Ферн Коттон – Душевный покой. Как обрести внутреннее равновесие (страница 28)

Бывает, снится, что наш партнер занимается жарким сексом с кем-то другим. После пробуждения мы можем чувствовать себя обманутыми, полными подозрений. Но это необязательно указывает на неверность. Люди в снах могут символизировать часть нас самих. Если вам снится измена, задайтесь вопросом: «В чем я нечестна с собой?» Такой сон может отражать ситуацию, не относящуюся к семейной жизни. Подумайте, где еще вы ощущаете себя обманутым? Если все-таки кажется, что сон связан с партнером, спросите: «Чувствую ли я, что любимый человек не поддерживает меня? Счастливы ли мы вместе? Стоит ли что-то изменить в наших отношениях?»

Мысленно вернитесь в сон и поинтересуйтесь у партнера, который вам изменяет или друга / непривлекательного коллегу, с которым у вас был секс: «Что ты хочешь мне сказать? Почему ты в моем сне?»

Эта техника может быть источником потрясающих открытий. Когда мы разбираемся с нашими снами при помощи простых упражнений, то рано или поздно докапываемся до сути.

Ф: Спасибо, Клэр, это было удивительно! Приятных снов, читатель!

Дневник сновидений

В течение следующей недели сразу после пробуждения записывайте сны, которые видели ночью. Обратите внимание, есть ли среди них те, о которых говорила Клэр.

Во многом эта глава – ода сну. Долгое время я не понимала важности ночного отдыха и не относилась к нему с тем уважением, которое испытываю сейчас. Если пока что вас этот аспект не особенно беспокоит, вспомните, насколько важно как следует высыпаться, чтобы держать ментальную Болтовню в узде.

Сон и отдых останавливают голоса в голове, а значит, там будет больше ТИШИНЫ. Я часто встречаю в социальных сетях под фото ночных вечеринок надпись: «Живу жизнью, которая нравится». Что ж, сегодня для меня жизнь, которая нравится, – это маска для сна и ортопедическая подушка.

КРЕПКИЙ СОН – ЭТО МЕНЬШЕ БОЛТОВНИ И БОЛЬШЕ ТИШИНЫ. А ТАКЖЕ МЕНЬШЕ БОЛТОВНИ И БОЛЬШЕ ТИШИНЫ – ЭТО ЛУЧШИЙ СОН.

Глава 7

Тишина и покой

Я боюсь бездействия. Наверное, это мой самый большой страх. Больше, чем ужас, который я могу испытать, увидев чудище с восемью ногами. Страшнее, чем смотреть вниз с балкона десятого этажа. Ничегонеделание подавляет сильнее, чем ожидание надвигающегося позора. Страх, что я могу оказаться в бездействии, служит мощной движущей силой. Однако это и мой худший враг. Все слилось воедино.

На бегу

Я суечусь, двигаюсь к цели и одновременно планирую следующий шаг. Я смотрю, слушаю, реагирую, бегу, печатаю, говорю, пишу. Остановиться кажется невозможным. Я из тех докучливых людей, которые вскакивают по утрам с кровати, стремительно опрокидывают в себя кофе и готовы встречать день со списком дел в руках. Как правило, я воодушевлена предстоящей работой, будь это связано с карьерой или домашними делами. Мне нравится убираться, следить за тем, что нужно купить для семьи, отправлять бумажные и электронные письма людям, у которых, я знаю, есть любопытные мысли относительно моих рабочих проектов. В такие моменты я как будто под кайфом.

Сейчас я понимаю, что это не так плохо. Мне вообще-то крупно повезло, что я обладаю таким драйвом. Хотя есть минус: я не поддерживаю себя отдыхом и восстановлением, в которых, очевидно, нуждаюсь на психологическом и физическом уровне. Я убеждаю себя, что мне не нужен перерыв или день полного бездействия. Но как мы определили в предыдущей главе – это необходимо для обретения тишины.

Как уже упоминалось, я не особо разборчива в вопросе, что именно делать. Это может быть что-то дежурное и монотонное, наподобие мытья посуды, – лишь бы я ощущала себя нужной. Когда я готовлю или читаю детям, я понимаю, что вкладываюсь в нечто большее. Учить их тому, что сама считаю правильным, – вполне тянет на смысл жизни. Понимая, что детки получили максимум моего внимания или написанная статья находит отклик в сердцах людей, я чувствую, что выполнила предназначение и что моя энергия дает выход потенциалу. Однако некоторые вещи не подпадают под эту категорию. Многое я делаю ради процесса, просто чтобы заклеить страх гигантским бесполезным пластырем.

Буквально мгновение назад ментальная Болтовня сообщила, что у меня еще целых два часа до того, как забирать Хани и Рекс из детского сада и школы, но все равно я ни в коем случае не должна нежиться на солнышке в саду в самый теплый день года. Это будет неоправданным проявлением лени. Болтовня говорит, что я должна продолжать работать, не теряя фокуса. Это давление заставило меня тщательнее разобраться в причинах и докопаться, в чем дело. Я пришла к двум выводам, почему я до чертиков боюсь останавливаться.

