Фергюс Хьюм – Коронованный череп. Преступление в повозке (страница 46)
– Морган Боуринг! – в ужасе завопил он. – Не позвольте ему…
Вмиг оценив ситуацию, адвокат понял, что его пленник смертельно боится сумасшедшего, и этим можно воспользоваться.
– Морган убьет тебя, подлец, как только увидит, – заверил Иосию Освальд. – Без сомнения, миссис Карни дала ему нож или пистолет. Ты ведь знаешь эту женщину. В твоем состоянии, – многозначительно кивнул Форд на окровавленную руку Полуина, – тебе вряд ли отбиться от него.
– Не надо! Не отдавайте меня ему! – панически закричал тот. – Да, я боюсь Моргана! Его безумие придает ему нечеловеческую силу! Вы же не позволите ему прикоснуться ко мне, господин Форд?!
– Должен признаться, мне было бы в высшей степени приятно увидеть, как он зарежет тебя или забьет до смерти, – зловеще прошептал Освальд. – В конце концов, все эти бедствия – твоя вина.
– Нет! Нет!
– Да! Ты застрелил господина Боуринга и подставил сэра Тревика. Ты использовал бедного Моргана, чтобы сжечь особняк Грандж. И к тому же ты подделал второе завещание.
– Это ложь!
– У меня собраны все нужные доказательства. Предоставляю тебе на выбор: или я брошу тебя тут наедине с Морганом…
– Нет, только не это! – завыл Полуин, словно загнанный зверь.
– Или же, – безжалостно продолжал адвокат, – ты отправишься со мной и объяснишь свои поступки сэру Ганнибалу.
– Так он и вправду прячется где-то неподалеку? – пробормотал коротышка, поднимаясь на ноги. – Если бы я знал…
– То натравил бы полицию на его след?
– А почему бы и нет? Боуринг завещал ему деньги, которые по праву принадлежат мне.
– Лжец! Как будто я не слышал правды от госпожи Крент…
– Моя жена не знает всей правды.
– Миссис Крент – не твоя жена, а Крент – не твое имя. Ты – Хью Карни, двоеженец, поджигатель, убийца и мошенник. Достаточный список преступлений для любого жюри присяжных.
– Я могу все объяснить, – простонал Иосия, и тут снова раздался громкий, полный ненависти вопль сумасшедшего, все еще продолжавшего охоту на свою жертву.
– Я дам тебе шанс оправдаться перед сэром Ганнибалом. А теперь вставай!
Гоня Полуина перед собой, словно барана, Форд отправился вниз по склону. Он толком не знал, где находится, но был уверен, что, в какую бы сторону ни шел, непременно окажется на дороге, огибающей холмы. А уж там он пробьется к побережью. Очередной крик Боуринга-младшего, словно невидимый кнут, подстегнул Иосию. Было странно, что столь решительный и опасный человек так сильно боится сумасшедшего, которого к тому же хорошо знает. Впрочем, в этот момент Морган был больше, чем безумцем: он превратился в маньяка-убийцу, а слова Полуина о том, что умалишенного нужно запереть, сделали коротышку его мишенью. И все же Освальда удивляли малодушие и страх злодея. По лицу Иосии градом катился пот. Форд вел его перед собой, придерживая за здоровую руку на случай, если преступник снова попытается скрыться.
Потом они долго спускались по склону, поросшему колючей травой, кустарником и папоротником, натыкаясь то на каменную изгородь, то на огромный булыжник, то на овраг. Наконец через полчаса, когда туман уже начал рассеиваться, они вышли на большую дорогу. По ней адвокат повел своего пленника к серой башне рудника Трегейгл. Воздух там был чище, но полоса тумана все еще висела между солнцем и землей. В небе сияло солнце, однако низины по-прежнему скрывала белая пелена. Где-то там, наверное, бродил Морган Боуринг, охотясь на своего врага, словно бес, призванный из ада госпожой Карни.
Когда юрист и его пленник уже свернули на каменистую дорогу, ведущую к руднику, Освальд заметил громадную фигуру, спешащую им вслед. Это был Анак, неожиданно возникший на дороге, идущей от карьеров.
– Что все это значит? – крикнул гигант, замедляя шаг. – Куда вы его ведете?
Иосия сверкнул глазами, высматривая способ сбежать. Но Освальд приставил револьвер к его уху и прошептал:
– Сделай так, чтобы Анак отправился с нами, пес, или я тебе мозги вышибу.
– Ладно, – пролепетал Полуин. – Только не говорите ему, что я его отец.
– Так он не знает?
– Нет, а если узнает, убьет меня. Его мать – настоящая фурия, она настроила его против меня. Молчите! Он совсем рядом.
– Что вы делаете с господином Полуином? – угрожающе начал Анак. – Он мой друг.
– Он тебе больше, чем друг, – он твой отец, – выпалил Форд.
Иосия вскрикнул и попытался удрать, но адвокат крепко схватил его за предплечье, и тот скривился от боли, прижимая к себе раненую руку.
– Что?! – в ярости заорал великан. – Так он – тот самый дьявол, который бросил нас с мамой?!
