Филис Каст – Богиня по ошибке (страница 30)

И раз навсегда решила: Рианнон – дура.

Глава 9

Мы двигались не по той узкой тропе, которую предпочла Эпи. Кланфинтан повел свой отряд прочь от реки; пробравшись между деревьями, мы очутились на широкой, утоптанной дороге (очевидно, той самой, которую я так старалась избегать), Вскоре мы добрались до развилки и побежали на северо-запад, прочь от реки. Я порылась в памяти, вспоминая, как летела к замку, и решила, что, наверное, так мы доберемся быстрее, чем если бы бежали по извилистой тропе вдоль берега. Кентавры неслись с поразительной скоростью. Кланфинтан и его спутники, казалось, не знали усталости. С каждой секундой мы приближались к цели нашего назначения.

Очевидно, если бы им не пришлось разыскивать меня, они сейчас уже были бы в замке Маккаллан.

Движение на дороге было довольно оживленным. Правда, все, кого мы встретили, направлялись нам навстречу, то есть к храму Эпоны. В основном по дороге двигались большие семьи; женщины ехали в открытых повозках, а мужчины либо шли пешком, либо ехали рядом верхом. За каждой семьей гнали небольшое стадо скота. На мой взгляд, партолонские крестьяне выглядели процветающими и довольными жизнью – совсем не такими, какими я представляла себе типичных селян. Они вовсе не были тощими, с гнилыми зубами и свалявшимися волосами, в которых кишели вши. Наоборот, все они выглядели на редкость привлекательными и упитанными – почти такими же, как их лошади. За весь день я не увидела ни одной клячи. Да, в Партолоне явно любят красивых лошадей!

И все же среди них не было равных моей Эпи. Я почувствовала гордость за нее. Естественно, никто не мог сравниться и с Кланфинтаном, но гордиться им, по-моему, нечестно, ведь он, строго говоря, не совсем конь! До того как нам начали попадаться местные жители, я гадала, признают ли меня. Ответ на мой вопрос не заставил себя ждать. Первая же семья, с которой мы поравнялись, начала было вежливо приветствовать кентавров, но все замерли, заметив меня. Вежливые разговоры уступили место восторгам.

– Это Эпона! – закричала первой заметившая меня мать семейства, ехавшая в повозке с несколькими очаровательными детишками и съестными припасами. Дети подхватили ее крик и воодушевленно замахали руками.

– Эпона!

– Будь благословенна, госпожа Рианнон!

– Пусть твое путешествие будет мирным!

Я улыбалась, махала рукой и чувствовала себя по-дурацки, как «мисс Америка» на подиуме. Правда, меня никогда не упрекали в излишней застенчивости и робости, поэтому я быстро привыкла ко всеобщим восторгам. Они все были такие милые! Наверняка подданные Рианнон не догадывались о том, какая она на самом деле сука. Что неплохо для меня.

Так продолжалось все утро. Кентавры бежали с поразительной скоростью; навстречу нам попадались стайки путников, которые направлялись к храму.

Много мы не разговаривали. Я не знала, действительно ли Кланфинтану ничего не стоит так быстро бежать, как он хвастал, и мне не хотелось ему мешать. Зато я вдоволь налюбовалась местными красотами, время от времени махала рукой моим восхищенным подданным, а главное – старалась устроиться поудобнее и не потерять равновесия.

Партолон оказался красивой, плодородной и, очевидно, процветающей страной. Куда ни кинь взгляд, повсюду холмы, виноградники, поля и дома. На лугах росли цветы; я видела оранжевые, лиловые, желтые пятна. Нам пришлось пересечь несколько прозрачных, журчащих ручейков, орошавших луга. Сверху, да еще под покровом ночи, страна напомнила мне итальянскую Умбрию. При свете дня она оказалась больше похожа на Озерный край[9] в Англии, разве что холмы выглядели более ухоженными. А еще здесь было теплее. И не шел дождь. И… ну да, здесь не было никаких британцев. И все равно, такой страной кто угодно мог бы гордиться.

День близился к полудню, когда я разглядела рядом с еще одним ручьем на очередной развилке чудесные густые заросли (и какое-то растение с мягкими листьями).

– Можно сделать здесь техническую остановку? – Я почти без всякого стыда призналась самой себе, что искренне радуюсь предлогу лишний раз прижаться к своему мужу.

– Что такое «техническая остановка»? – Руки Кланфинтана покрылись тонкой пленкой испарины, но дыхание не сбилось. Он действительно находился в отличной форме. (О-о-о!)

– Остановка, во время которой мы восполняем запас энергии и… в общем, делаем все необходимое. – Чем дольше вы женаты, тем легче говорить о вещах типа туалета. Мне пришлось сложнее, потому что женаты мы недавно, а поблизости нет ни одной самой захудалой будки… Ничего удивительного – я поняла, что снова краснею. – А еще мне хочется пить.

– Ах да, конечно… Мне следовало подумать об этом раньше!

Он перешел на рысь; вскоре мы очутились у ручья. Обернувшись через плечо, он обратился к своим спутникам:

– У нас будет короткая… – он улыбнулся мне, – техническая остановка!

