Фрауке Шойнеманн – Генри Смарт и секрет золотого кубка (страница 17)

У меня по спине пробегает холодок, и накатывает беспомощность. Как же нам успеть освободить Зигфрида из этих застенков? А что если нас тоже туда посадят?

Хильда задумывается:

– Месье Дюпре, а что носит гвардия кардинала? У них такая же форма, как у вас?

Дюпре качает головой:

– Нет, у нас, у стражников дворца, у всех одинаковая красная прилегающая форма. У гвардейцев кардинала, напротив – широкие красные плащи с белым крестом на груди и спине.

– А кто стирает форму гвардейцам? Это делается прямо во дворце?

Дюпре смеётся:

– Что за странный вопрос! Этого я не знаю, я ведь не прачка. Мы, дворцовая стража, сами обязаны заботиться о своих вещах и содержать их в полном порядке. Что касается меня, я полагаюсь на услуги прачек с Рю дё Лешель.

– Бинго! – Хильда выскакивает из-за стола.

– Бинго? – удивлённо переспрашивает капитан. – Кто это?

Хильда смеётся:

– Ну, месье Бинго. Классный парень. Так я называю невероятную удачу, которая заключается в том, что все, кто работает во дворце, наверняка отдают свою одежду в стирку на улице дё Лешель. Думаю, велика вероятность, что и гвардейцы кардинала тоже. Так что подъём! Оставим и там пару золотых.

– Матильда, я не понял ни слова, – вынужден признаться я.

– Но это же очень просто, Анри: одежда делает человека! Если нам удастся как-то подобраться к форме гвардейцев кардинала, у нас появится шанс повнимательнее оглядеться во дворце. Нужно испробовать все возможности, чтобы разыскать Зигфрида. Я не могу, явившись Вотану на глаза, доложить, что мы забыли его любимого внука в эпохе Ренессанса.

Филипп Дюпре широко распахивает глаза от изумления:

– Бинго, Зигфрид, Вотан? Mon dieu – ради всего святого! О ком вы говорите? Кто все эти люди? И вы на самом деле хотите попытаться проникнуть во дворец?! Вас и в форме тотчас узнают, не сомневаюсь. Вы же дети – это сразу видно!

Боюсь, Дюпре прав. Так просто наверняка не получится. Чтобы нам всем проникнуть в этот чёртов дворец, необходим какой-нибудь гениальный трюк. Я лихорадочно перебираю в памяти все гениальные трюки, о которых когда-либо слышал в связи с удавшимися побегами из заключения. К сожалению, их не слишком много. Честно сказать, скорее ноль. Или нет? Секунду! Перед моим внутренним взором всё же всплывает одна очень крутая сцена. Точно! Star wars, эпизод первый! Именно то, что нужно!

– Нашёл! – взволнованно восклицаю я. – Star wars! Эпизод первый! Хан Соло, Люк Скайуокер и Чубакка спасают принцессу Лею незадолго до её казни! Переодевшись в форму имперских штурмовиков и выдав Чубакку за своего пленника, Хан и Люк проникают в тюремный блок, где им удаётся освободить Лею. – Уже озвучивая свои размышления, я начинаю подозревать, что это очень плохая идея и со «Звёздными войнами» вышел перебор – потому что теперь из-за стола вскакивает Филипп Дюпре:

– Ну, с меня достаточно! Что-то с вами не так! Множество каких-то странных имён, да ещё вы всерьёз собираетесь тягаться с кардиналом! Нет, никакие вы не деревенские дети! В общем, или немедленно говорите мне, кто вы на самом деле, или я тотчас вас арестую. И поверьте, у нас в Лувре тоже есть ужасные казематы, где прекрасно можно сгнить заживо!

Хильда тяжело вздыхает:

– Вы правы, месье. Мы не деревенские дети, которые ищут работу, – она делает короткую театральную паузу. – Мы агенты. И здесь мы с секретной миссией.

Ну даёт! Что она сейчас сказала? Я ушам своим не верю. Гарантирую, что на один гигантский шаг к ужасным казематам мы уже приблизились. Но не как освободители Зигфрида, а как новые заключённые!

Я так и не понял, как Дюпре мог проглотить эту фантастическую байку: что мы, как агенты короля, должны защищать того от опасной лунной секты. Вернее, его жену, королеву – ведь её собирается похитить человек с Луны. Ну хорошо – чтобы придать этой дикой истории достоверность, в кульминационный момент своей страшилки Хильда вытащила из кармана и сунула Дюпре под нос лунные часы. Парящая в воздухе Луна, конечно же, поразила его до глубины души. Чтобы развеять последние сомнения, она дала ему ещё заглянуть в прибор «ЛОКИ-8000», причём в тёмной каморке, где придворный повар держит картошку. Теперь Дюпре совершенно убеждён, что воспрепятствовать насильственному путешествию королевы на Луну может только спасение Зигфрида из когтей кардинала, поскольку Зигфрид – исключительной важности связной с человеком на Луне: можно сказать, агент под прикрытием.

Дюпре прошагал с нами к прачкам и за два золотых действительно уломал одну из них отдать форму гвардейца кардинала.

– Так, мой мальчик, – допытывается он у меня позже, – а теперь всё-таки объясни мне ещё разок подробнее твой план с этим старым вором З. Что это значит? И как его зовут?

