Филип Пулман – Таинственные расследования Салли Локхарт. Тигр в колодце. Оловянная принцесса (страница 76)
– Голдберг? – переспросила она. И тут, видимо, от свалившегося с ее плеч груза, который она несла столь долгое время, Салли расплакалась.
Джим ушел.
Сначала поездка в кэбе через мост Блэкфрайрз, затем объяснения с грязным и подозрительным ирландским парнем через дыру в заборе, потом разрешение пролезть в эту дыру, и вот он оказался во дворе склада итальянских товаров. Участники небольшой банды – как они себя называли? Лепреконы? Уличные гоблины? – сидели на корточках и кидали о землю монетки. Мальчишка, который впустил Джима, показал ему дверь.
– Он ей там читает, – гордо заявил подросток. – Из книжки.
Драка закончилась. Билл с Лайамом решили, что девчонка, которая допускает, чтобы из-за нее дрались, не стоит того. Хотя потасовка была серьезной. Теперь они, усталые, сидели на соломе, и Билл читал Харриет книжку.
– Видишь, это кролики, – сказал он. – Вот послушай, это интересно. «Рядом с матерью малыши выглядят такими красивыми и счастливыми…»
– Кучка жалких тварей, – заметил Лайам. – Я бы за них и трех пенсов не дал.
– Жалких варей, – согласилась Харриет.
– Нет, слушай, слушай. «Все братья и сестры должны любить друг друга, тогда они будут счастливы. Ведь люди умней животных, им дано это пре… пре… прекрасное чувство».
– И это все? – спросил Лайам, и тут они увидели, что Харриет пальцем показывает на дверь, где стоит Джим.
Ребята мгновенно привстали и придвинулись поближе к девочке. Их лица были сосредоточенны и напряжены, Лайам с Биллом были готовы к драке. Джим был впечатлен.
Он медленно опустил рюкзак и присел на корточки, вытянув руки, чтобы Харриет сама подошла к нему.
– Смотри, – обратилась она к Джиму, отстранив руки ребят, готовых прийти ей на помощь. – Дядя Джим, смотри!
В руке у нее была сломанная и грязная макаронина. Она взяла один ее конец в губы и сдула перышко со своей перепачканной ладони.
– Хорошая игра, – сказал Джим. – Трубочка. В джунглях, откуда мы только что вернулись, тоже играют в трубочку. Хочешь домой? Увидеть маму?
Харриет смотрела на него с сомнением.
– Дядя Уэбстер тоже вернулся, и Сара-Джейн. Уверен, у миссис Перкинс найдутся для тебя макароны, чтобы сделать трубочку.
– Держи, – вдруг раздался голос, красивее которого Джим еще в жизни не слышал. Он повернулся и увидел девочку лет пятнадцати, такую же оборванку, как и остальные ребята, с прищуренными глазами, стройную и чумазую. У нее был голос, который, как сразу подумал Джим, он не забудет до конца своих дней. Девочка протягивала Харриет коричневый бумажный пакет. – Вот, возьми с собой. Это тебе на обед.
Малышка достала что-то из пакета и флегматично разжевала.
– Сушеный инжир, – пояснила Брайди. – Нашла в мешке. Там еще много.
Джим поднялся. Мальчишки все еще были настороже, однако всеобщее напряжение спало.
– Что случилось? – спросил Джим. – Она была в Клэпхеме?
– Да, – ответил парень с подбитым глазом. – Мы ворвались туда вместе с мистером Голдбергом и вызволили ее.
– А тому парню на голову горшок сбросили! – добавил другой, у двери.
Джим улыбнулся. «Дважды за ночь! – подумал он. – Значит, я ошибался…»
– Молодцы! – Затем обратился к Биллу: – Любишь читать?
– Да, – ответил малый с рассеченной губой. – Читаю все, что сумею раздобыть.
– Я пришлю тебе целую стопку детективных романов. Полагаю, вы немного поистратились, приглядывая за этой юной леди. Вот вам пять фунтов. Вы все просто молодцы.