– Умолкни, – перебил его Освальд, – и пойдем с нами на рудник Трегейгл. Этот тип должен ответить за все свои злодеяния.
– Сейчас он у меня ответит, – кинулся в атаку Анак. – Я прибью его, как муху, – и весь ответ.
– Хватит убийств, – объявил Форд, подталкивая Полуина к берегу. – Сначала пусть объяснится перед сэром Тревиком.
– Сэром Ганнибалом? Баронет прячется на руднике?
– Прекращай болтать, Карни! – приказал адвокат. – Идем с нами. Ты заблуждаешься относительно сэра Тревика и сам в этом убедишься. Все вот-вот откроется.
– Да, все вот-вот откроется, – эхом повторил Полуин, многозначительно глядя на сына.
Анак изменился в лице. Ему не верилось, что эта козявка – и в самом деле его отец. Коротышка тем временем опять вознамерился убежать, но тут из тумана с воплем выскочил Морган с топором в руке. Увидев Иосию, он взревел от ярости и бросился на него.
– Остановите этого недоумка! – взвизгнул Полуин и ринулся по дороге к руднику, таща за собой пытавшегося удержать его Освальда.
Злодей боялся смерти, и не напрасно. Морган со сверкающими глазами, в разодранной одежде, да еще и с топором выглядел поистине ужасающе.
Анак, хоть и не понимал, что происходит, шагнул вперед, широко расставив могучие руки, и кинулся к ослепленному яростью безумцу. Оставив этих двоих разбираться между собой, Полуин и Форд поспешили в сторону прибрежных скал и возвышавшейся над ними серой башни. Несмотря на раненую руку, коротышка карабкался по черным камням ловко, словно кошка. Освальд отпустил его, понимая, что его пленник и сам предпочтет укрытие в руднике встрече с разъяренным Морганом.
Цепляясь за камни и твердую скалу, Форд в конце концов тоже вскоре оказался у входа в рудник.
– Я знаю это место! – крикнул Полуин, который шел чуть впереди. – Сюда, за мной!
Освальд так и сделал, как вдруг его пленник поскользнулся на камнях, чуть не свалившись в море. Адвокат едва успел схватить его за шиворот. Скрежеща зубами от боли и чуть пошатываясь, коротышка поднялся на ноги. Потеря крови и страх перед безумцем лишили его последних сил.
– Вот! – процедил он сквозь зубы, скидывая куртку. – Перетяните мне руку платком, или я истеку кровью.
Форд и сам видел, что Полуин уже весь в крови. Он как следует перетянул платком руку Иосии выше локтя. Все это время негодяй украдкой посматривал на тропинку меж скал, опасаясь узреть там Моргана с топором.
– Давайте спускаться, – махнул он в сторону зияющей дыры. – Там один из входов в шахту, самый трудный. Другой изгибается вверх, к вертикальной скважине, этот же идет прямо вниз. Посмотрите сами.
– Нет, – отрезал юрист, подозревая, что, если он приблизится к краю, пленник запросто столкнет его в черную бездну. – Ты иди первым!
Иосия, кривясь от ненависти, подошел к краю, заглянул во тьму, а потом начал спускаться со скоростью, удивительной при его ранении. Видимо, ему придавала сил мысль о том, что преследующий его Морган может появиться в любой момент. Форд последовал за ним, не спеша и гадая, как они будут отсюда выбираться.
Лестницы, ведущие вниз, давно исчезли, и приходилось передвигаться, осторожно ступая на гнилые доски и придерживаясь руками за стены и выступающие камни, чтобы получить устойчивую опору. Тихо, почти бесшумно двое мужчин спускались все глубже и глубже под землю, пока голубое небо над головой не превратилось в крошечное пятнышко в конце бескрайней черной трубы.
Наконец они оказались в глубинной шахте, пролегавшей ниже уровня моря. Полуин, как ни странно, отлично знал дорогу и шел вперед без всяких колебаний. Убежать он не пытался, но адвокат решил не давать ему слишком много свободы. Схватив своего пленника за руку, Освальд вновь приставил револьвер к его уху.
– Надеюсь, ты понимаешь, что произойдет, если ты попытаешься бежать? – торопливо спросил он.
– Понимаю! – скривился Иосия, шагнув вперед. – Я иду туда по своей воле.
– Чтобы не попасться Моргану Боурингу? – презрительно усмехнулся адвокат.
– Чтобы полностью рассчитаться с сэром Тревиком, – отозвался преступник.
Да, действительно в этом человеке было что-то дьявольское. Но что он мог сделать, если Форд все время держал его на прицеле? Мгновение подумав, Форд кивнул, разрешая Полуину отправиться дальше.
Они долго шли в полной тьме. В какой-то момент Освальд решил, что его пленник видит в темноте, как кошка, в то время как сам он ориентировался лишь на шорох шагов своего спутника. А потом юрист совершенно неожиданно вспомнил про пароль и, вместо того чтобы прислушиваться, затянул:
– Дом, мой милый дом…
Едва он пропел пару строф, как раздался крик. Потом зажглась свеча, за ней другая, третья. Оба – пленник и конвоир – быстрым шагом поспешили в сторону этого необычного зрелища.