Фергюс Хьюм – Зеленая мумия (страница 25)

– Вы только полюбуйтесь! – взвилась она. – Он велит мне уняться, словно я – цепная собака. Да я спокойнее всех вас! Все, официально заявляю: я заболела. Так, Люси, – схватила вдова девушку за рукав пальто и увлекла в сторону дома. – Пойдемте и помогите: мне непременно нужно пропарить ноги в отваре красной лаванды. Я пролежу в постели много-много дней. Вы убедились, дорогая, какими чудовищами бывают мужчины? Послушайте, вы, два монстра! – Обернувшись на пороге, Селина поочередно ткнула пальцем в сторону Хоупа и Браддока. – Если вы бросите в мой адрес еще хоть одну гадость, я подам на вас в суд за клевету. Пойдемте, Люси. Ох, как мне плохо! Люси, дорогая, помогите мне… – И женщина, неожиданно споткнувшись, рухнула наземь у самого крыльца.

– Арчи! Арчи! Она в обмороке! – заверещала мисс Кендал.

Художник бросился вперед и подхватил на руки маленькую, но полную вдову. Тут же на крыльцо выскочила Джейн, и они втроем перенесли госпожу Джашер в гостиную, где уложили на розовую кушетку. Женщина еще не пришла в себя, и Хоуп счел за лучшее вернуться в сад, плотно прикрыв за собой двери и оставив Селину на попечение Люси и служанки.

Бессердечный ученый никак не отреагировал на случившееся. Он уже послал Какаду за тележкой, а сам неотрывно любовался творением древних мастеров по дереву, бормоча себе под нос что-то о величии цивилизации инков.

– Вы продадите мумию дону Педро? – прервал затянувшееся молчание Арчибальд.

– Только после того, как досконально исследую этот экспонат, не раньше, – объявил Джулиан, все еще не способный ни на секунду расстаться со своим сокровищем. – Кроме того, надо получить на этой сделке хороший процент.

Арчи ничего не ответил, но подумал, что если Браддок снимет с мумии пелены и найдет изумруды, то наверняка оставит их у себя и на вырученные деньги отправится в свою экспедицию. Но в таком случае сеньор де Гавангос вряд ли захочет выкупать труп своего предка. Пока молодой человек размышлял о том, стоит ли сообщать профессору о драгоценностях, появился Какаду.

– Похоже, вы потеряли госпожу Джашер, – усмехнулся Хоуп, помогая египтологу и его слуге погрузить гроб на тележку.

– Не берите в голову! Что за чушь? – нежно погладил Браддок саркофаг. – Я нашел кое-что получше! Много лучше, уж поверьте мне! Ха-ха-ха!

Глава XIV

Сделка

Несмотря на прессу, почтовые отправления, телетайп, телеграф и другие современные способы передачи информации, новости в сельской местности, где все знают друг друга, распространяются гораздо быстрее, чем в городах. Бытует мнение, что в английских деревушках стены домов имеют уши, а окна – глаза, так что, случись скандал в каком-нибудь семействе, через час о нем заговорят все соседи. Даже легендарному Сфинксу, окажись он в таком окружении, не удалось бы сохранить свои тайны.

Деревня Гартли в этом отношении ничуть не отличалась от других, и неудивительно, что уже наутро все жители сплетничали: дескать, профессор Браддок обнаружил в саду миссис Джашер потерянную мумию и переправил ее в Пирамиду. В тот вечер, когда саркофаг вывозили из усадьбы вдовы, из гостиницы прибежали несколько человек – якобы для того, чтобы предложить свои услуги. В действительности же всех разбирало любопытство, чем это в такой поздний час занимается эксцентричный ученый. Мистер Джулиан сварливо отказался от помощи, но странная форма и зеленоватый цвет предмета, загружаемого на тележку, дали обывателям прекрасную подсказку. Им ничего не стоило решить задачку дважды два, тем более что саркофаг подробно описывали в полицейских сводках и периодически обсуждали в каждом доме. Так как все видели, что тележка выехала из калитки госпожи Джашер, тотчас поползли слухи, что это именно она прятала мумию, следовательно, убийство Сиднея Болтона – ее рук дело, ибо как же иначе она завладела бы древним экспонатом? Зеваки рассудили, что, поскольку домик вдовы маленький, ей ничего не оставалось, как хранить саркофаг с мумией на участке. Видно, вдовушка зарыла гроб в саду, а потом зачем-то принялась откапывать – тут-то законный владелец и застукал ее за преступным занятием. Были, конечно, и те, кто сомневался в правдоподобности такой истории и оспаривал ее, приводя разумные доводы, но разве сплетникам заткнешь рты?

