Филип Дик – Золотой человек (страница 84)

Эд Паркс, держа сына за руку, медленно брел к дому. Донни молчал, глядя под ноги. Глаза его покраснели, опухли, лицо побледнело от горя.

– Прости, пап, – пробормотал Донни, не поднимая взгляда.

Эд крепче стиснул его ладонь.

– Все о’кей, малыш. Все о’кей. Ты старался как мог. Не бери в голову. Может, в следующий раз… начнем готовиться раньше, и… – Оборвав фразу, он вполголоса выругался. – Эти гнусные железные корыта… Чтоб им полопаться, жестянкам бездушным!

Близился вечер. Солнце клонилось к закату. Медленным шагом поднявшись на крыльцо, Эд с Донни вошли в дом. Грейс, встретившая их у порога, окинула лица обоих пристальным взглядом.

– Все попусту? Да, вижу. Та же старая песня…

– Та же старая песня, – с горечью подтвердил Эд. – Безнадежно. Ни единого шанса.

С кухни донесся гул голосов. Множества голосов – мужских, женских.

– Кто это там? – раздраженно буркнул Эд. – Вот только гостей нам сейчас и не хватало. Бог ты мой, ну не тот нынче день, чтоб…

Но Грейс неумолимо потянула его к кухне.

– Идем, идем. Новости есть. Послушаешь – может, и на душе полегчает. И ты, Донни, послушай. Тебе тоже будет интересно.

Эд с Донни нехотя вошли в кухню. Кухня оказалась полна народу. Боб Макинтайр с женой Пат. Джон Холлистер, его жена Джоан и обе их дочки. И Пит Кляйн с Розой Кляйн. И соседи – Нат Джонсон, Тим Дэвис, Барбара Стэнли. Оживленные, взволнованные, все они сгрудились у стола, горячо обсуждая что-то наперебой. Кухня гудела. Стол ломился от сэндвичей и бутылок пива. За разговорами гости смеялись, улыбались от уха до уха, глаза каждого сияли ликующим огоньком.

– Что это вы? – проворчал Эд. – В честь чего гулянку затеяли?

Боб Макинтайр от души хлопнул его по плечу.

– Как настроение, Эд? Новость у нас! – объявил он, встряхнув над головой лентой последних известий. – Готовься! Соберись с духом…

– Да читай же, читай! – в нетерпении оборвал его Пит Кляйн. – Пусть послушает!

Гости сгрудились вокруг Макинтайра.

– Давай!

– Читай!

– Мы тоже еще раз послушаем!

Казалось, Макинтайр вот-вот взорвется от избытка чувств.

– Ну что ж, Эд. Вот так вот. Он справился. Сумел.

– Кто «он»? Что сумел?

Катушка с лентой в руке Макинтайра задрожала, будто лист на ветру.

– Кроу. Джим Кроу. До первого класса дорос! И получил место в Верховном Совете. Понимаешь? В Верховном Совете! Человек! Человек в высшем правительственном органе всей планеты!

– Ух ты! – благоговейно выдохнул Донни.

– И что дальше? – спросил Эд. – Что он теперь собирается делать?

Макинтайр улыбнулся. Губы его тряслись мелкой дрожью.

– Скоро узнаем. Скоро. Он что-то затевает, точно могу сказать. Нутром чую! А что – это мы, надо думать, вот-вот увидим.

Расчесанный на пробор, с портфелем под мышкой, Кроу быстрым, упругим шагом вошел в зал заседаний Совета. Новый костюм его был безукоризненно выглажен, ботинки начищены до зеркального блеска.

– Добрый день, – учтиво сказал он.

Пятеро роботов воззрились на него со смешанными чувствами. Все они были стары, каждому куда больше ста лет, и опыта не занимать. Вон тот, массивный, величественный, из серии N, подвизается на общественном поприще едва ли не со дня сборки, а этот, невероятно древний, серия D, вот-вот разменяет четвертую сотню лет…

Стоило Кроу направиться к своему месту, все пятеро расступились в стороны, освободив для него широкий проход.

– Вы, – заговорил один из серии N, – и есть новый член Совета?

– Именно, – подтвердил Кроу, усаживаясь в кресло. – Желаете убедиться в моих полномочиях?

