Франц Бенгтссон – Драконы моря (страница 20)
Все согласились, что это было хорошо сказано, принесли жертву Эгиру, Аллаху и Иакову, после чего опять воспряли духом.
К этому времени они ещё не понимали, где они находятся, зная только, что уже далеко удалились от Астурии. Они знали также, что если будут держать курс на север, куда их и гнал шторм и всё дальше будут уклоняться от запада, то окажутся где-нибудь в Ирландии или Англии, а может, даже и в Бретани. Поэтому они собрались с силами и решили грести против ветра. Пару раз им удалось различить знакомые звёзды, и они уверились, что найдут дорогу.
Их главной заботой были рабы, которые, хотя и не были заняты на вёслах, были перепуганы, промокли и продрогли, а кроме того, многие страдали от морской болезни. У всех были зелёные лица, стучали зубы, и некоторые из них умерли. На корабле почти не было тёплой одежды, а с каждым днём холодало, поскольку осень была уже близко. Орм и его люди жалели рабов и помогали им по мере сил: тем, которые ещё могли есть, они давали лучшую еду, поскольку знали, что эти рабы будут ценной добычей, если они довезут их до дома.
Наконец шторм стих, и целый день они наслаждались прекрасной погодой и хорошим ветром, взяв курс на северо-запад. Рабы тоже воспряли духом и оживились на солнце. Но к вечеру ветер совсем прекратился, опустился туман, который начал сгущаться. Было очень сыро, и все тряслись от холода, особенно рабы. Ветра не было, и корабль лежал на волнах, тяжело покачиваясь.
— Мы попали в опасное положение, — сказал Орм. — Если мы будем стоять здесь и ждать ветра, рабы умрут от холода. Если же мы заставим их грести, они наверняка умрут от усталости, поскольку слишком сильно истощены. Хотя им придётся недолго грести, прежде чем мы увидим солнце или звёзды.
— Я думаю, мы должны заставить их грести, так они хоть немного согреются, — сказал Рапп. — Мы примерно знаем, куда нам плыть, поскольку буря шла с юга.
Они сочли предложение Раппа хорошим, и рабам было приказано взяться за вёсла, что они сделали с большой неохотой, ибо действительно у них не осталось сил. Люди Орма опять принялись поочерёдно бить в колокол, и казалось, что он звучит сладкозвучней, чем прежде. Они гребли всю ночь, иногда позволяя рабам отдохнуть и поспать, продвигаясь сквозь густой, плотно их обступивший туман.
Когда наступило утро, Огмунд стоял у кормила, а Рапп бил в колокол, все же остальные спали. Вдруг оба они замерли, прислушались, взглянули друг на друга и прислушались опять. Слабый звон донёсся до них издалека. В изумлении они разбудили остальных и принялись слушать вместе. Протяжный звон повторился несколько раз, но уже немного ближе.
— Кажется, мы не одни, кто идёт на вёслах под удары колокола, — сказал Токи.
— Давайте двинемся потихоньку дальше, — предложил Ульв Волчий Оскал. — Ибо это может быть Ран[8] со своими дочерьми, которые соблазняют мореходов нежным пением и ворожбой.
— Больше похоже на карликов за наковальней, — сказал Халли, — не очень хотелось бы заводить с ними знакомство. Может быть, мы рядом с островом, которым владеют тролли?
Слабый звон всё ещё доносился издалека. Все невольно похолодели и ждали, что скажет Орм. Рабы тоже прислушались и начали горячо перешёптываться между собой, но их наречие было неведомо Орму и его людям.
— Что это такое, никто не может сказать, — промолвил Орм. — Но лучше не бояться такой мелочи и продолжать грести, как мы гребли до сих пор. Что же касается меня, то я никогда не слышал о ворожбе при утреннем свете.
Все согласились с этим и продолжали грести. Между тем удары колокола раздавались всё ближе и ближе. Лёгкое дуновение ветра тронуло их волосы, туман начал редеть, и внезапно все закричали, увидев землю. Это был скалистый берег какого-то острова или мыса. Они не сомневались, что звон доносился отсюда, хотя к этому времени он прекратился. Они видели зелёную траву, нескольких пасущихся коз и две или три хижины, около которых стояли люди и глядели в море.
— Они не похожи на троллей, — сказал Орм, — да и на дочерей Ран тоже. Давайте выйдем на берег и узнаем, куда нас занесло.
Они так и сделали. Люди на берегу не выказали никакого страха перед вооружёнными людьми, лишь почтительно подошли к ним и приветствовали их. Их было всего шестеро, и все были стариками с белыми бородами и в длинных коричневых плащах. Никто не понимал, что они говорят.
— В какую страну мы попали? — спросил Орм. — И кто вы такие?
Один из стариков понял его и, повернувшись, крикнул:
— Lochlannach, lochlannach![9]
Затем он ответил Орму на его языке:
— Вы в Ирландии, а мы слуги святого Финньяна.
