Франсис Карсак – Робинзоны космоса. Бегство Земли. Романы. Рассказы (страница 74)

О том, чтобы отозвать его посредством волн Хека, не могло быть и речи. Три космолета составляли боевую единицу, звено, и, возвращая один из них, я фактически разоружал, делал беззащитными два других. И уж тем более нельзя было ни отменить, ни отсрочить разведывательный рейд. Мы слишком быстро приближались к системе Белюля, даже при нашей теперешней минимальной скорости.

Я вызвал «Берик», космолет, на котором находился Кельбик. Экран осветился, явив моему взору его лукавую физиономию.

— Ага, ну наконец-то! Хорк! Вспомнил, что я существую? Я думал, ты раньше заметишь мое отсутствие!

— Что вообще тебе взбрело в голову? Ты нужен мне здесь, сейчас же!

— Неужели? А вот мне нужно, чтобы я был там, где я есть, чтобы проверить кое-какие новые теории... Кроме того, не в обиду будет сказано ни тилийским офицерам, ни нашим собственным астронавтам, я думаю, что смогу сделать некоторые наблюдения, которые им не под силу.

— Хорошо. В любом случае, спорить поздно. Только обойдитесь без ненужных стычек! Где вы сейчас?

— Примерно в пятидесяти миллионах километров от внешней планеты. Надеемся достичь ее через несколько часов. Мы уже скинули скорость до минимума. У этой звезды мощное космомагнетическое поле, поэтому здесь возможно гораздо более сильное позитивное ускорение, чем возле нашего старого бедного Солнца!

— Ладно. Как только будет о чем доложить, вызывай.

Кельбик вызвал меня только на следующий день.

— Приземлились благополучно. Никакого сопротивления, и до сих пор — никаких следов того, что планета кем-то занята. Атмосферы нет, почва — замерзший метан, почти никаких скальных выходов. Тяготение — 1,5 g.

Так вот разведчики и перелетали от планеты к планете, пока не добрались до внешнего спутника шестой планеты, еще более крупной, чем Юпитер, и окруженной кортежем из пятнадцати планетоидов.

Они уже начали приближаться к спутнику, как вдруг, вырвавшись из черной расщелины, на них ринулись десять сферических звездолетов. Несколько минут продолжалась яростная схватка, все подробности которой передавались на наши экраны и незамедлительно регистрировались. Два наших корабля взорвались, космолет Кельбика, видимо поврежденный, устремился к поверхности спутника. Из десяти вражеских кораблей уцелели лишь два: наши инфраядерные ракеты оказались весьма эффективными.

Из аудиофона до меня донесся спокойный голос Кельбика:

— Похоже, на этот раз нам кирдык, Хорк. Нас на борту всего трое выживших! Попытаемся сесть, не сломав себе шею. Насколько могу судить, испускаемое врагом излучение воздействует на космомагнетические двигатели... примерно как наши волны Книла. Если здесь нечто похожее, ты знаешь, что нужно делать для нейтрализации его эффекта. К счастью, я вовремя это понял и вырубил двигатели. Сейчас мы в свободном падении. У самой поверхности попробую резко затормозить. Надеюсь, враг решил, что мы вышли уже из игры, и больше не держит нас под своим излучением. В противном случае — прощай, Хорк! Мы уже в десяти километрах… в пяти… в трех… Торможу!

Взрыва не последовало. «Берик» мягко опустился на замороженную поверхность спутника. Два вражеских корабля были еще очень высоко.

— Не похоже, — спокойно продолжал Кельбик, — чтобы им были известны наши волны Хека. В любом случае, между собой они переговариваются на электромагнитных волнах. Словом, передатчик выключать я не стану. Полагаю, они возьмут нас в плен, чтобы вытянуть из нас как можно больше сведений.

— Не беспокойся, — оборвал я его. — Усиленная эскадра немедленно вылетает на помощь, и, так как мы уже гораздо ближе к вам и не будем задерживаться на внешних планетах, ждите нас через пять дней. Держитесь! Если придется совсем уж туго, сдай им что-нибудь незначительное. Постарайтесь выиграть побольше времени!

— Понял. Но только не прилетай сам! Ты нужен Земле.

— Видишь ли, дело в том, что мне лично нужно проверить кое-какие свои теории! И потом, командую здесь я, и я буду делать то, что сочту нужным!

— Внимание! Вот они!

На экране я увидел, как Кельбик направляется к одному из расшторенных иллюминаторов. Снаружи, по ледяной равнине, осторожно, прячась за отдельными глыбами, приближалось с десяток фигур. Даже деформированные спасиандрами, фигуры эти напоминали человеческие. Затем послышались громкие удары в дверь шлюза.

— Сопротивляться бесполезно, — обратился Кельбик к своим уцелевшим соратникам, Харлоку и Рабелю. — Только умрем впустую. Хорк, я открываю! И вырубаю изображение со своей стороны. Так ты сможешь за всем наблюдать, оставаясь невидимым.

