Focsker – Сага об Антилохе. Летопись золотых веков 2 (страница 4)
«Засухе» и этим, боже упаси запомнить название – «Роящему мечу Фарнуара» – предстояло работать вместе. С «Чёрным шипом» и «Авангардом Коми», а также ещё с двумя командами, которые только проходили проверку. При одном знакомстве с «Роящими», узнав, что мы А-шки, на нас спихнули лошадей, вещи, палатки, все рутинные занятия, включая готовку. После чего капитан сей группы, фаворит дочери, попытался пожать руку королеве песчаных. И она пожала, но с таким видом, взглядом, в котором думалось: «Тебя здесь ебнуть или потом». Со щедрой души песчаная отпустила, заметила мой взгляд и в этот раз улыбнулась по-другому – очень и очень коварно, с мыслью: «Сам помрёт». Блять, наличие жёстких типов в отряде – кайф. А эти-то на кой хер нам? Как они проверку прошли и проходили ли? Смотрю на наших, на песчаных, «Шип», «Авангард» – там такая лютая команда, такие жёсткие ребятки, что на фоне их именно мы – балласт. А эти… слащавые, мяконькие, как прыщ на личике смазливого дегенерата, что всюду сунет свой нос. Хлебнём мы из-за них дермеца. И, коль на то пошло, коль эти ребята не оправдают возложенных на них обязательств, у меня рука не дрогнет, если доверия не оправдают, если подставят моих – самолично зарежу.
Мы пересеклись с их капитаном взглядом. Он улыбался, я улыбался, приклонив почтительно голову. Напыщенный хмырь даже не отреагировал, а я запомнил. Уверен, перед миссией у меня найдётся время опозориться или же опозорить другого. Настолько сильно мне не понравилась эта рожа.
– Ты чё, грустишь, Антилох?! Аль не веришь в меня, героя запада? Придётся поверить, тебе со мной до геройского подвига по пути! – Задрав палец кверху, кричал мелкий, худоватый, с едва проступившей козлиной бородкой пацан. И я поддержал его, поднял кувшин, заставив команду поступить так же. В душе огонь, а в глазах – другое. И понять я пока не могу, что именно. Мы выпили за его здравие, вспомнили поход, что состоится вскоре. Кстати, поход, откуда живыми люди ещё не возвращались. Миссия о разбое приобретала всё более и более неблагоприятные тона, обрастая новыми красками, подпунктами, прописанными малым шрифтом, о которых не знали даже ребята из «Засухи».
Я готов. Бухая за столом, между делом на всякий случай сожрал камень земли, упрочнявший как устойчивость, так и прочность тела. Пьянство среди друзей – одно, а с этими, непонятными – другое. Опасения мои переглядками распространились по команде, готовя всех к худшему сценарию. Если даже змей очнулся, подал голос, значит жареным не пахнет, а шмон идёт на всю округу.
Перед выходом, на удивление, ничего не произошло. Тихо-мирно песчаная королева, озаботившись моим здоровьем, во злобу Эрлине и Кае провела по магазинам, с барского плеча закупилась зачарованной одеждой. За свой счёт одела меня по своему вкусу, издеваясь над моими бабами, прилюдно заявив: «Снимешь и отдашь, когда я тебе прикажу». Готов поклясться, Тайгрис зубами впилась в ворот своей куртки, бубня что-то вроде: «Да как я сама до этого не додумалась!»
Три ночи, пробираясь сквозь дебри мимо леса, мы шли как одна команда. Рыбачили в ручьях на привале, добывая еду, разоряли гнёзда птиц с той же целью, попутно собирая грибы. Мы шли тропой не протоптанной, дорогой не намеченной, на конце которой – сундук, в сундуке – утка, в утке – яйцо, а в нём – игла… Как-то я пошутил в этом ключе, и мой собеседник, тот беззаботный, пафосный, весь из себя павлин нарядный герой, внезапно сменил цвет своего камуфляжа. Он посмеялся днём, а ночью меня разбудила Кая.
– Вставай, тебя хотят убить.
Ситуация бодрящая. Быстро выбрался из-под плаща, спустя секунду увидел под плащом воссозданную копию симпатичного себя. А чё, даже ничё так…
– Не строй… – За капюшон куртки утянула меня Кая, и уже спустя минуты на четвереньках, крадясь как собака, к нам брели слуги ебучего «Фарнуара». Его правая рука, подняв клинок, пронзила кукле грудь, затем другой – удар в голову. Хотя, как по мне, всё, что нужно, уже сделано. Они, как безумные, не получая моего сопротивления, шинковали покрывало, тело, чередой неточных, но сильных ударов. Как хорошо, что Кая предупредила не одного меня, а доверенных – королеву Засухи и наших.
– Это кукла?! – поднялись двое убийц, и тут уж, не дождавшись решения их тупорылого лидера, пришлось вмешаться нам.
– Тому, кто первым сознается, я позволю умереть, сохранив при себе яйца, – вышла вперёд из сумрака Кая. Предатели воинственно повскакивали, но, как только появился весь наш отряд, а с ним и пустынная, очень злая, буквально пышущая жаром королева, настрой их заметно поутих.
