Франсис Карсак – Львы Эльдорадо (страница 11)
Затем вдруг, совсем неожиданно, пришла новость о его назначении исполняющим обязанности директора до прибытия через несколько месяцев того, кому и предстояло занять место Старджона. Тераи поглотила рутина, состоявшая из работы и обычных радостей жизни. Он был шафером на свадьбе Энн и Луиджи, выпил с десяток-другой рюмок с Жюлем и другими гостями, после чего еще нашел в себе силы посостязаться с молодежью в толкании ядра. Так продолжалось до того дня, пока не прибыл новый директор, а вместе с ним и кипа научных журналов.
Как-то вечером Тераи сидел в своей хижине, читая «Звезды и планеты». Вдруг его внимание привлекла небольшая заметка:
«Планета III звезды Ван Пап переименована в Эльдорадо: нам сообщают, что Международное металлургическое бюро только что подало заявку на ограниченную лицензию на эксплуатацию Ван Пап III. Эта планета оказалась настолько богатой редкими металлами и минералами, что немногие независимые предприниматели, работающие там в данный момент, прозвали ее «Эльдорадо». Она населена гуманоидного типа туземцами, что объясняет, почему ММБ смогло запросить только ограниченную лицензию».
— Лео, ты ведь помнишь, не так ли?
Лев утвердительно кивнул.
— Эта молодая блондинка, которую я полюблю... блондинка, которая будет со мной, но прежде предаст... как-то вечером, в день победы, я найду ее мертвой, со стрелой в груди...
На следующий день Тераи явился к новому директору.
— Мой контракт заканчивается через месяц, господин Томпсон. Продлевать его я не буду. Улечу на «Альдебаране», который прибывает на Офир через пять недель.
— Но почему, Лапрад? Знаю, вы не очень-то ладили с моим предшественником, но вы проделали блестящую работу, и, несмотря на вашу молодость, я хотел бы предложить вам стать моим заместителем.
— Благодарю вас, господин Томпсон, но я должен лететь на Эльдорадо.
— Эльдорадо? А где это?
— Сам не знаю. Это планета III звезды Ван Пап. Новый мир. Там моя судьба!
Там его судьба... Не судьба ли вложила в его руки тот номер «Звезд и планет», чтобы пробудить в нем на миг воспоминание о будущем? Или же, устав от Офира, он сам решил отправиться в этот новый мир? Кто знает? За исключением коротких и смутных картин, будущее было снова скрыто от него.
Лео ждал его у двери.
— Примерно через месяц мы летим на Эльдорадо, дружище! Что скажешь?
Лев потряс головой. Уж он-то ничего не забыл. Он знал, что умрет в этом новом мире, куда собирался отвезти его Тераи. Но умрет только через десять лет! Для его детского разума десять лет были целой вечностью! Чувствуя себя практически бессмертным, он лениво зевнул и растянулся на солнце.
ЧИСТЫЕ РУКИ
(Пролог 2 к роману «Львы Эльдорадо»)
— Что скажешь, Лео? «Черная лошадь»! С виду — вполне симпатичное бистро. Зайдем?
Молодой лев ответил хозяину коротким рыком.
— Согласен? Что ж, пошли. Получишь свою кока-колу!
И Тераи Лапрад толкнул обе створки низенькой дверцы. На Порт-Металл, единственный населенный людьми город на поверхности Эльдорадо, третьей планеты звезды Ван Пап, опускался вечер. Улица Кларион, находившаяся в нижней части города, была узкой и абы как вымощенной теперь уже разошедшимися цементными плитами, между которыми пробивались пучки хилой травы охрового цвета. Так как было еще рано — солнце только-только закатилось, и на западе все еще увядал остаток дня, — она была практически пустынной, но уже светилась яркими вывесками, беспорядочное мерцание которых озаряло фасады всех цветов спектра. С перерабатывающих заводов доносился глухой непрерывный гул, иногда прерываемый тихим, едва уловимым свистом большого передатчика материи, высившегося в нескольких сотнях метров и денно и нощно отсылавшего через гиперпространство на Землю десятки тонн редких металлов. По ясному звездному небу бежали одна за другой две из трех лун.
Тераи, проведший полгода на Англии в ожидании отправляющегося на Эльдорадо звездолета, тотчас же признал в улице Кларион то, чем она и являлась, — злачную улочку пограничного города, где, судя по всему, хватало не слишком богатых, но порядочных людей, более или менее пристойных баров, ночных кабачков и всякого сброда, который обрушивается на новые планеты и живет там, не признавая иного закона, нежели закон самого сильного или самого быстрого.
Он философски пожал плечами, попросил Лео быть начеку и вошел внутрь. Ему не терпелось познакомиться с изыскателями, а те, зачастую будучи людьми суровыми и неробкого десятка, гораздо охотнее посещали подобные заведения, чем шикарные кафе верхней части города, где они чувствовали себя не в своей тарелке.
