчик, пока не определим, где находимся. — Она прислушалась к писку роботов. — Инспектор считает, что эта звезда — та самая блуждающая, которую нашел Ястреб. Если это верно, мы можем довольно точно определить расстояние до терминала на Эксион-4. Но расстояние — это еще не все, нужно задать направление, а у нас нет ориентиров.

— Я обладаю… — Квамодиан прикусил язык. — Раньше у меня было особое свойство, я умел определять направление. Правда, трансфлексный переход создает помехи. Как правило, по прибытии на станцию назначения все приходит в норму. Но на этот раз… — Он печально покачал головой. — На этот раз мое чувство ориентации так и не пришло в норму.

Повисла тишина. Потом загундосили роботы, запищали многоноги. Девушка побледнела.

— Монитор, инспектор вспомнил один рапорт, связанный с экспериментами по вашему феномену. Часть экспериментаторов убедилась, что вы обладаете даром воспринимать завихрения гиперпространства, другая часть считала вас обманщиком. Сейчас самое время испробовать ваш дар, если вы в самом деле им обладаете.

— Я попробую, — пробормотал Квамодиан. — Но я все равно ничего не чувствую.

Он попробовал наугад. От напряжения его затошнило, закружилась голова, он покрылся холодным потом. Берег накренился, черные вершины скал повисли над самой головой. Кровавое солнце закружилось волчком.

— Бесполезно, — выдохнул он без сил. — Я даже не знаю, что нужно делать. Как правило, я просто чувствовал направление и все. Или я его чувствую или нет.

Роботы, поскрипывая, подобрались ближе.

— Попробуйте еще раз! — отрезала Клотильда. — Или вам больше нравится здесь?

— О Альмалик! — В нем проснулся гнев. — Вы что думаете, я не хочу добраться до Земли, спасти Молли…

С ним что-то произошло, когда он произнес эти слова. Берег обрел устойчивость, багровое Солнце заняло положенное место, головокружение прошло. Он совершенно точно знал, где находится.

— Вот где Эксион. — Он показал на небо. — Вправо от Солнца. Нужно продолжить линию экватора на полдиаметра. Галактика — пониже, над морем.

— Монитор, вы уверены?

После этих слов уверенность Квамодиана несколько поблекла.

— По-моему… — жалкая пауза, — по-моему, я не ошибся.

Клотильда Квай-Квич и роботы отошли к подножию башни посоветоваться без посторонних. Два многонога остались на страже возле Квамодиана, словно боясь, что он бросится наутек. Роботы пищали, Клотильда что-то шептала им, и наконец все они вернулись к Квамодиану.

— Мы обсудили ситуацию, монитор. Мы не уверены, что ваша способность угадывать направление позволит нам правильно настроить приборы станции. Если терминал работает, блуждающая звезда может помешать покинуть планету. Инспектор предлагает провести испытание станции. Вы согласны?