– Вы не слышали вопроса? – воскликнула песчаная. – У кого из вас хватит решимости умереть мужчиной?!
– Пошла на хуй, продажная шлюха! – крикнул один из убийц, а после разбил под собой дымовую бомбу.
Неразбериха – то, что преследовали наши враги, не последовала. Ублюдки, едва ставшие S-ками, слишком много на себя взяли. Решили, что с этим дибилойдом-капитаном, которого я приметил сразу после знакомства, смогут нас убрать – сами стали трофеем. Спалившихся уродов вроде них, бомжеватых групп, типов, что глядят на тебя издали как пираньи на мясную конфету, ещё поискать надо. Этот отряд сразу показался опасным. Опасения мои разделили другие. И умная «Засуха» оказалась куда умнее всех наших заумных идей. Меня спасли ранее.
– Умри! – шинковал куклу мечом вражеской команды. Этот сказочный долбаёб решил самолично отмениться на моём теле, по чужому приказу разобраться со мной. Сказочный долбаёб… Я не сдержался, рукой ударив себя в лоб, осознал, насколько сильно переоценивал умственные способности людей, добиравшихся до S-ранга. Мы вышли из тени Каи в полуметре от него, от иллюзии, до ужаса напугав засранца с его выродками. Сидевший на полене распиздяй, заметив меня, стоящим в другом месте, не сразу понял, что произошло. Потом, когда осенило, попытался вытащить меч из куклы, встать, дав мне возможность сотворить желаемое. Обычной веткой, напитанной магией холода, которой шевелил в костре угли, втащил ему по ебалу. Укреплённая, доведённая до прочности стали, которой я отражал тренировочные удары клинка Алисии, я вьебав ей и вырубив на глушняк дегенарата. Успех…
С каким же смехом я слушал признания этого лжегероя и его защитницы. Дочь столь знатной особы – даже S-ки не в праве казнить. Её связали, увели в сторонку, оставив вынесение вердикта на участь «Засухи». Смешно: никто не кричал так же громко, как предатель, схваченный с поличным, кричащий, что его предали, обманули, что все враги, а он околдован. Никто не кричит так громко, как ублюдок, схваченный с поличным, знавший, какая участь его ждёт. Сегодня даже Кая осталась в стороне. Она знала, и нас уверила: пустынный народ, моя прекрасная королева, позаботится об «несчастном» и уцелевших из его отряда. Дочку уведут А-шки в тыл, к папеньке на родину, с приговором смертельным. А если решат предать и выйти против нас или короля – умрут вместе с ней. С той мыслью мы ушли дальше, а палачи пустынные в привычном стиле остались делать то, что привыкли. Как бы ни кричали от боли, от ужала, благодаря техникам, которыми владели люди песка, изо рта человеческого, из его лёгких при определённых усилиях не вырвется и звука. Именно таким, зверским, бесчеловечно жестоким образом, в котором мстила моим врагам, песчаная королева выразила свои ко мне симпатии. И я ответил на них улыбкой, поклоном, а после обещанием обязательно отработать «её доброту».
Глава 3
Опираясь на глаза разведчиков «Чёрного шипа», магическое чутьё Деструксии, мы обнаруживаем патрульную команду эльфов на полминутки раньше, чем они успевают понять, что окружены. Использовали тактику Корней. Бойцы ближнего боя, ассасины, убийцы просачиваются вперёд в поиске отдельно стоящих личностей, стрелки берут на прицел тех, кто открылся, после начинается зачистка. Первый выстрел в целителя, дальше маги, за ними стрелки врага и потом – до кого докатишься. Именно я предложил первым вырубать хила. Это прозвучало дико и бесчестно, но о какой чести можно говорить, когда ты на войне?
Стрела, пущенная стрелком из «Шипа», оторвала голову эльфийского друида, раскидав ошмётки золотистых волос с кусками черепа, крови, мозгов и кожи по идеально чистому, белому снегу. Второй выстрел, с другой стороны, когда их маг только создал первый слой защиты, пришёлся в спину. Чуть меньшей мощности, но так же убойно – стрела прошла насквозь, оставив в груди эльфа мага дыру размером с шар для боулинга. Шесть секунд – ровно столько понадобилось для убийства пятерых эльфов, ни один из которых так и не сумел подуть в сигнальный рожок. «Шипы» сделали всё самостоятельно, своей группой.
Как всё случилось, рассказал мой новый знакомый. Его звали Бабун – весёлый паренёк старше меня на лет пять-шесть, занимавшийся в «Шипе» защитой магов. Он А-шка, довольно опытный стрелок, но уступавший старшим по рангу, имевший вторым оружием щит и меч, занимавшийся при этом защитой тыла. Когда мы проходили место «расстрела», сомневаться в его словах не пришлось. Виднелась эльфийская тропа, которой те шли, после – разбросанные по сторонам трупы, не успевшие истоптать вокруг себя снег, а рядом… ушастый пленник. Во время налёта ему отстрелили руки, после, привязав к дереву, дождались «Засуху», что поотстав занялась добычей информации.