FORTHRIGHT – Амаранты. Одаренный (страница 47)

– Как красиво! – Девочка потерлась о нее щекой, демонстрируя кошачью привязанность, и забормотала какую-то несусветицу на смеси русского и староамарантийского. – Теперь ты у меня самая любимая!

– Только потому, что у меня есть ключ от комнаты, полной книг?

– И потому, что ты нормальная, и милая, и совсем не ревнуешь. – Айла прижалась к ней.

– И у меня есть ключ от комнаты, полной книг. – Подхватив тоненькую девчушку, Кимико закружила ее.

– Ладно, дело в книгах. – Поцелуй Айлы пришелся Кимико на подбородок. – Те, что есть в библиотеке Нью-Саги, я уже почти все прочитала.

– За месяц?

– Большая часть книг – повтор тех, что были в Академии Ингресс. Так что у меня была фора.

При упоминании Ингресс улыбка Кимико исчезла.

– Как ты думаешь, похищенная девушка – кто-то из твоих знакомых?

– Возможно. – Лицо Айлы стало серьезным. – Сенсей что-нибудь сделает.

Кимико пришло в голову, что кот мог преследовать несколько целей, поселив Айлу в святилище Кикусава. Например, зная, что его ученица находится здесь под охраной и за защитным барьером, он мог действовать свободнее.

– Он охотится? – спросила она шепотом.

Айла тоже понизила голос:

– В последнее время он больше рыщет, чем мурлычет. Я вижу его реже, чем хотелось бы, но стараюсь не обижаться.

Кимико любезно усадила девочку в самое удобное кресло.

– Пока кота нет, я хочу попросить тебя о помощи. Мне нужно выбрать форму сватовства, а сама я почти ничего не знаю об этих амарантийских обычаях.

Айла задумчиво хмыкнула:

– Лучше всего я знаю лисьи обычаи. Когда я была маленькая, сильно влюбилась в одного лиса. Ну, точнее, в половинку.

Половинка лиса? Речь могла идти только о метисе, а Кимико знала только одного такого – причем знаменитого.

– Ты говоришь о сыне пресс-секретаря Меттлбрайта?

– Гинкго. – От приятных воспоминаний лоб Айлы разгладился. – Он всегда жил с папкой и мамой, поэтому был рядом, когда я приезжала домой.

Эвер Стармарк, возможно, был первым официальным метисом, но все чаще становилось известно о неофициальных. Совсем немного, то здесь, то там. Вроде Инти.

Айла продолжала:

– Я его обожала, но он никогда мной не интересовался в этом смысле. Когда мне было восемь, Гинкго постарался мягко дать мне от ворот поворот. И разбил мое сердце.

– Он старался помочь тебе совладать с чувствами, потому что любит тебя.

– Да, но тогда мне было трудно это понять.

Как же мудро рассуждает эта двенадцатилетняя девочка. Да в каком-то смысле она и была мудрее Кимико, которая, например, вообще никогда особо не задумывалась о мальчиках. Для нее существовал только любимый дедушка.

– Папка объяснил мне, что бывает разная любовь и каждая драгоценна, если ею дорожить. А мама напомнила, что, как наблюдатель, я несу ответственность перед следующим поколением.

– Вот это меня тоже тревожит, – пробормотала Кимико.

– Ну ты же не… – Айла осеклась и покраснела.

– Можешь говорить прямо, Айла, это нормально. Я не хуже тебя знаю, как мало могу предложить Междумирью. Мои дети стали бы такими же, как я, воспитанными в обществе людей, и также никогда не поднялись бы выше среднего ранга. – Кимико действительно много размышляла о последствиях своего выбора. – Сообщество наблюдателей не потеряет ничего ценного, а вот Элоквент получит то, чего он и ожидать не мог. Так что для него я уникальная, редкая и незаменимая.

В глазах Айлы блеснули искорки:

– Как шоколадка ограниченной серии?

– Это – лучший комплимент, который мне когда-либо делали! – Отсмеявшись, Кимико спрятала лицо в колени Айлы. – Все это очень лестно, но и пугает. Как мне показать Стармаркам, что я по-настоящему дорожу их сыном? Элоквент заслуживает большего, чем я могу ему дать.