– Какой вор? – никак не возьму в толк я.

– Ну, тот, который стар. Стар вор З.? Его имя начинается на «З»?

Я не могу сдержать улыбки:

– Э-э-э… нет, это… э-э-э… ну, в общем, в этой истории рассказывается о звёздных войнах и… – Увидев совершенно ошарашенное лицо Дюпре, я решаю не озадачивать его ещё больше. – Да просто история так называется. А суть там в старой военной хитрости: надеваешь форму противника, делаешь вид, будто твои товарищи – это пленные, и доставляешь этих якобы пленных в тюрьму противника. Там вы одолеваете охранников и освобождаете своих. В этой истории всё получается прекрасно. Хочется надеяться, что и в реальности тоже получится.

Дюпре вздыхает:

– Что ж, это очень рискованно, мой юный друг, но если я смогу таким образом спасти королеву от человека с Луны, я это сделаю. Я надену форму и проведу вас во дворец кардинала.

Да, он прав. План очень рискованный. И хотелось бы, чтобы он удался не только в кино! У нас ведь, в отличие от Голливуда, к сожалению, нет нескольких дублей до того, как сцена будет снята…

Глава 17. За решёткой

– Эй, вы там! Я привёл двух арестантов!

Стража пропускает нас и в следующую дверь. Пока что трюк из «Звёздных войн» действительно срабатывает на ура. Мы беспрепятственно прошли во дворец кардинала – такое же внушительное здание, как Лувр, только намного меньше. Во дворце нас тоже никто не спросил, кто мы и что, собственно, нам здесь нужно. Свирепого взгляда Дюпре в сочетании с формой оказалось вполне достаточно, чтобы транспортировка заключённых выглядела достоверно. Лишь на пути к казематам чуть не возникли проблемы. Но у Дюпре всё было схвачено. Он просто попросил ещё одного гвардейца сопроводить нас – на случай, если нам, его пленным, придут в голову какие-нибудь глупости. Стоило сказать коллеге обычное «Иди лучше первым» – и мы получили идеальное сопровождение.

Сейчас мы где-то глубоко под дворцом, и всё ближе слышатся крики и стоны заключённых. Признаться, у меня в горле пересохло от волнения. Здесь по-настоящему жутко!

– Господи, Хильда, надеюсь, мы вытащим отсюда Зигфрида живым и невредимым. И выйдем сами, – шепчу я своей коллеге по агентурной сети. Она молча кивает.

– Прекратить болтовню! – рычит Дюпре так громко, что мы вздрагиваем. Должен сказать, он здорово вошёл в роль!

Мы с Хильдой, сгорбившись, идём дальше, ещё одна арка в следующее сводчатое помещение – и, похоже, мы действительно в каземате: решётка, за которую цепляются грязные пальцы, громкие крики и стоны. Мы подходим ближе.

Дорогу нам преграждает очередной охранник:

– Кого ведёшь?

– Парня с девчонкой. В соборе Нотр-Дам опустошили кружку с пожертвованиями, а при задержании оскорбляли его высокопреосвященство, нашего дорогого кардинала. Такая гнусность! Их нужно хорошенько проучить, – усердствует Дюпре.

Охранник неодобрительно качает головой:

– И что же из этой молодёжи вырастет! Во времена нашей юности такого не было!

– Скажи-ка, друг, сидит здесь некий Зигфрид? Вроде как он этим воришкам дядя. Может, неплохо всех этих родственничков вместе собрать?

Охранник кивает:

– Тут и правда есть один с таким странным именем. В самом конце, перед следующим сводом. Погоди, я отопру, и мы посадим детей к нему.

Он идёт впереди, мы с Дюпре за ним. Наконец он останавливается у решётки чуть меньше предыдущих:

– Здесь. У господина одиночная камера. Все остальные были заняты.

Отперев, он вталкивает нас с Хильдой внутрь. Сперва я вообще никого не вижу, но, приглядевшись, замечаю, что у задней стенки камеры на полу кто-то храпит.

– Зигфрид! Это он! – шепчет Хильда.

– Ну вот, здесь вы сможете вместе со своим опустившимся дядей спокойно подумать о ваших поступках! – грохочет Дюпре. Замок решётки снова запирают. Второй охранник, собравшись уходить, всё же ожидает Дюпре. – Иди вперёд, дружище! – отсылает его тот. – Я ещё повзываю к совести этих детей, чтобы на допросе во всём сознались. Возможно, нам удастся выяснить об этих сороках-воровках и обо всей банде ещё больше.

– Как скажешь, – отзывается охранник и уходит по направлению ко входу.

Убедившись, что он ушёл, Хильда опускается на колени рядом с Зигфридом и трясёт его, пытаясь разбудить:

– Эй, Зигфрид! Как ты можешь спать?! Нам срочно нужно домой, а ты не находишь ничего лучше, как затеять драку не с тем, с кем надо!

Зигфрид смотрит на неё, зевая и щурясь:

– О, привет, Хильда! Откуда ты взялась?

– Откуда-откуда! Из постоялого двора, где ты вообще-то должен был нас ждать!

– Слушай, остынь! Я всего лишь хотел скоротать время. В таверне было очень весело, и д’Артаньян как раз представил меня одной очень милой особе, как вдруг…