Филипп Жевлаков – Базаров порезал палец. Как говорить и молчать о любви (страница 6)

В рассказе барыне противопоставляется Герасим: он тоже очень сильный, но у него нежная душа, в которой очень много любви. Поэтому его богатырская сила никому не причиняет зла. Он очень бережно берет ключницу за голову, когда та оскорбляет Танюшу, смотрит ей в лицо, и ключница понимает, что больше так делать нельзя. Или сталкивает головами двух воров, после чего их в полицию уже вести не надо. Они все поняли, воспитательная работа уже проведена. В одном месте рассказа Капитон Климов говорит, что рука у Герасима тяжелая, как у Минина и Пожарского. Это звучит как шутка, но с подтекстом. Минин и Пожарский – не воители и завоеватели, как Наполеон или Чингисхан, они народные освободители. В другом месте рука Герасима называется «благодатной». Если барыня – воплощение силы без любви, то Герасим – это сила с любовью.

У Толстого в романе «Воскресенье» есть прекрасное размышление о власти и любви. Он пишет:

С вещами можно обращаться без любви: можно рубить деревья, делать кирпичи, ковать железо без любви; но с людьми нельзя обращаться без любви… И это не может быть иначе, потому что взаимная любовь между людьми есть основной закон жизни человеческой… Не чувствуешь любви к людям – сиди смирно, занимайся собой, вещами, чем хочешь, но только не людьми, особенно если чего-нибудь требуешь от них… Только позволь себе обращаться с людьми без любви, и нет пределов жестокости и зверства по отношению других людей, и нет пределов страдания для себя.

Герасим молчаливо показывает: если в твоей душе есть любовь, твоя сила становится заботой и несет справедливость. Если в душе нет любви – твоя сила становится жестокостью и несет несправедливость.

Многие писали, что рассказ «Муму» оказался даже выше «Записок охотника». А «Записки охотника» Тургенева произвели невероятный эффект в русском обществе 1850-х годов. Говорили, будто бы сам молодой император Александр II признавался, что «Записки охотника» Тургенева были одним из главных «двигателей» его крестьянской реформы, ведь Тургенев впервые показал там крестьян такими же людьми, как и представители «образованного сословья», способными любить, страдать и мечтать. Читатели плакали над рассказами и негодовали, почему этих прекрасных людей все еще держат в крепостном рабстве. Но «Муму», написанный сразу после выхода «Записок охотника», оказался лучшим рассказом о народе. И понятно почему. В «Записках» Тургенев собрал очерки и наблюдения, зафиксировал сценки и короткие сюжеты из крестьянской жизни. А тут показана целая судьба. Тургенев видел, что крестьяне, попавшие в город, портятся. Вырванные из первозданного быта, ставшие дворовыми людьми, они обязательно превращаются в пародию на самих себя, теряют достоинство и силу. Вся дворня барыни запуганная, льстивая; повсюду снуют приживалки. Все что-то юлят, недоговаривают, доносят. Только Герасим ведет себя просто и прямо. Он даже смешон окружающим в своей прямоте. Когда он показывает, что сам будет топить свою собаку, про него говорят: «Не волнуйтесь, он сделает, коли обещал. Уж он такой… Он на это не то, что наш брат». Герасим – символ неиспорченного народа. Тургенев будто показывает: пока у человека остается его человеческое достоинство, его нельзя долго тиранить, он потерпит, но потом взбунтуется.

Поэтому рассказ «Муму» не только о любви, но и о свободе.

Очень важно, что Тургенев писал его в тюрьме. За безобидную по сегодняшним меркам статью-некролог, посвященную памяти Гоголя, в которой власти усмотрели крамолу, Тургенева «водворили на съезжую». Это такое место предварительного заключения. И он сидел в тюрьме месяц. Вероятно, тогда он был очень возмущен и оскорблен. И напуган. Рядом с его камерой находилась экзекуционная комната, где секли провинившихся крестьян. Тургенев постоянно слышал крики и стоны истязания через стенку, как когда-то в доме своей жестокой матери. И боялся, что его тоже будут истязать. Мы это знаем по письмам. Он думал, что его тоже могут выпороть. В такой ситуации он писал «Муму». И говорил, что здесь, в тюрьме, он по-настоящему понял народ.

Может быть, поэтому для своего героя он придумал бунт. Дворянин Тургенев чувствовал себя в тогдашней России таким же несвободным, как его персонаж-крестьянин. Герасим страдает ни за что, и Тургенев ни за что сидит в тюрьме.

Финальная сцена, когда Герасим возвращается в деревню от жестокой барыни, – это ода вольности Тургенева. Высокая поэзия. Чувствуется, какое воодушевление испытывал Тургенев во время ее написания. Кажется, что это не Герасим, а он сам в своих мечтах идет навстречу свободе. Тут вся природа играет гимн, и звезды, и ветер, и птицы приветствуют Герасима.

