Филипп Краснов – Денетория. Хроники Драконьего клинка (страница 13)

Так оно было и в этот раз. И к великой радости всего народа Денетории, гертаньдия не только не завяла, а даже наоборот, казалось, расцвела ещё больше. Все, даже самые суеверные, увидели в этом хороший знак, богиня была довольна выбором короля.

Сам процесс венчания не отличался чем-то примечательным. В присутствии старшей жрицы влюблённые поклялись именем богини Айноры, что будут хранить верность друг другу до гроба, а после, уже когда все гости были переправлены за стены храма, старшая жрица благословила ещё не родившееся дитя королевской четы. И хотя о том, что королева беременна, мало кто знал, жрица, которая, по слухам, могла свободно разговаривать с богиней, была об этом осведомлена.

К обеду официальная часть была закончена, и по всему городу начались торжественные гуляния. По улицам летел мягкий зов трубы, разносящий во все края радостную новость. Все королевские погреба были открыты, пиво и вино полились рекой.

Пройдя по всему городу, король с королевой и ближайшими дворянами прибыли обратно во дворец, где уже все столы были накрыты, а вина столетней выдержки были бережно прикрыты марлей, дабы не выдохся необычайно тонкий аромат сих изысканных напитков.

Как только Рэндал и Яндара заняли свои места во главе стола, слуги внесли горячее, а музыканты, смахнув со своих инструментов пыль, ударили по струнам. Но, хотя всё было просто волшебно, королю чего-то не хватало. Он даже нахмурился, пытаясь понять, чего нет, как потерявшийся объект сам появился в зале.

– Шут! – радостно воскликнул король. – Ты-то мне и нужен. Моя жена нездешняя, и поэтому не видала ещё твоих выступлений. Прошу, порадуй её, а вместе с ней и всех наших гостей.

Кристиан глубоко поклонился и начал веселить народ. Сначала он с важным видом походил между столами, и, внимательно осматривая гостей, отчитал каждого из них на свой лад и манер. Кому-то он посоветовал поменьше есть, кого-то потрепал за слишком длинные космы. Все хохотали без умолку, и даже «жертвы» насмешек ну никак не могли злиться на шута, и смеялись над собой вместе с остальными. Затем Кристиан принялся нараспев складывать смешные стихи, которым музыканты придали весьма бойкий аккомпанемент. А после, когда многие схватились за животы от смеха, шут принялся танцевать. Он так смешно дрыгал своими конечностями, что одна придворная дама даже от смеха повалилась со стула. Король и королева тоже смеялись, правда, не так сильно, дабы сохранять своё величие и важность.

Лишь один человек, присутствующий в зале, не смеялся над шутками Кристиана. Шут готов был поспорить, что этот человек вообще никогда не смеялся. Комтур Сенгорн всегда был грозен и мрачен. С виду казалось, что он постоянно ждёт нападения, и по холодной решимости, которая всегда была в его взгляде, было видно, что, если кто-нибудь только вызовет у него подозрение, он туже пустит в ход свой длинный чёрный меч.

Веселье было в самом разгаре, как вдруг неожиданно двери в тронный зал с лязгом открылись, и перед королём предстал взмыленный и грязный человек, который представился гонцом, прибывшим из Северных земель.

– Владыка, – отдышавшись, прохрипел гонец, – племена северян, что настроены против твоего правления, перешли к открытым боевым действиям. Ведомые неким вождём Маргоном, они разорили селения Манорин и Пондар, и собираются идти на столицу.

Веселье в зале тут же прекратилось. Отпечаток страха острой волной пронзил души собравшихся, однако короля он не коснулся. Рэндал встал со своего места и, сжав руки в кулаки, проговорил стальным голосом:

– Раз северяне хотят войны, они её получат! Я объявляю всеобщий сбор, и не позже, чем через две недели мы выйдем в поход против неверных бунтовщиков. И да покарает их рука великих богов!

Сказав это, Рэндал переглянулся с Сенгорном, и старый комтур, кивнув ему, быстрым шагом покинул залу. Веселье же, которое было прервано появлением гонца, загорелось вновь с ещё большей силой.

Свадебное торжество закончилось глубоко за полночь, и изрядно захмелевший Кристиан – который, пить-то и не хотел вовсе, но от предложения короля разделить с ним чарку вина отказаться не смог, – поднимался по каменным ступеням в свою комнату. За одной чаркой последовала другая. Вскоре к ним присоединилась и третья. И совершенно не умевший пить Кристиан сильно перебрал и последние два часа торжества проспал, уткнувшись лбом в стол. Когда же всё закончилось, и гости разошлись по отведённым им комнатам, церемониймейстер грубо толкнул его, и когда он проснулся, посоветовал ему идти ко всем чертям. Собрав себя воедино, Кристиан побрёл к себе.