– Ты все можешь показать в процессе ухаживания. – Айла провела рукой по ее волосам. – Я знаю традиции всех крупных кланов и большинства второстепенных, но существует множество вариаций и нюансов сватовства, в зависимости от того, какую мысль ты хочешь в него вложить.

Кимико подняла лицо:

– Еще одна форма невербального высказывания?

– Точно!

Кимико нахмурилась:

– Ты, кажется, сказала, что знаешь только о лисах?

– О лисах я знаю больше всего. – На щеках у Айлы появились ямочки. – Сенсей решил, что будет лучше, если я изучу традиции сватовства до пубертатного периода, потому что гормоны мешают сохранять объективность, разбираясь в тонкостях формирования пар у амарантов. Там обычно присутствует сексуальный подтекст.

Кимико с трудом решилась задать этот вопрос:

– Хисока Твайншафт рассказывал тебе о брачном поведении амарантов?

– Не пугайся ты так. Он только подобрал мне книги для чтения, а затем на время передал меня госпоже Уизершенкс из лошадиного клана. Она все объясняла, отвечала на мои вопросы и брала меня с собой на свои врачебные обходы. В то лето я побывала на семи родах и двух вязках.

– Э-э-э… вязках?

Айла подняла брови:

– В некоторых кланах принято сражаться за право ухаживать за понравившейся женщиной, так что они приглашают целителя для лечения возможных травм. А некоторые кланы требуют, чтобы кто-то официально присутствовал на спаривании в качестве свидетеля.

– Умоляю, скажи, что собаки предпочитают уединение, – с содроганием пролепетала Кимико.

– Да. Для собак характерны одновременно собственнический и охранительный инстинкты. И Стармарки, разумеется, будут совместными усилиями оберегать неприкосновенность вашего логова. – И Айла весело добавила: – А в древнейших традициях – волчьих по происхождению – сосватанная пара вообще не воссоединяется со стаей до тех пор, пока не будет явлен плод их любви. Но так было до Угасания.

– Давай не будем торопить события, – буркнула Кимико. – Как бы мне ни хотелось оставить Элоквенту ребенка, сама я пока не готова думать о детях.

Айла открыла было рот и тут же захлопнула.

– В каком смысле оставить?

– Я же человек. Разная продолжительность жизни, – вздохнула Кимико.

– О-о-ой, Кими. Я забываю, что не все это знают. Поверить не могу, что тебе никто не рассказал! Это так несправедливо, но типично для сенсея. – Девочка замолчала и выпрямилась. – Вероятно, он хотел проверить твои мотивы.

Кимико забеспокоилась:

– Что еще за проверка?

– Ты ее уже прошла. – Девочка погладила подругу по щеке. – Ты действительно пошла на все это ради Квена.

Это, кажется, было очевидно.

– Айла, не томи, просто скажи мне.

– Хотя об этом мало кто знает, сенсей задокументировал целый ряд случаев, которые доказывают, что должным образом поддерживаемая связь между амарантом и человеком приносит пользу обоим участникам.

Незаметно девочка вошла в другой режим общения, режим дипломата. Вместо того чтобы и дальше болтать с Кимико, как с подругой, Айла незаметно отстранилась, отгородилась от смысла того, о чем говорила, и воспроизводила информацию абсолютно нейтральным тоном. Она как будто цитировала по памяти учебник.

– Хотя рейтинг, намерение, фокус и продолжительность – это переменные, которые влияют на степень успеха; результаты в каждом случае одинаковы. Амарант заимствует энергию наблюдателя, а его партнер получает продолжительность жизни такую же, как у амаранта.

Кимико моргнула:

– Ты имеешь в виду, как… как ребенок-дерево?

– Да, точно так, как в легендах деревьев! Только тебе не обязательно рождаться с золотым семечком в руке. Вместо древесного брата у тебя будет Квен, он и продлит твою жизнь. – Айла озадаченно посмотрела на Кимико. – Но откуда ты знаешь? Рассказы об эльфах очень трудно разыскать.