Когда Орм и его люди услышали это, они преисполнились радости, ибо вскоре они должны оказаться дома. Теперь они видели, что причалили к маленькому острову, за которым виднелось побережье Ирландии. На этом острове жили лишь старики и их козы.
Старики тихо совещались между собой, удивляясь чему-то. Затем тот, кто понимал северный язык, сказал Орму:
— Ты говоришь на наречии норманнов, а я понимаю его, ибо в те дни, когда я был молод, я много жил с норманнами, прежде чем я приехал в эту страну. Но я никогда не видел, чтобы люди с озёр были одеты так, как ты и твои люди. Откуда ты? Ты белый человек с озера или чёрный?[10] И почему ты приплыл на звук колокола? Сегодня день святого Брандана, и мы звоним в колокола, дабы почтить его память. Мы услышали удары твоего колокола с моря и решили, что это сам святой Брандан отвечает нам, ибо он был великим мореходом. Но во имя Господа нашего, Иисуса Христа, скажите, крещёный ли вы люд, коль вы плаваете по морю со святым колоколом?
— Старик умеет болтать, — сказал Токи. — Тебе есть о чём поговорить с ним, Орм.
— Мы чёрные люди с озёр, из страны короля Харальда, хотя мы и не ведаем, жив ли король Харальд, или нет, так как давно не были дома. Наши плащи и наряды — испанские, поскольку мы прибыли из Андалузии, где находились на службе у могущественного правителя по имени Альманзор. Наш колокол называют Иаков, он из храма в Астурии, где похоронен апостол Иаков, и это самый большой колокол в тех краях, но как и почему он сопровождал нас в походе, слишком долго рассказывать. Мы слышали об этом Христе, которого ты упомянул, но оттуда, откуда мы родом, его совсем не почитают, и мы не крещены. Но раз вы христиане, наверное, вы будете рады узнать, что на нашем корабле тоже есть христиане. Они наши рабы и происходят из тех же мест, что и колокол. Им пришлось довольно туго во время нашего путешествия, и будет хорошо, если они выйдут сейчас на берег и передохнут, прежде чем мы опять отправимся в плавание. Вы не должны нас бояться, ибо вы кажетесь добрыми людьми, и мы не причиним вам зла. Мы возьмём у вас несколько коз, но ничего более, поскольку не останемся здесь надолго.
Когда старикам объяснили всё, что он сказал, они принялись перешёптываться между собой, покачивая головами, и наконец всё тот же человек ответил, что они часто принимают мореплавателей у себя на острове и никто ещё не причинил им зла.
— Ибо мы сами не делаем зла людям, — сказал он, — и у нас нет никакого имущества, кроме этих коз, наших лодок и хижин. Это остров святого Финньяна, которого Господь наделил большой властью, и он оберегает нас. В этом году он послал нам много коз, так что вы не будете испытывать недостатка в еде. Добро пожаловать, и не гнушайтесь тем малым, что мы можем предложить вам. А мы, старики, годами живём здесь одни и поэтому с радостью выслушаем историю о вашем походе.
Итак, рабы высадились на сушу и корабль вытащили на берег. Орм и его люди остались на острове Финньяна и жили в мире и согласии с монахами. Те ловили рыбу и откармливали рабов, так что вскоре они выглядели уже не такими измождёнными. Орм и другие рассказали монахам всё, что приключилось с ними, и хотя старики с трудом понимали чужой язык, они с жадностью слушали вести из далёких стран. Но больше всего их восхищал колокол, равного которому не было во всей Ирландии. Они провозгласили, что свершилось великое чудо: святой Иаков и святой Финньян издали беседовали друг с другом посредством колоколов. И часто во время службы они ударяли в колокол святого Иакова и ликовали, когда долгий звон эхом разносился над морем.
Глава восьмая
О пребывании Орма у монахов святого Финньяна и о том, как великое чудо свершилось в Еллинге
Пока они отдыхали у монахов на острове святого Финньяна, Орм и его люди обдумывали, как им лучше поступить, когда поправятся рабы и они смогут продолжить путешествие. Всем хотелось поскорее попасть домой, и Орму не меньше других, да и в это время года им не угрожала опасность столкнуться с морскими разбойниками, поскольку уже мало кто выходил в море. Но зимнее плавание обещало быть тяжёлым и могло окончиться тем, что все рабы умрут у них на руках. Поэтому разумнее всего было пускаться в путь как можно скорее, тогда они смогли бы доплыть либо до Лимерика, где отец Орма был известным человеком, либо до Корка, где правил самый богатый торговец рабами, Олаф Драгоценные Каменья. Они спросили монахов, как, по их мнению, им разумнее всего поступить.
Когда монахи поняли, чего от них добиваются, они начали горячо переговариваться между собой, и было видно, что этот вопрос их сильно развеселил. Затем один из них сказал: