Филип Квантрелл – Восхождение рейнджера (страница 42)

Он уже понял, что глупо было отказываться надевать повязку. Четырнадцать лет она висела у него на поясе, напоминая, что следует верить только в свои силы. Мощь, которую он ощущал во тьме, давала преимущество, и все же, побеждая без нее, он каждый раз чувствовал себя сильнее.

Посреди зала торчал накрытый стол, уставленный цветами и фруктами. Ро, привыкший использовать любое подручное средство, естественно, вскочил на него, изогнувшись, чтобы не попасть под удар. Эшер от всей этой гимнастики отвык, и суставам его жизнь в дороге здорово навредила, поэтому от ловких пинков и ударов мечей он увернуться не мог. Оставалось только одно: с яростным криком броситься на Ро. Чем больше шума, тем быстрее сбегутся стражники, а это теперь единственный способ выиграть бой.

Усталость наконец догнала его, и впервые он почувствовал вес своего двуручника. Сил на красивые трюки с большим мечом не осталось, пришлось уйти в глухую оборону.

Мечи Ро так и мелькали вокруг, оставляя порезы, целя в жизненно важные места. К счастью, тяжелые сапоги стражников загрохотали по лестнице – пришла пора для последнего трюка.

Эшер уронил меч и тяжело упал на одно колено, изображая страдания от боли в раненой ноге. Усталость, с которой он взглянул на Ро, впрочем, была вполне настоящей.

Пусть повязка скрывала глаза Ро, Эшер знал, что они горят торжеством. И в конце концов самоуверенность заставила аракеша открыться: он занес оба меча, чтобы раз и навсегда покончить с рейнджером…

Эшер бросился на него, сшибая с ног, и они кубарем покатились по винтовой лестнице, умудряясь даже в полете обмениваться тычками и ударами. Ро приземлился сверху и вдруг отбросил мечи, схватил Эшера за правую руку.

– Лежи… – прорычал он, придавив грудь Эшера коленом, и начал отчаянно царапать пальцы, пытаясь содрать с указательного кольцо.

Поняв, что ему нужно, Эшер напряг все силы, стараясь сбросить аракеша.

Как Ро узнал про камень? Зачем его послали? Убить? Забрать кольцо? Или то и другое? Вопросов было много, но ответы могли подождать, пока он не выберется.

Выхватив кинжал из ножен на бедре, он со всей мощью вонзил его Ро в ногу. Аракеш взвыл, отпустил руку и от души врезал Эшеру по лицу.

– Стоять! – К ним уже бежала дюжина стражников в красно-синих плащах и с мечами наголо.

Эшер почувствовал, как Ро подобрался, увидев, что придется убивать еще. Его жажду крови подстегивал эликсир ночного зрения и прочая дрянь, которую он явно принял, прежде чем идти на дело.

Черный кристалл снова проснулся, требуя, чтобы его силу выпустили. Эшер никогда не считал себя магом, но преимущества магии признавал – она не раз выручала его из самых трудных ситуаций. По меньшей мере, защищала в прошлом от чужих магических атак.

Ро был так занят, просчитывая способы убийства стражников, что не заметил ладонь Эшера, упершуюся ему в грудь. Волна энергии подхватила Ро и швырнула о потолок так, что там остался небольшой кратер потрескавшейся штукатурки. Падение на пол выглядело не менее болезненным.

Эшер застонал, но кое-как перекатился на живот и встал на колени. Ро лежал неподвижно, седеющие волосы слиплись от крови, заливающей белый пол.

Рейнджер и распрямиться не успел, как его окружили напуганные, ничего не понимающие стражники. Они уже видели Эшера на королевской аудиенции и по повязке опознали в Ро аракеша. Ни с кем из них связываться им не хотелось.

– Этот аракеш пытался убить гостей вашего короля… – Эшер потянулся, схватившись за поясницу, и поморщился от громкого хруста. – Он пришел не один.

Эшер взглянул наверх, но стражники были слишком заняты, осматривая Ро.

– Еще дышит, – объявил один из них.

– Тащите его в камеру, – велел единственный стражник без шлема.

– Нужно заковать его в цепи, – посоветовал Эшер стражникам, собравшим мечи Ро и потащившим аракеша в темницу. – Лучше подвесить к потолку так, чтобы ноги не касались земли. А, еще разденьте его догола и все вещи сожгите, и смотрите, чтобы он не оставался в темноте…

Эшер умолк, поняв, что его никто не слушает.

Вдруг раздался чей-то болезненный стон, живо напомнивший о том, что происходит наверху.

Натаниэль умирает!

Эшер побежал было к лестнице, но двое стражников тут же преградили ему путь. Их мечи слегка подрагивали в трясущихся от страха руках.

Эшер бросил на них мрачный взгляд и выразительно хрустнул костяшками. Убедившись, что произвел желаемый эффект, он прошел мимо стражников и принялся подниматься по лестнице.

Преследовать его никто не стал.

Глава 28. Держи врагов ближе

Мертвое тело гидры полностью погребло под собой и фонтан в центре дворика, и нескольких мертвых тварей – Адамар все-таки смог прорубиться к ее сердцу и вонзить меч по самую рукоять.

Лайра положила руку на чешуйчатый бок чудовища, прощаясь с проглоченной Найвин, но Галанор не почувствовал ничего, в голове крутилась лишь мысль о том, что чем меньше эльфов в отряде, тем труднее будет, и не более… Он с трудом отвел взгляд убитой Лайрой девушки, зная, что ее мертвое, искаженное ужасом лицо будет отныне преследовать его так же, как и лица детей, унесенных морским народом.

– Айлас? – Адамар, потоптавшись по одной из отрубленных голов, подошел к лучнику, но тот даже не заметил: так и стоял, стиснув лук и глядя невидящим взглядом в коридор, из которого недавно донесся взрыв.

Адамар вздохнул и вышел, отпихнув Галанора с Лайрой. Коридор был весь разворочен, стены оплавлены, а посреди этого хаоса – останки тела и сломанный обгоревший лук. Значит, Элион тоже мертв.

Галанор положил Айласу руку на плечо и молча сжал, выражая сочувствие. Двое лучников дружили вот уже три века и годами тренировались для этой миссии.

– Это что за магия? – спросил пораженный Адамар.

Галанор осмотрел блестящие, как стекло, стены.

– Это не магия. Это Маллиат…

Остальные вопросительно обернулись.

– Но почему Маллиат на нас напал? – спросила Лайра. – Он не убил нас на пляже, выходит, принцесса получила приглашение.

– Значит, есть и другие чары. Найдя трупы, маги втихую активировали магическую защиту, поэтому открылись порталы и Маллиат бросился нас разыскивать. Раз мы атаковали магов в открытую, вся школа обратилась против нас.

– Ты нас в западню завел! – зарычал Адамар, всегда готовый обвинять Галанора.

Если бы они не потеряли только что двоих бойцов, Галанор с огромным удовольствием снес бы ему голову. Но, увы, пусть он и не доверял Адамару, умения здоровяка еще могли пригодиться в поисках Тома Древних.

– Идем дальше, – велел Галанор, первым выйдя в раскаленный коридор под защитой заклинания от язычков пламени, бегающих по стенам, и капель лавы с потолка.

Дойдя до Элиона, он замедлил шаг. Вот что принесет новая война. Маги Корканата доказали, что не сдадутся без боя и многих заберут с собой.

– Ну давай уже! – Гидеон не мог больше пялиться в коридор, охраняя Эбигейл, изучавшую каждый дюйм двери мастера Тибита.

– Вообще-то это не то же самое что ткнуть палочкой в дверь и велеть ей открыться, – огрызнулась Эбигейл.

Нервы у обоих были на пределе: сперва убитые маги, потом огненное дыхание Маллиата… За последний час они несколько раз едва не погибли и теперь вздрагивали от каждого шороха и тени.

Кто-то выкрикнул вдалеке заклинание молнии, послышался хлопок, крики, удары стали о дерево…

Гидеон наложил на коридор ледяные чары: если чужаки сюда дойдут, подбежать быстро, как тот лучник, уже не смогут.

Загрохотали, разбиваясь о магические щиты, огненные шары, зашипели плавящиеся стены. Все ближе и ближе…

– Как ты думаешь, кто они? – спросила Эбигейл, прислушиваясь, не вибрирует ли палочка.

– Не знаю, – Гидеон взял посох поудобнее. – Но они точно обладают магией, иначе не зашли бы так далеко.

– Черная рука? – сосредоточенно предложила Эбигейл.

Гидеон задумался. Конечно, и это возможно: несколько веков назад темные волшебники объединились в загадочный орден. Известно о них было очень мало, зато слухов и легенд о тайных сражениях с Черной рукой ходило много. Кто знает, может, им надоело, что за ними охотятся маги Корканата, и они решили нанести ответный удар?

– Я так не думаю. – Гидеон вздрогнул от очередного взрыва. – Они, кажется, предпочитают оружие, а не магию, и ни палочек, ни посохов у них нет.

– Получилось! – гордо объявила Эбигейл. На темном дубе двери замерцали, проявляясь, светящиеся голубым и зеленым слова.

– Что это? – спросил Гидеон, чувствуя, что ничего у них не получилось.

– Дверь открывается кодовым словом, – убитым голосом отозвалась Эбигейл.

– Что?!

– Я нашла подсказку и велела защитным чарам показать ее. Слушай, – Эбигейл откашлялась. – «Я царь, я базилевс, величайший среди своих братьев, нет никого меня сильней. Мои когти – источник вечной боли, мой взгляд – сама смерть. Если переживешь нашу встречу, я останусь с тобой навечно, но не забывай, кому ты обязан своей силой».

Гидеон принялся перебирать в уме весь Палантинский бестиарий, но не мог вспомнить ни одного чудовища, подходящего под описание. Звук стрел, вонзающихся в плоть, становился все ближе, какой-то учитель вбежал в коридор, крича от боли, и упал. На груди у него догорали остатки мантии.

– «Я базилевс»! Ну конечно! – радостно вскричала Эбигейл и уверенно обернулась к двери. – Василиск.

Светящиеся буквы исчезли, сами собой разошлись железные засовы на двери.