Подняться через все пролёты старинной лестницы и для трезвого человека было делом непростым, а уж пьяный на этот подъём мог и вовсе потратить несколько часов мучений и боли. На последней ступени Кристиан окончательно выбился из сил, и даже присел в углу, чтобы несколько минут отдохнуть. Беззаботно он водил взглядом по тускло освещённому коридору, как неожиданно увидел, что дверь в его комнату приоткрыта. А ведь он мог поклясться чем угодно, что перед тем, как спуститься на торжество, собственноручно закрыл дверь на замок. Страх липкой волной подкатился к горлу Кристиана, хмель моментально вышел из головы.

Он поднялся, привёл себя в порядок и нетвёрдым шагом вошёл в свою комнату. На его кровати сидел человек. При беглом осмотре оказалось, что это был парень лет шестнадцати – семнадцати. Увидев Кристиана, он поднял вверх руку, предупреждая все его возможные действия, и быстро, сбивчиво проговорил:

– Я знаю, что вломился к тебе без приглашения. Знаю также, что ты волен вызвать стражника. Однако перед тем, как ты это сделаешь, прошу, выслушай меня…

– Кто ты такой?! – гневно перебил парня Кристиан.

– Я – Лено, – ответил тот и неловко потупил взгляд в пол, – твой брат.

Кристиан на минуту замешкался. Когда шестнадцать лет назад он покинул родное селение в свите короля, его мать была уже на сносях. Через какое-то время, уже будучи в столице, он узнал, что у него родился брат. Однако Кристиан с тех пор ни разу не навестил свою семью, и поэтому брата видел впервые.

Внимательно оглядев Лено с головы до ног, Кристиан отметил весьма заметное сходство, которое парень имел со своим отцом.

– Что же привело тебя сюда? – через несколько минут спросил он.

Парень, который только и ждал этого вопроса, разразился потоком фраз, страшный смысл которых острыми копьями вонзился в душу Кристиана.

– Все эти годы мы жили спокойно, никого не трогая. Однако последние несколько месяцев к нам всё чаще стали приходить люди в чёрных латах. Они о чём-то спорили с отцом, после чего он неизменно выставлял их за дверь. Так было трижды, и в третий визит один из них пообещал, что в следующий раз вернётся с «более вескими доводами». Чего они хотели, отец не говорил ни мне, ни матери, однако мы с ней заметили, что эти приходы очень тревожили его. Месяц назад он неожиданно сказал, что мы должны временно покинуть дом и перебраться в Доротос, дабы переждать надвигающееся событие там. Что именно мы должны были переждать, отец не сказал, и мы молча принялись собираться, – Лено протёр рукой красные от недосыпа и напряжения глаза, глубоко вздохнул и продолжил: – Но мы не успели. Люди в чёрных латах нагрянули вновь, они ворвались в дом и во всеуслышание потребовали, чтобы отец отдал им тридцать тысяч досов. Нам с матерью они сказали, что это новый налог, и что за сбором его следит лично комтур Сенгорн. Отец пришёл в ярость, у нас отродясь не было таких больших денег. Они принялись угрожать нам, сказали, что посадят всех в тюрьму. Ситуация накалилась до предела, и не успели мы ничего сделать, как отец ринулся на них с кулаками. Он схватил одного из них, поднял в воздух и, резко ударив о стол, переломил ему шею. В тот же миг острый клинок другого воина пробил отцу грудь. Мать бросилась было к нему, но «чёрные латы» посчитали, что она хочет напасть, и поэтому убили и её. А после… —Лено посмотрел брату в глаза. – А после я сжёг их, всех до единого, вместе с нашим домом, и решил бежать сюда, к тебе, ибо совершенно не знал, что мне делать дальше.

– Сжёг? – в удивлении воззрился на него Кристиан. – Так значит, ты маг?

Лено кивнул. Столь страшное открытие лавиной сошло на разум Кристиана, и несколько минут он стоял в нерешительности, не зная, что ему делать с этими вестями. Немного придя в себя, он, наконец, проговорил:

– Что ж, то, что произошло, просто немыслимо, и если слова тех людей – правда, то комтур предал короля. Ибо никакого нового налога, насколько мне известно, не было введено, – Кристиан внимательно посмотрел на брата. – О том, что ты маг, никому больше не говори, и вообще, тебе сейчас ни с кем не стоит говорить. – В этот момент незакрытая дверь тихонько скрипнула, и Кристиан увидел на пороге Тану. – Ты всё слышала? – кивнув девушке, спросил она. – Тана быстро закивала головой в знак согласия. – Тогда ты знаешь, что ему сейчас нельзя здесь находиться. Нам нужно спрятать его, покуда я не разберусь, что на самом деле происходит.

– Да, – быстро подойдя к Кристиану, проговорила Тана, – его сейчас же нужно отправить к моей матери.

По тому, как девушка смотрела на его брата, Лено понял, что между ними что-то есть, и поэтому решил полностью ей довериться. Последние же его сомнения разбили слова Кристиана.