Внутренняя дверь шлюза медленно открылась, и в рубку вошли трое в спасиандрах. Каждый из троих был вооружен коротким пистолетом, походившим скорее на ваше нынешнее оружие, чем на наши фульгураторы. Они повернулись лицом к экрану, и я подскочил от неожиданности: двое из них были людьми, но вот третий!.. Я плохо различал сквозь прозрачное забрало шлема его лицо, но мне показалось, что оно ярко-красного цвета.

Пока один из них держал Кельбика и его товарищей под прицелом, двое других сняли шлемы. Первый оказался еще молодым человеком с коротко подстриженными светлыми волосами. Второй... второй человеком не был. Под куполом лысого черепа и морщинистым лбом сверкали три глаза, расположенные треугольником — средний выше двух крайних, лицо было пурпурного цвета, без носа, рот — щелевидный, с роговыми, как у какой-нибудь рептилии, губами. Человек заговорил на языке, который я понял и который оказался старым арункианским, от которого произошел тот универсальный язык, на котором все мы говорили.

— Вы — пленники. Не пытайтесь бежать, иначе мы вас убьем.

Кельбик небрежно облокотился на передатчик, заложив одну руку за спину; врагам она видна не была, зато была прекрасно видна мне.

— Хорошо, — сказал он. — Сдаемся.

Его пальцы сплетались и расплетались, образуя фигуры каринского алфавита, который все мы выучили еще студентами, чтобы переговариваться в аудитории незаметно для преподавателей. Он передал:

«Попытаюсь узнать, куда нас поведут».

Вслух же он спросил:

— Но кто вы такие? И почему напали на нас? Мы всего лишь исследовали эту солнечную систему, даже не зная, что она обитаема...

— Не лгите! Нам известно, кто вы и откуда! Вы с Земли. С той самой Земли, которая сейчас здесь, у наших границ, а когда-то отправила в изгнание наших предков!

Реально удивленный, Кельбик пожал плечами.

— Выходит, вы потомки экипажа одного из наших гиперпространственных звездолетов, не так ли? Но никто не отправлял вас в изгнание! Ваши предки, все до единого, были добровольцами!

— И снова вы лжете, — проворчал человек. — Вижу, Земля не изменилась с тех пор, как изгнала наших праотцов. Но теперь настал час расплаты, и ничто вас уже не спасет!

Пальцы Кельбика передали:

«Он сумасшедший».

— Что вы собираетесь с нами делать?

— Сейчас вы наденете ваши спасиандры и последуете за нами в наш форт Тхэр. Там вас допросят. Ваша участь будет зависеть от искренности ваших ответов. И запомните: на наших допросах развязываются языки даже у самых упрямых.

Кельбик остался невозмутимым, но Харлок и Рабель побледнели.

«Не бойся. Сам я не заговорю, остальные не знают ничего важного», — передал Кельбик.

Как и все текны, он не боялся пыток, так как его психическая подготовка позволяла ему усилием воли подавлять любые болевые ощущения. Что касается гипноза, то и против него у текнов был выработан полный иммунитет, так что Кельбик рисковал только жизнью.

— И где же он находится, этот ваш Тхэр?

— Прямо на спутнике. Не вижу, почему я должен это от вас скрывать, — продолжал человек презрительным тоном. — Даже если бы вы могли как-то навести ваших друзей на его местонахождение, это бы вам никак не помогло. Тхэр неприступен!

— Значит, мы и не будем пытаться его захватить! Ладно, ведите нас к своим начальникам. Может, они окажутся более рассудительными и поймут, что мы направлялись сюда с мирными намерениями, когда вы на нас напали.

Человек криво ухмыльнулся, затем, повернувшись к пурпурному существу, издал серию щелкающих звуков.

— Я забыл представить вам К’нора, тельбирийца. Тельбирийцы — наши добрые друзья и союзники. Прекрасный народ, преданный, исполнительный. Делают всё, чего от них ни попросишь! А их верность вообще непоколебима! Предупреждаю, я приказал ему испепелить вас на месте, если вдруг вздумаете сопротивляться.

«У меня в кармане микропередатчик, работающий на волнах Хека. Перед уходом активирую деструктор», — передал Кельбик.

— Ладно, будь по-вашему! — сказал он вслух. — Когда отправляемся?

— Сейчас же!

Вскоре они вышли, и через передний смотровой экран я увидел, как все усаживаются в какое-то небольшое транспортное средство, затем изображение в один миг резко погасло. Сработал деструктор, который Кельбик активировал, проходя через шлюз, и теперь звездолет представлял собой массу кипящего металла, совершенно бесполезную для врага.

Я немедленно вылетел во главе эскадры из ста боевых космолетов, назначив Гелина своим преемником на тот случай, если мы не вернемся. Скрепя сердце, но без слез на глазах, Рения пожелала мне удачи. Она любила Кельбика как брата и находила совершенно естественным то, что я рискую своей жизнью, спеша ему на помощь. Двести других звездолетов под личным командованием Кириоса поднялись вслед за нами, чтобы отвлечь на себя и уничтожить любого противника в космическом пространстве.