Филис Каст – Богиня по ошибке (страница 102)
Я кивнула, прижавшись к груди Кланфинтана, и послала очередную мольбу богине, чтобы присмотрела за кобылицей.
– Я хочу, чтоб ты знала. – Я отстранилась, глядя ему в глаза. – Ты меня сделала очень счастливым. Дала все, что только может желать муж.
Поддел пальцем кончик моего носа:
– Еще раз повторю: я рожден, чтобы любить тебя.
– По-моему, замечательно. – Я сообразила и вытаращила глаза. – Эй! Это магия!
Он засмеялся и долго целовал меня в губы.
Раздался быстрый стук в дверь, в ванную влетела Аланна:
– Кланфинтан, тебя ищет Виктория. Хочет точно знать, куда ты поставишь ее и охотниц. – Она взглянула на меня: – А я должна приготовить госпожу к дороге.
Видно, что она старается выглядеть бодро, и я ей улыбнулась.
– Собираться всегда надо вовремя, – сказала я.
– Не задерживайтесь, – предупредил Кланфинтан, я притянула к себе его голову, поцеловала в щеку, и он удалился.
Дверь щелкнула, закрылась, я схватила Аланну за руку, осененная внезапной мыслью.
– Надень на меня что-нибудь блестящее!
Она растерялась:
– Риа, по-моему, это не слишком разумно. Нуада будет тебя искать, ты не должна бросаться в глаза.
– Есть вещи поважнее Нуады.
– Важнее держать тебя подальше от него, – заметила она.
– Слушай, когда я пришла в этот мир, ты все время твердила, что избранница Эпоны – предводительница своего народа, духовная и так далее. Правильно?
Она озадаченно кивнула.
– Разве предводительница может прятаться и при этом ждать от народа уверенности и отваги?
– Но если тебя схватят, народ останется ни с чем, – потрясенно пробормотала она.
– Я не дам себя схватить.
Аланна усомнилась.
– Ты действительно веришь, что я избранница Эпоны? То есть
Она без колебаний ответила:
– Верю.
– Я тоже, – медленно молвила я, раз и навсегда осознав, что действительно верю. – Поэтому должна быть с народом, и Эпона меня защитит.
Аланна все еще похожа на испуганную крольчиху, поэтому я добавила:
– Скажем так: надень на меня что-то блестящее и дай темный плащ. Прикроюсь до поры до времени.
Она с облегчением улыбнулась, согласно кивнула и принялась рыться в ближайшем платяном шкафу, выбрасывая один шелковый наряд за другим. Я стала раздеваться.
– Вот! – довольно пискнула Аланна, повернулась ко мне, держа в руках нечто впечатляющее.
Я восторженно охнула, не удержалась, протянула руку, погладила ткань. Шелк необычно тяжелый и плотный – медный водопад, расшитый золотом. В него вплетены крошечные драгоценные кристаллы, которые ловят пламя свечей и переливаются огненной радугой.
– Чудо. – Я с радостным вздохом подняла руки, Аланна принялась колдовать.
Платье соблазнительно облегает тело, длинная юбка изящно падает на пол. Я послушно села, она меня причесала, приготовила стальную заколку, я ее остановила.
– Просто схвати сзади лентой.
– Рассыплются, будут мешать, – неуверенно предупредила она.
Я небрежно пожала плечами:
– Когда не мешали?
Она не успела ответить, в дверь стукнули.
– Войдите! – крикнула я.
Вошел один из моих стражей:
– Госпожа, Кланфинтан просит передать, что пора.
– Спасибо. Скажи ему, я иду.
Он поспешил прочь, Аланна свободно перевязала волосы лентой. Я самодовольно водрузила на голову корону, а она вытащила из другого шкафа длинный серо-коричневый плащ вроде пончо с широким капюшоном.
– Это еще что такое? Рианнон его
– Только когда выходила, и не хотела, чтоб ее узнали. – Аланна помогла мне надеть мышиный плащ. Потом отступила, осмотрела плоды своих трудов и удовлетворенно кивнула. – Ты вполне прикрыта.
– Хорошо. Пошли.
Мы направились во двор, я взяла ее за руку.
– Что бы ни случилось, иди к реке.
Она устремила на меня испуганный взгляд, но ничего не успела ответить, мы уже смешались с массой людей.
Сформированная во дворе фаланга растянулась по траве между наружной стеной и храмом. Во внешнем кольце попеременно кентавры и люди из моей стражи. У каждого в одной руке грозный обнаженный меч, в другой щит. В следующем кольце решительно настроенные мужчины, которые, однако, чувствуют себя не в своей тарелке с разнообразным оружием от мечей до кинжалов. Это деды, отцы, братья и сыновья женщин, которые тихо стоят во внутреннем кольце. Сердце мое сжалось при виде их. Держа на руках младенцев и присматривая за маленькими детьми, они обмениваются ободряющими взглядами и доверительными улыбками с окружающими мужчинами.
– Слава Эпоне! – приветствовал меня сильный голос Кланфинтана, и фаланга оглянулась, повторяя за ним:
– Слава Эпоне!
Муж подошел ко мне, поднес к губам руку. Чувствуя себя совершенно спокойно, я проговорила:
– Хочу благословить народ перед уходом.
– Конечно, возлюбленная Эпоны. – Он склонил голову, грациозно отступил в сторону.
Храм замер.
– У каждого из нас одна жизнь, один краткий миг меж двумя вечностями, второго шанса нет, никто не вернется, не проживет день заново. – Голос разносится, будто я говорю в микрофон, его усиливает ощутимое присутствие богини. – Жизнь не страдания и не радости, это серьезное дело, которое надо сделать достойно, это чудеса, которые иногда совершаются между делами… и душами. – Я с улыбкой взглянула на мужа. – Выйдем сегодня на свет смело и бодро, ибо, кроме чудовищ и демонов, есть любовь и добро. – Я широко развела руками, охватив всех собравшихся. – В пути Эпона будет с нами. Тьма не скроет пламя, так будем же пламенем!
Мне ответил мощный единогласный рев. Потом вперед шагнул Кланфинтан:
– Фаланга выходит, как только охотница даст знать, что мы заняли позицию между вами и фоморианцами. – Он кивнул, Виктория направилась к лестнице, ненадолго исчезла и вновь появилась на вершине крепостной стены. – Когда будем на месте, внешнее кольцо фаланги выведет вас через храмовые ворота. Не медлите, не останавливайтесь. Единственная ваша цель – добраться до реки. Переправившись, будете в безопасности. Мы последуем за вами. Да будет с вами Эпона.
Люди кивнули и спокойно повернулись к воротам.
– Встань посередине, – тихо сказал мне Кланфинтан.
– Я думала, ты нас поведешь. – Знаю, надо быть храброй ради своего народа, но, представив его в окружении целой армии фоморианцев, я замерла от страха.
– Вас поведет Виктория, я должен остаться с кентаврами. – Он обнял меня и шепнул: – Встретимся за рекой.
– Пожалуйста, будь осторожен, – взмолилась я дрожащим голосом.