Франциска Вудворт – Гнев Земли (страница 26)
– С дороги! – Мимо меня пронеслось несколько парней курсом младше.
– Придурки, – проворчала им вслед.
Потом в голову едва не врезался чей-то волшан эйро. Едва увернулась и погрозила ему кулаком. Словом, вокруг царила привычная суматоха. А мне очень хотелось влиться в нее, а не наблюдать со стороны. В Мимамо мы с друзьями так же могли куда-то спешить по коридорам, или сидеть на подоконнике и болтать. Или взять в столовой по стакану с кофе и пить в укромном уголке, чтобы никто не подслушивал наши тайны.
– А вообще хорошо, что я Лео про университет не сказала.
Я хотела об этом подумать. Но в итоге нечаянно произнесла вслух, пока открывала дверь в свою комнату.
Конечно, по всем законам несправедливости, Алисия была там. И, конечно, она услышала вырвавшуюся фразу.
– Прямо умно поступила, – бросила мне соседка по комнате.
Кажется, у нее сегодня настроение было категории «относительно мирное и не так сильно ненавидящее мир». Алисия устроилась в кресле у круглого стола. Тот занимал место у окна. Вид отсюда открывался неплохой. Недаром волшан Алисии сидела сейчас на подоконнике и задумчиво поджигала остатки одного из моих растений.
Я молча отняла горшок, а соседке сообщила:
– Убери свою заразу или я ей перья подстригу. Пока спит.
– Не подстрижешь, – фыркнула Алисия. – Лили спит в камине. Прямо в огне. Кишка тонка.
Иногда она разговаривала не как леди, а как прачка с верфей. Впрочем, не так ли давно я сама хотела в голос выкрикивать ругательства?
– Поссорилась с дружком? – Подмигнула мне Алисия.
Точно! Мир она сегодня не ненавидела, она хотела сегодня язвить.
– Тебе то что?
– Да как бы вообще плевать. Но! Если ты после ссоры впадешь в депрессию и будешь ночами лить слезы, то я не высплюсь. Значит, буду плохо отвечать на уроках. Значит, могу получить плохие баллы. А мне это ну вообще не сдалось. Родители много вложили в мою учебу. Так что давай, говори уже, что там у тебя произошло. Жилеткой не буду, но могу покивать и поддержать твои обидки.
После такой речи мне почему-то стало легче. Язвительность Алисии точно подбодрила меня.
– Тебе легко говорить!
– Точно! – Прищелкнула пальцами Алисия, и из под них вырвался легкий дымок. – А... зараза, руна не вышла. Да, мне легче. Знаешь почему? Потому что я не позволяю каким-то там женихам садиться мне на голову.
Она нахмурила брови и попыталась сказать басом:
– Дорогая, ты не можешь идти в это кафе, тут много джентльменов. Дорогая, этот цвет перьев на шляпке не подходит, он слишком вызывающий. О, огненные волшаны, да это же начинает бесить через пять минут, – заговорила она уже нормальным голосом. – Про университет молчу. Что, твой ненаглядный не пускает туда?
– Я ему не сказала, – призналась соседке. – Я сказала только про фехтование.
Алисия хихикнула и покачала головой. Погладила прильнувшую к ней Лили.
– Представляю какую кислую рожу он сделал.
Я невольно усмехнулась. Лицо у Лео и правда было так себе по выражению в тот момент.
– Вот мы и поругались.
– Теперь подумай вот о чем, – сообщила мне Алисия. – Реально думаешь, что это любовь и прочие ахи-вздохи? У меня отец против своей семьи пошел, наследства лишился потому, что матери позволил не только университет закончить, но и заниматься тем, чем она хотела. Не вышиванием там, не бытовой магией, а летописями. Она у меня любит рыться в архивах библиотек, пишет книгу.
– А твои родители они... кто? – Спросила осторожно.
Про Алисию много чего шептались. Что предки у нее пиратами были, что отец промышлял тем, что пас коров в деревне, а потом убил и ограбил богатого путешественника. Оттуда и появились деньги. Я на такую чепуху лишь качала головой.
– Они – люди, – отрезала Алисия. – Ну чего, сеанс откровения окончен? Вытерли слезки и пошли спать? Или будешь смотреть в окно и вздыхать?
Что-то мне переживать резко расхотелось. Резкие фразы Алисии заставили по-другому взглянуть на ссору с Лео. Я действительно не сделала ничего плохого! Записалась на фехтование. Но там не сказано, что девушкам это запрещено. Хочу поступить в университет. Но ведь не только я туда собираюсь. Например, Ленора и Эдвард собираются пойти учиться на один факультет. Это же чудесно!
Я молча умылась, переоделась в пижаму и залезла под одеяло. Алисия в своей кровати читала книгу и явно больше общаться не желала. Мне же хотелось проверить не собирается ли Лео извиниться.
Наш с ним дневник лежал под подушкой. На мое прикосновение он чуть потеплел, открылся.
Новое сообщение было.