Все еще пустой зал был довольно-таки хорошо освещен. Столы выстроились в линию в центральной его части, а по бокам стояли два ряда устаревшего типа игровых автоматов, за исключением одного, который возвышался в стороне и в котором Тераи признал аппарат электромагнитного шахматного покера, вероятно, являвшийся гордостью заведения и, по всей видимости, подкрученный. За одним из столов, перед бокалами с разноцветными напитками, сидели несколько девушек в ярких платьях.
Когда Лапрад вошел, они подняли глаза, и одна из них, восхищенно присвистнув при виде его могучей фигуры, встала и направилась прямо к нему. Она резко остановилась, как только из-за его спины возникла растрепанная голова Лео. Патрон, здоровенный толстяк в грязной рубашке, схватил лежавший на полке огромный револьвер.
— Эй, друг! У нас здесь не зоопарк! — сказал он с сильным акцентом юга Франции. Затем, на всякий пожарный, повторил по-английски: — It’s not a zoo here, friend! Get your beastie out![8]
Глядя хозяину заведения прямо в глаза, Тераи улыбнулся — одними лишь губами.
— Лео — не обычный лев, — произнес он по-французски, — а результат научного эксперимента. Он понимает человеческую речь и даже говорит, на свой манер. Если его не достают, он совершенно безобиден. Я отвечаю за его поведение.
— Все это, конечно, хорошо, дружище! Но здесь у нас бар, а не лаборатория!
— Вот именно! Мы и зашли сюда промочить горло. Мне, пожалуйста, ирландский виски, и не паленый, если это возможно! Лео принесите коки, только налейте в миску. Да, я знаю: в плане напитков хорошим вкусом он не отличается, но тут уж ничего не поделаешь!
— Вы что, смеетесь надо мной?
— Вовсе нет! Принесите — и увидите сами. Пошли, Лео!
Тераи расположился за свободным столом, и Лео растянулся у его ног, мордой — к двери, спиной — к стене. Тераи не смог сдержать легкой улыбки. Лео не любил, чтобы ходили у него за спиной, с того самого дня, когда на Англии какой-то дебил попытался огреть его железным прутом по ребрам. Впрочем, попытка успехом не увенчалась — жил этот идиот еще с пару мгновений, не более.
К столику осторожно подошел хозяин бистро; левой рукой он держал поднос с заказанными напитками, в то время как правая лежала на рукоятке второго револьвера, торчавшего из-за пояса.
— Стало быть, это животное действительно все понимает?
— Лео, поздоровайся с владельцем заведения!
Лев встал, убрав когти, вытянул правую лапу и издал тихий рык.
— Неплохо вы его выдрессировали!
— Дрессировка здесь ни при чем. Говорю же вам: он все понимает, при условии, что речь не идет об очень сложных вещах. По уму и сообразительности он не уступает ребенку лет пяти или шести. Впрочем, чтобы в этом убедиться, вы и сами можете отдать ему приказ — он вас послушается. Ты слышишь, Лео? Сделай то, что тебе скажет этот мсье — только разок!
Хозяин бистро с озадаченным видом почесал подбородок.
— И что же такое мне ему приказать? Ага, придумал! Вон сидят четыре шлюшки — они здесь уже часа три с лишним, а все тянут первый бокал. Напугай-ка их, Лео!
— Думаю, слово «шлюшка» — весьма для него абстрактное... Мсье хотел сказать: эти четыре женщины. Давай, только тихо!
Лео снова встал, взглянул на Тераи, с презрительным видом зевнул и направился к указанному столику. Оцепенев от ужаса, девушки смотрели на него во все глаза. Он остановился в паре метров от них, обнажил свои клыки и взрычал, испустив вызывающий рык разъяренного льва. В грохоте опрокинутых стульев девушки ринулись к двери, вопя во все горло и расталкивая одна другую локтями. Спустя секунду-другую их уже и след простыл.
— Что ж, вот теперь я — кстати, меня зовут Жозеф Мартиссу — вам верю! Вы не сделали ни единого жеста. Разве что не стоило пугать их так сильно.
— У Лео свое собственное понимание относительно того, что значит «тихо».
Мартиссу подтянул к себе стул и уселся на него верхом, скрестив руки на спинке, пока Лео с довольным видом лакал свою коку.
— Вы здесь новичок, иначе бы я о вас... и о Лео... уже слышал!
— Прибыл не далее как этим утром на «Бегельгейзе». Я — геолог. А к вам прилетел потому, что мне сказали, что здесь я наверняка встречу изыскателей. Я хотел бы осведомиться о возможностях работы на Эльдорадо.
— Изыскателей? Хм, тогда вы немного рановато. В городе они будут ближе к 3 июля, годовщине открытия планеты в 2161 году, — даже уж и не знаю почему, но именно в этот день они отмечают свой профессиональный праздник. Некоторые и сейчас в городе, но они возвращаются поздно вечером. Еще у нас тут есть такой господин Игрищев — вот он-то настоящий геолог. Если задержитесь, обязательно его увидите — каждый вечер у меня ужинает. А вы, кстати, сами не голодны? Там, в глубине, у нас ресторан. Как насчет отменного стейка из кулибы, да с картошечкой фри?