По шоссе усердно и безостановочно шагал какой-то великан, с мешком за плечами и с длинной палкой в руках. Это был Герасим. Он спешил без оглядки, спешил домой, к себе в деревню, на родину… Он шел с какой-то несокрушимой отвагой, с отчаянной и вместе радостной решимостью. Он шел; широко распахнулась его грудь; глаза жадно и прямо устремились вперед. Он торопился, как будто мать-старушка ждала его на родине, как будто она звала его к себе после долгого странствования на чужой стороне, в чужих людях… Только что наступившая летняя ночь была тиха и тепла; с одной стороны, там, где солнце закатилось, край неба еще белел и слабо румянился последним отблеском исчезавшего дня, – с другой стороны уже вздымался синий, седой сумрак. Ночь шла оттуда. Перепела сотнями гремели кругом, взапуски переклинивались коростели… Герасим не мог их слышать, не мог он слышать также чуткого ночного шушуканья деревьев, мимо которых его проносили сильные его ноги, но он чувствовал знакомый запах поспевающей ржи, которым так и веяло с темных полей, чувствовал, как ветер, летевший к нему навстречу, – ветер с родины, – ласково ударял в его лицо, играл в его волосах и бороде; видел перед собой белеющую дорогу – дорогу домой, прямую как стрела; видел в небе несчетные звезды, светившие его пути, и как лев выступал сильно и бодро, так что когда восходящее солнце озарило своими влажно-красными лучами только что расходившегося молодца, между Москвой и им легло уже тридцать пять верст…

Через два дня он уже был дома, в своей избенке, к великому изумлению солдатки, которую туда поселили. Помолясь перед образами, тотчас же отправился он к старосте. Староста сначала было удивился; но сенокос только что начинался: Герасиму, как отличному работнику, тут же дали косу в руки – и пошел косить он по-старинному, косить так, что мужиков только пробирало, глядя на его размахи да загребы…

Вначале я говорил, что история дворника и собаки – не выдуманная. У матери Тургенева действительно был громадный немой дворник Андрей, которого она взяла из деревни, а у дворника была любимая собака – Муму. Его историю мы знаем из мемуаров сводной сестры Тургенева, которая пишет, что сама, будучи девочкой, носила милой Мумуне сахарок. От нее мы узнаём удивительную подробность: рассказ Тургенева достоверен во всем, кроме одного момента. Андрей никуда не ушел. Он утопил любимую собаку, погоревал, но остался верен своей госпоже до самой ее смерти.

Получается, что настоящего Немого город все-таки испортил. А Герасима не испортил. Бывают такие ситуации, когда литература оказывается правдивее реальности. Тургенев чувствовал бунт, который поднимается из глубин народной души. Но он произошел не в сороковые – пятидесятые годы девятнадцатого века, а копился, копился и вырвался в революционном двадцатом.

Ф.Ж. В рассказе есть такой момент, когда Муму возвращается и Герасим ее прячет у себя в каморке. Он заставляет ее молчать, чтобы она не пищала, не шумела. Если в этом абзаце заменить имя «Муму» на слово «любовь», получается, что Герасим как будто бы заглушает свою любовь, чтобы ее никто не заметил. Это так удивительно, получается такой магический реализм Маркеса: Татьяна уезжает, и появляется собака. Как по волшебству. Я в этом вижу особую драматургическую линию.

Весь рассказ Герасиму твердят: «Ты не будешь любить, мы сделаем так, чтобы ты никогда никого не любил». Если продолжить эту метафору, выходит, что Герасим реально отказывается от чувств, топит свою любовь, уходит из города в деревню и там ведет отшельнический образ жизни. Ни с кем не строит отношений и даже не заводит собаку. Как же так? Вот ты обрел свободу, а где же любовь? Куда она делась? Разве любовь и свобода не ходят вместе?

Б.П. Возможно, они несовместимы?

Ф.Ж. В последнее время меня не оставляет одна мысль… Любовь – это не только романтические взаимоотношения, это сила, энергия, луч, который исходит от нас и должен падать не только на партнера, не только на родителей, но и на людей вокруг. Любовь – это труд, искусство, которому нужно учиться. Учиться постоянно, каждый день. Это как нельзя почистить зубы только один раз.

Б.П. Тезис, что любовь – это работа, конечно, очень христианский по сути. Есть удивительное поэтическое определение любви апостола Павла, которое использовал Андрей Тарковский в своем фильме «Андрей Рублев». Оно начинается такими словами:

Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я – медь звенящая или кимвал звучащий. Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, – то я ничто.