Кто из вас думает так же? Сколькими движет понимание, что вы делаете меньше, чем могли бы? Уверена, многие будут кивать в этом месте книги, соглашаясь. Здесь нет никакого противоречия. Вы можете быть невероятно успешным, первоклассным, популярным или цитируемым в своей области, и все равно чего-то будет не хватать.

Около часа назад негативная Болтовня настаивала, что мне не следует делать перерыв между творческими сессиями и терять время, но я не поддалась этому натиску и спокойно понежилась на солнце. Я позволила чувствам, которые бурлили и разжигали во мне негатив, подняться на поверхность, а не пыталась подавить их домашними делами и потребностью что-то предпринять.

Поначалу мысли были путаными и сумбурными, но я быстро осознала, что под действиями скрывается чувство неполноценности. Если я поддамся ему, то придется отказаться от регалий, которые я заслужила в профессиональной сфере, от роли матери, жены, подруги; от причин, побуждающих меня учиться и исследовать. Что за человек скрывается за этими социальными ярлыками? И почему быть только собой недостаточно? Неужели чувствовать себя хорошо можно, только имея достижения и похвалы?

Я говорю не об экзальтации, а всего лишь о том, чтобы быть в порядке и, возможно, еще в безопасности. Почему многим из нас страшно без всякой фактической угрозы? Мы подсознательно ищем защиты, сами не зная от чего.

И снова я могла бы тыкать пальцем в общество, внушающее женщинам, что они недостаточно хороши, пока не купят крем для век, туфли или СПА-процедуру. Я могла бы обвинять поп-культуру в том, что для привлечения внимания образы излишне сексуализируются. Или рассуждать о том, что мы путаем социальные сети и реальность, сравнивая себя с теми, кого даже не знаем. Но, возможно, просто допущу, что дело не в этом.

Может, мне пора ткнуть пальцем в себя? Осознать, что я слушала внутреннюю Болтовню гораздо больше, чем следовало? Проявить к себе снисходительность и стать добрее? Возможно, я смогу осуществить это, обретя спокойствие, которое отвлечет от постоянной потребности «делать».

Мне некомфортно сидеть без действия, просто быть. Я ловлю себя на том, что физически тянусь к телефону, хочу листать ленту, чтобы мозгу было в чем покопаться и пообсуждать. Или мысленно составляю списки. Я что, повзрослев, разучилась просто сидеть и мечтать? Я была королевой в этом деле. Клянусь, именно так я и достигла успеха в карьере – пребывая в мечтах чаще, чем в реальности. В школе я могла сидеть на уроке литературы, и пока учитель рассказывал об особенностях романа «Повелитель мух», я мысленно уносилась в Канны на премьеру фильма с Леонардо ДиКаприо, где на мне было струящееся платье, а не серая школьная юбка, от которой чесались ноги. Я намечтала себе творческий путь. Мои визуализации были такими яркими! Я преуспела в том, чтобы просто быть, разрешать мозгу блуждать без необходимости что-либо делать.

Последние десять лет мне приходится прилагать больше усилий, чтобы мыслями улететь в мечты. Без телефона в руке, отвлекающих факторов и каких-либо оценок, просто разрешить мыслям свободно рождаться. Опять же, думаю, практика поможет вернуться в привычное русло. Заменить все эти списки дел блаженством ничегонеделания. Большой глоток тишины. Кроме того, нужно соединиться с той частью себя (вероятно, интуицией), которая знает, что я достаточно хороша. Мне не нужно соответствовать социальным ролям, стремиться к достижениям и бесконечно выполнять задания. Просто быть собой вполне достаточно.

Я знаю, что внутри таится много сомнений. Но о чем еще думать? Вспоминать, отчего мне было ужасно стыдно десять лет назад? Или что в двадцать могла поступить по-другому и избежать переживаний? Погружаться клеточка за клеточкой в сожаления? Я боюсь, что в голову будут приходить только негативные мысли, и мне придется как-то с этим мириться. Или искать способ решения текущих или будущих проблем. Вместо этого я продираюсь сквозь мысленные завалы и заменяю их автоматическим решением задач. Я избавляюсь от беспокойства, выполняя дела по списку и бесконечно добавляя новые. Если не останавливаться, может, все будет в порядке? Я ускорюсь и сумею сбежать от всего, что меня преследует?

И снова задаю вопрос: а что случится, если я просто побуду в тишине и бездействии, позволяя страхам проявиться? Что тогда? Возможно, я почувствую неловкость и досаду, но вместе с тем начну понимать, как Болтовня подсовывает мне подобные мысли? Возможно, с некоторыми из них я смогу покончить навсегда? А может, решусь поговорить с кем-то о волнующих меня вещах, вместо того чтобы заметать все под гигантский ковер, сотканный из стыда? В конце концов, вероятно, все окажется не так плохо?