Мне захотелось порвать ни в чем не повинный дневник в клочья. За этими строчками я не видела Лео, только напыщенного дурака, где-то наслушавшегося подобных фразочек. Такие они правильные, такие слащаво-милые. Тьфу!
– Ты можешь не сопеть так громко? – Спросила Алисия.
Она отложила книгу и теперь с интересом меня разглядывала. Ее волшан Лили устроилась в камине, но тоже тянула оттуда любопытную мордочку.
– Можешь заткнуть уши, – не менее любезно сообщила я.
– И это благодарность за то, что побыла жилеткой?
– Ты скорее язвила направо и налево.
– Но тебе же помогло, – вкрадчиво произнесла Алисия.
Я открыла рот и. задумалась. Прямо вот с открытым ртом. Потому что несмотря на то, что фразы Алисии сочились ехидством, они меня и правда подбодрили. Чувство вины, во всяком случае, пропало.
– Поэтому хватит уже изображать волшана с насморком, – отрезала соседка по комнате.
– Что, любовный романчик не читается под мое сопение?
– Скорее, хочется тебя прибить, чтобы не страдала как отравленная лошадь. – Отрезала Алисия и снова уткнулась в книгу.
Я уткнулась в Эсси. Точнее, в ее шерсть. Маленькая засранка любила возиться в пыли и земле, но не любила чистить себя после всего этого. Потому пришлось вооружиться расческой и вычесывать то, что я не заметила в ванной комнате. Эсси терпела, лишь иногда легонько покусывая меня за пальцы. Точно приглашая бросить скучное занятие и поиграть.
– Я не страдаю. – Ответила, наконец.
– Тогда чего сидишь с кислой миной? На радость Лавине и ее подружкам.
Сегодня Алисие определенно хотелось поболтать. Потому что она захлопнула книгу и развернулась ко мне. Смешливое лицо соседки то и дело растягивалось в язвительной усмешке.
– Ты не самая плохая соседка, хотя и бесишь периодически. Так что дам совет... если уж дружишь со своим дружком детства, то делай это смело. Или не делай совсем. Потому что иначе тебя сожрут.
– Мы что не можем общаться? – Взвилась я.
– Учитывая, как он на тебя смотрит, то да, думаю, Лавину это бесит. Она выглядит как ведьма Хаоса из страшилок. Я таких врагов даже недругу не пожелаю. Они как обручились, так прямо самая яркая парочка в школе. Лавина уже примеряет на себя корону Королевы выпускного бала.
– Я то тут при чем?!
– При том, что Адриан не смотрит на нее так, как на тебя.
Вопреки разуму меня вдруг точно обдало теплой волной. Словно небрежно брошенные Алисией слова дали какую-то надежду. Хотя я сама себе твердо сказала не думать про Адриана. Но оно само собой думалось. Вопреки всему. Я уже слилась сама на себя, но тщетно. Адриан то и дело возникал в мыслях.
– У-у-у...
Протяжный звук от Алисии вырвал меня из лап мечтательности. Соседка по комнате разглядывала мое лицо едва ли не с сочувствием.
– Друг детства, значит? – пропела она ехидно. – Ну-ну... Удачи!
И больше ничего не сказав, отвернулась к стене. Заодно и свет на своей половине выключила.
Утром я проснулась на удивление в хорошем настроении. Все случившееся со мной уже не казалось таким ужасным. Ссора с родителями, женихом не сломили меня. Все же летние месяцы не прошли даром, и научили верить в себя. Уже однажды я пошла против воли родителей, и не пропала, справилась. Зато ощутила вкус самостоятельной жизни. Да, мне пришлось самой справляться с трудностями, но зато я перестала зависеть от решений родителей. Почувствовала, что сама управляю своей жизнью.
Именно поэтому меня покоробил запрет Лео заниматься фехтованием. Почему нет, если я этого хочу? Почему я должна его желания ставить выше своих? Он же даже мне официально не жених! Самое забавное, что еще недавно я была послушной девочкой. Мне с детства внушали, что удел женщины подчиняться воле отца и мужа. Да и пример родителей был всегда перед глазами: в нашей семье папино слово закон. Подразумевалось, что он лучше знает, как для нас лучше.
Да вот только жизнь показала, что это не так. Подчинись я еще тогда, и меня бы лишили Эсси, а магию запечатали. Я ни о чем не жалею и больше не хочу, чтобы решали за меня! Осознание, что поступила правильно, придавало сил пережить гнев отца.
Мне пришло в голову, что раньше я бунтовала и нарушала запреты лишь с Адрианом. Он уехал, и мое поведение стало безупречным. А стоило нам снова встретиться, как я вновь начала бунтовать. Все же мама была права, высказывая опасения насчет того, что он плохо на меня влияет. Забавно, никогда не рассматривала это под таким углом.
«Нравится или нет Лео, но я буду заниматься фехтованием!» – решила для себя я. Если он от меня откажется из-за этого, я... расстроюсь не сильно. Осознать это было неожиданно. Все же вчерашнее разочарование не прошло бесследно. Я думала, он другой.