Пересуды о неожиданной удаче профессора достигли ушей дона Педро. Утром госпожа Хумберт, владелица гостиницы для военных, едва услышав потрясающую новость, нашептала ее своему постояльцу. Перуанцу повезло: узнай он о случившемся накануне вечером, глаз не сомкнул бы всю ночь. Изумленный рассказом хозяйки сеньор торопливо позавтракал и поспешил в Пирамиду. Вообще-то он не планировал являться к Браддоку без предупреждения, по крайней мере до тех пор, пока не завершит в Пирсайде собственное расследование, но теперь, когда мумия почитаемого Инки Касаса вынырнула из небытия, взволнованный потомок бросился навстречу родовой святыне и ее покупателю. Придя в Пирамиду, перуанец приветствовал египтолога в своей полной мрачного достоинства манере – настолько спокойно и степенно, что по виду гостя трудно было догадаться, до какой степени он встревожен. К тому же де Гавангос отличался суеверностью и полагал, что внезапное возвращение мумии – знак свыше, сулящий ему и дочери богатство и воссоединение с царственным предком.

От Люси и Арчи Джулиан Браддок уже многое слышал о доне Педро и не прочь был познакомиться с ним, ибо считал его человеком близким по духу. Однако профессору никто не сообщил о древнем манускрипте, написанном по-латыни, и уж подавно – об изумрудах. Арчибальд решил не вмешиваться: пусть де Гавангос сам поведает ученому обо всем, о чем сочтет нужным. Молодой Хоуп догадывался, что сеньор Педро собирается купить мумию, и, конечно, не желал допустить этой сделки, пока Браддок не узнает, что именно продает. Правда, Арчи упустил один важный факт, связанный с историей дона де Гавангоса: профессор, сам того не подозревая, приобрел краденое имущество. Перуанец мог заявить о своих правах на реликвию, и, вполне вероятно, закон принял бы его сторону. Но тогда джентльмену из Лимы пришлось бы представить доказательства своего родства с Инкой Касасом, а это не так-то просто.

Когда сеньор Педро внезапно нагрянул в Пирамиду, египтолог еще не успел распечатать саркофаг. Браддок стоял над своей добычей, довольно потирая пухлые ручки, с торжествующим выражением на лице. Какаду доложил ему о визите перуанца, и ученый велел впустить гостя.

– Как ваши дела? – поинтересовался он, протягивая руку дону Педро. – Рад вас видеть. Я слышал, вы подробно осведомлены о мумии Инки Касаса.

– Я – да, – ответил де Гавангос, присаживаясь на стул, который хозяин поспешно подтолкнул в его сторону. – Однако позвольте спросить: откуда вам известно, что это мумия последнего Инки?

Ущипнув себя за пухлый подбородок, профессор охотно пояснил:

– Видите ли, дон Педро, я намерен изучить различия в практике бальзамирования древних египтян и перуанцев, потому и искал образчик южноамериканской мумии. Неожиданно в нескольких европейских газетах и двух английских журналах промелькнули объявления о том, что на Мальте за тысячу фунтов продается перуанский экспонат. Я послал за ним своего помощника Сиднея Болтона, и тот купил его в саркофаге за девятьсот фунтов. Еще на Мальте, прежде чем сесть с ценным грузом на пароход «Ныряльщик», Болтон составил мне подробный отчет о сделке. Продавец, сын мальтийского коллекционера, сообщил, что его отец приобрел эту мумию в Париже лет двадцать назад, причем совершенно случайно. Сама же мумия, насколько мне известно, прибыла из Лимы лет тридцать назад. Если верить парижскому собирателю древностей, то это – мумия Инки Касаса. Вот и вся история.

Дон Педро хмуро кивнул и спросил:

– А к мумии не прилагался документ на латыни?

Браддок вытаращил глаза:

– Нет. Как я уже заметил, лет тридцать назад мумия перекочевала из Лимы в Париж. Двадцать лет назад она стала собственностью мальтийского коллекционера, а его сын несколько месяцев назад продал ее мне. Ни о каком документе я никогда не слышал.

– Господин Хоуп не передал вам содержание нашей беседы?

Профессор сел, упрямо сжав губы:

– Хоуп изложил мне то, что узнал от вас. Вы утверждаете, будто зеленую мумию у вас украли.

– У моего отца, – поправил неулыбчивый перуанец, внимательно глядя ученому в глаза. – Инка Касас – действительно мой предок, а вот этот документ, – тут дон Педро достал из внутреннего кармана древний пергамент, – описывает все детали похоронной церемонии.

– Весьма любопытно, я заинтригован, – задергался египтолог, протягивая руку. – Позволите посмотреть?

– Вы читаете по-латыни? – осведомился дон де Гавангос, подавая манускрипт.

Мистер Джулиан выгнул бровь и скривил рот:

– Разумеется, каждый образованный человек владеет латынью. Подождите, я быстренько проштудирую документ.

– Минуточку, – объявил гость, пока профессор буквально пожирал пергамент глазами. – Господин Рендом сообщил вам, что я случайно наткнулся на упоминание о своей украденной собственности, когда находился в Европе?

Браддок, не отрываясь от манускрипта, рассеянно пробормотал:

– Ваша собственность? Весьма вероятно…

– Если вы признаете данный факт, то должны вернуть мне мумию.