– Да, будьте любезны.

Кроу пустил по кругу металлическую пластинку с гравировкой, полученную от Контрольно-Оценочной Комиссии. Все пятеро роботов изучили ее самым пристальным образом и, наконец, вернули назад.

– По-видимому, все в полном порядке, – неохотно признал патриарх из серии D.

– Еще бы, – усмехнулся Кроу, расстегивая портфель. – К работе я желаю приступить немедленно. Дел у нас с вами невпроворот. Вот здесь у меня ряд информационных сводок и кое-какие пленки. Уверен, вам стоит с ними ознакомиться.

Роботы, не сводя глаз с Джима Кроу, неторопливо заняли свои места.

– Это немыслимо, – сказал D. – Вы… вы серьезно? Всерьез рассчитываете сесть с нами за один стол?

– Разумеется, – отрезал Кроу. – Давайте воздержимся от пустой болтовни и перейдем к делу.

Один из роботов серии N – массивный, надменный, тускло поблескивающий покрытым патиной корпусом – подался к нему.

– Мистер Кроу, – ледяным тоном заговорил он, – вам надлежит понять: это совершенно невозможно. Невзирая на действующее законодательство и ваше формальное право занять место за этим…

Но Кроу лишь безмятежно улыбнулся в ответ.

– Что ж, если уж на то пошло, предлагаю вам ознакомиться с набранным мной количеством баллов. С результатами, показанными мной в ходе Опросов. Ознакомиться и убедиться, что ни в одном из двадцати Листов я не допустил ни единой ошибки и удостоился максимальной оценки. Насколько мне известно, никому из вас достичь абсолютного результата не удалось. Таким образом, согласно правительственному постановлению, а именно – официальному распоряжению Контрольно-Оценочной Комиссии, все вы находитесь в моем подчинении.

Последние его слова подействовали на остальных не хуже взрыва бомбы. Все пятеро роботов, разом опешив, безвольно обмякли, в тревоге засверкали зрительными линзами; взволнованно зароптали, загудели на высокой ноте.

– Позвольте взглянуть, – пробормотал один из N, протянув к Кроу захват.

Кроу небрежно бросил на стол стопку Опросных Листов, и пятеро роботов тут же изучили их сверху донизу.

– Все верно, – констатировал D. – Невероятно… Абсолютного результата не показывал ни один из роботов. Согласно нашим же собственным законам, этот человек выше нас рангом.

– Ну а теперь перейдем к делу, – сказал Кроу, выкладывая на стол отчеты и ленты. – Не стану попусту тратить время. У меня есть предложение. Весьма важное предложение касательно самой острой, критической из проблем нашего общества.

– Что же это за проблема? – предчувствуя недоброе, спросил один из серии N.

Кроу подобрался, напрягся всем телом.

– Проблема людей. Людей, занимающих низшее положение в мире роботов. Обреченных чуждой для них культурой на прозябание в ничтожестве. В услужении у роботов.

Мертвая тишина.

Пятеро роботов замерли без движения. Вот оно… началось! Случилось то самое, чего они и опасались. Кроу, вольготно откинувшись на спинку кресла, закурил. Роботы следили за каждым движением его рук, за огоньком сигареты, за струйкой дыма, за спичкой, растоптанной и погасшей под его каблуком, во все глаза. Решающий момент настал.

– Что же вы предлагаете? – изо всех сил сохраняя достоинство, с металлом в голосе проскрежетал D. – В чем состоит ваше предложение?

– Я предлагаю вам, роботам, незамедлительно эвакуироваться с Земли. Собрать вещички и улететь. Эмигрировать в колонии. На Ганимед, на Марс, на Венеру. А Землю оставить людям.

Подхлестнутые возмущением, роботы вмиг повскакали на ноги.

– Неслыханно! Этот мир построили мы! Это наш мир! Земля принадлежит нам! И принадлежала нам от начала времен!

– В самом деле? – мрачно спросил Кроу.

Роботы беспокойно, неловко заерзали, замялись, встревожившись пуще прежнего.

– Разумеется, – неуверенно пробормотал D.

Кроу потянулся к стопке отчетов и лент. Роботы оцепенели от страха.

– Что это? – не выдержал один из N. – Что у вас там?