К чести их, кентавры постарались не слишком выдавать замешательство.

Кланфинтан повернулся и, положив руку мне на талию, легко снял меня с седла. Когда мои ноги коснулись земли, я, к стыду своему, поняла, что они подкашиваются. Пришлось прислониться к нему, чтобы не упасть. Он тут же все понял, и я очутилась к нему лицом, в его надежных объятиях. Мои ноги едва касались земли.

– Извини, мои ноги, кажется, заснули. – Я подняла на него глаза, чтобы проверить, смеется ли он над моей слабостью.

– Тебе не нужно извиняться. Ты не жаловалась, и потому я бежал все быстрее и быстрее. – На его красивом лице отражалась лишь забота обо мне. – Мне следовало внимательнее отнестись к твоим нуждам. Присядь вон на то упавшее дерево; попробую полечить твои ноги.

Он подвел меня к стволу упавшего дерева и усадил на него. Ноги мои болтались, не касаясь земли; чтобы не упасть, я схватилась за сухие ветви. Сидя так, я оказалась почти на одном уровне с его талией, и он без труда по одному стащил с меня сапоги и принялся разминать и растирать мне ноги – от занемевших пальцев до лодыжек. Под конец он снова вернулся к пальцам ног. Внезапно я почувствовала себя Мерилин Монро – я сидела полузакрыв глаза, и с моих губ слетел слабый стон.

– Что, больно? – Он поднял на меня глаза.

– Ш-ш-ш, молчи! Мои ступни знакомятся с твоими руками. Не будем им мешать.

Он гортанно хохотнул.

– Чувствительность возвращается?

– Ко мне возвращаются все возможные чувства. О каком именно ты спрашиваешь?

Молча улыбнувшись, он перешел ко второй ноге.

– М-м-м… Как здорово у тебя получается! – У меня всегда было подозрение, что мужчины очень похожи на щенят – их нужно хвалить и награждать, когда они делают что-то хорошее. – Спасибо.

Справившись с похвалой, моя голова принялась радостно обдумывать вопрос о награде, но тут Кланфинтан сильно шлепнул меня по лодыжке и помешал моим мечтам – явно подпадающим под категорию «дети до восемнадцати».

– По-моему, теперь тебе будет легче идти. – Он поднял меня и поставил на землю рядом с собой. Он оказался прав; мне действительно было легче идти. Но на секунду я притворилась, что это не так.

– Да, ты прав. Но прежде чем я снова надену сапоги, можно мне немного подержать ноги в ручье?

– Только недолго, Рианнон. Я хочу добраться до замка Маккаллан до заката.

– Неужели мы будем там так скоро? – Внутри у меня все сжалось, когда я представила, что мы увидим в замке.

– Если хочешь, останься здесь; в замке я обо всем позабочусь, – мягко сказал он.

– Спасибо, и все-таки я поеду с тобой. Он мой отец. Похоронить его – мой долг; я должна собственными глазами увидеть, что с ним случилось.

– Я понимаю и буду рядом с тобой. – Он медленно, почти нехотя взял меня за руку.

Неожиданно я поняла: наверное, он просто не хочет любить меня. Судя по всему, что ему было известно обо мне, то есть о Рианнон, я в любой миг могла снова превратиться в стервозную шлюху, которой на него абсолютно наплевать и которая не желала выходить за него замуж – пусть даже и на время. Да, он продолжает относиться ко мне по-доброму, но все это подтверждает лишь его невероятное благородство. Должно быть, сейчас нежность и забота даются ему с большим трудом. Поэтому я постаралась улыбнуться как можно шире – «Вот молодец! Хороший мальчик!» – и сжала его руку.

– Я рада, что ты будешь со мной. Но сейчас мне… нужно немного побыть одной. Понимаешь?

Он улыбнулся, сжал мне руку в ответ и направился к остальным кентаврам.

– Если понадоблюсь, я рядом.

– Да я скорее умру! – пробурчала я себе под нос и грациозно направилась в ближайшие кустики, стараясь не наступить босой ногой на колючку. Хорошо, что от съеденного куска сыра меня надежно заперло, а то… я не знаю, что было бы! Да, повезло, нечего сказать!

Вернувшись к «ребятам-жеребятам», которые расположились у ручья, я присела и напилась прозрачной ледяной воды, умылась и провела мокрыми пальцами по волосам в попытке приручить мои необузданные кудри. Плюхнувшись задом на сухой берег, я опустила ноги в воду и попыталась соорудить нечто вроде прически на голове.

– Позволь мне, госпожа моя. – Обернувшись через плечо, я увидела, что Кланфинтан опускается рядом со мной на колени и в одной руке у него ремешок сыромятной кожи, а в другой – редкий гребень. Ремешок походил на тот, каким он стянул свою густую гриву (ну а как ее еще прикажете называть?). Не дожидаясь моего ответа, он распустил жалкие остатки французской косички, заплетенной Аланной, и принялся расчесывать мои рыжие патлы. Я счастливо вздохнула и закрыла глаза. Мне показалось, что прошло очень мало времени, а он уже собрал мои кудри в хвост и подвязал шнурком. – Теперь они не будут тебе мешать.