Деньги тут же были приняты с благодарными кивками. Все поняли, что Джим вполне реалистично оценил их старания.
– Эти детективы… – замялся Билл. – Не присылайте их сюда, здесь у нас просто ночлежка. Пришлите мистеру Голдбергу, в Сохо.
– Ты его помощник?
Парень кивнул.
– Я слышал, он в тюрьме. В предварилке.
– Ничего, – ответил Билл. – Выберется. Им его не удержать. Он и в России сбегал, и в Венгрии. Даже из этого замка с большой башней – из Кафштайна. Просто вылез из окна. Если они думают, что он будет сидеть в тюрьме, они ни черта не понимают.
Джим был в Кафштайне и видел тот замок.
– Значит, он хороший парень, этот мистер Голдберг? – спросил он.
Все вокруг закивали, особенно Кон и Тони.
– Он поделился с нами последними сигарами! – выпалил Кон. – Он наш человек, это точно.
– Точно, – повторил Джим, взяв на руки Харриет и слишком поздно обнаружив, что она насквозь мокрая. – Пойдем домой, принцесса.
Харриет с набитым инжиром ртом помахала ребятам коричневым пакетом, и они с Джимом направились по мокрой улице, блестевшей в солнечных лучах.
Маргарет отложила письмо и взглянула через стол на Джеймса Вентворта.
– Как вам удалось?
– Я сказал ему, что если он этого не сделает, то придется давать показания в суде, но признаться нужно в любом случае. Он начал ныть и увиливать, но выхода у него не было. В общем, ничего сложного.
– А что было в суде?
– Разумеется, мы выиграли, – сказал он, как показалось Маргарет, немного самодовольно. – С записной книжкой мистера Голдберга и бумагой мисс Локхарт дело решилось за пять минут. Здесь все восстановят, хотя исчезло не много: Пэрриш был довольно аккуратным бизнесменом, очень квалифицированным. В любом случае, если что, он будет вынужден выплатить все сполна. Скоро я оформлю документы…
– Это когда же? – спросила Маргарет. – А то я вас, адвокатов, знаю…
– Меня не знаете. Очень скоро. Пэрриш посмел подать иск за порчу мебели, но у него ничего не выгорит. Сейчас обвинение готовится начать против него процесс, просто это немного дольше, чем я думал: выясняется все больше подробностей.
– А мистер Голдберг? – спросила Маргарет.
– С ним было труднее. Нет никакого сомнения, что обвинение, выдвинутое против него, – чисто политическое, поэтому об экстрадиции говорить не приходится, но все же его могут депортировать, если захотят. А они хотели – по крайней мере, помощник комиссара, который был в кармане у мистера Ли. Пришлось предъявить ему письменные показания, данные владелицей одного из домов, с которых Пэрриш собирал деньги.
Маргарет кашлянула, она не умела говорить о борделях, при этом не краснея. Адвокат продолжил:
– Скандал был бы ужасный. Он увидел эти показания, и вот – Голдберг свободен. Его отпустят сегодня днем, когда уладят все формальности. Мисс Локхарт поедет со мной встречать его, мистер Тейлор тоже.
– Джим страшно любопытный, – сказала Маргарет. – Понимаете, он старый друг Салли. Они как брат и сестра. Он злится, что все это произошло в его отсутствие и он не мог… быть с ней. Я имею в виду, защитить ее. Они очень близкие друзья, и Джим знает, что Салли сильная личность. А теперь он столько слышал о Дэниеле Голдберге… Думаю, он заинтригован.
Следующим утром во дворе Фруктового дома Джим чинил конструкцию со стеклянной крышей вместе с худощавым человеком, которому на вид можно было дать лет шестьдесят. У того была седая борода и короткие седые волосы, и он был даже еще более загорелым, чем Джим.
Когда они опустили на землю очередную раму и отскабливали замазку, тот, что постарше, сказал:
– Расскажи мне про этого Голдберга.