Феолипт Филадельфийский – Аскетические творения. Послания (страница 49)

⁹⁹ Ср. толкование: «Он указывает на несравненное различие и превосходство духовных вод пред чувственными и земными в словах: всяк пияй от воды сея вжаждется паки, а наполнившийся, говорит, Моими водами уже не окажется подверженным жажде, но будет иметь в себе самом источник, могущий воспитывать к жизни вечной… Должно знать опять, что водой здесь Спаситель называет благодать Святаго Духа, которой если кто соделается причастником, то будет иметь уже в себе самом постоянный источник Божественных научений, так что уже не будет ему нужды в наставлении от других, но сам будет в состоянии наставлять тех, у коих появится жажда Божественного и небесного учения, каковы были в настоящей жизни и еще теперь живут на земле святые пророки, апостолы и наследники их служения» (Творения святителя Кирилла, архиепископа Александрийского. Кн. 2. М., 2001. С. 633–634).

¹⁰⁰ Можно привести одно замечание Златоустого отца: «Но заметь мудрость Христа, как Он мало-помалу возводит жену… Он не просто говорит: “Я дам тебе воду”; но сперва показывает недостаточность воды Иакова, а потом уже возвышает значение Своей воды, желая из свойств самих даров показать расстояние и разность между лицами дарующими и Свое превосходство пред Иаковом» (Свт. Иоанн Златоуст. Избранные творения. Беседы на Евангелие от Иоанна Богослова. Кн. 1. М., 1993. С. 206).

¹⁰¹ Ср. толкование: «Вода живая — это Евангелие Царства Божия, проповедь, учение Мессии; кто слушает его, у того жажда духа прекращается: ибо слышание и принятие сего учения порождает веру во Христа как Искупителя мира (Рим. 10, 14); эта вера и есть источник воды живой, неиссякаемой, текущей в жизнь вечную, ибо плоды таковой веры — вечная жизнь, вечное блаженство, удовлетворение всех истинных потребностей души навсегда в вечность… Душа человеческая по природе своей подобна страннику, путешествующему в пустыне в знойное время: он чувствует жажду томительную, ищет воды и не находит, смотрит по всем направлениям и не видит, чем удовлетворить жажду свою. И дух человека не удовлетворяется ничем временным на пути своей жизни, привязывается к тому, другому — все в конце концов оказывается суета; жажда чего-то мучит человека. Для такого человека учение Христово — то же, что для путника в пустыне родник, даже более. Сей удовлетворяет жажду тела, следовательно, временную и временно; тот удовлетворяет жажду бессмертной души, следовательно, навсегда, вечно. Жажда у него прекращается, ибо вера в Господа Искупителя всегда способна удовлетворить эту жажду; с этой верой человек имеет в себе блаженство, то есть жизнь вечную» (Евангелие от Иоанна на славянском и русском наречии с предисловиями и подробными объяснительными примечаниями архимандрита Михаила. С. 146–147).

¹⁰² Ср.: «Много нужно нам возбуждать в себе ревности и старания; без того невозможно получить обещанные нам блага. И Христос, показывая это, говорит: иже не приимет креста своего и в след Мене грядет, несть Мене достоин (Мф. 10, 38); или: огня приидох возрещи на землю, и что хочу, аще уже возгореся? (Лк. 12,49). В обоих случаях Он хочет представить нам ученика горящего, пламенного, готового на всякую опасность. Такова была и жена самарянская. Она так воспламенилась от всего сказанного ей Христом, что оставила и водонос, и дело, для которого приходила, и, поспешив в город, весь народ увлекла к Иисусу» (Свт. Иоанн Златоуст. Избранные творения. Беседы на Евангелие от Иоанна. Кн. 1. С. 218).

¹⁰³ Ср. еще толкование: «Водою называет благодать Святого Духа, потому что она очищает приемлющих ее и сообщает им большее освежение; водою не стоячею, как бывает в ямах и колодезях, гнилая и испортившаяся, но “живою”, то есть бьющею ключом, вскакивающею, быстро текущею. Ибо благодать Духа делает душу всегда подвижною к добру, всегда полагающею восхождения (Пс. 8, 36)» (Благовестник, или Толкование блаженнаго Феофилакта, архиепископа Болгарскаго, на Святое Евангелие. Т. 2. М., 1993. С. 323).

¹⁰⁴ См. Ии. 4,6. Ср. изъяснение: «Было около шестого часа, по-нашему около полудня, время вкушения пищи и покоя в тех странах; было это в ноябре — декабре во время полевого посева, когда около полудня было жарко, и вот Господь, утрудившись от пути, подошел к священному колодезю Иаковлеву и сел близ него» (Евангелие от Иоанна на славянском и русском наречии. С. 141–142).

¹⁰⁵ См. Быт. 3, 1–7. Указание на то, что это «уловление» произошло в шестом часу, восходит к гомилии, приписываемой св. Иоанну Златоусту, но вряд ли принадлежащей ему (επειδή και ιι Ευα όταν έν τω παραδείσιο πρεέβη την εντολήν, ώρα ήν ιοσεί έκτη). См.: PG. t. 59. Col. 537.

¹⁰⁶ См. Ии. 4, 25–26. По изъяснению св. Кирилла Александрийского, Господь не случайно открыл самаряныне, что Он есть Христос. «Не неподготовленным и всецело невежественным душам открывает Себя Христос, но воссиявает и является тем, которые могут быть уже готовы к желанию что-либо узнать и, в простых словах нося в себе начало веры, стремятся к совершеннейшему познанию. Такой именно и является нам самаринская женщина, которая хотя и грубее, чем надлежало, смотрела на истинно Божественные созерцания, однако же не лишена была совсем силы воли и способности разумения» (Творения святителя Кирилла, архиепископа Александрийского. Кн. 2. С. 645).

¹⁰⁷ По словам Златоустого отца, «жена в этом случае, по своим силам, то же делала, что и апостолы, и еще больше. Они оставляли свои сети, когда были призваны, а она добровольно, без всякого увещания к тому, оставляет водонос и, окрыленная радостью, совершает дело благовестил. Да и не одного или другого призывает, как Андрей и Филипп, но приводит в движение весь город и ведет к Иисусу множество народа» (Свт. Иоанн Златоуст. Избранные творения. Беседы на Евангелие от Иоанна Богослова. Т. 1. С. 218–219). Свт. Феолипт также высоко оценивает благовестнический подвиг самаряныни, уравнивая ее с апостолами (ό Κύριος την Σαμαρείτην χειροτονεί απόστολον).

¹⁰⁸ Cp.: «Христос — живительная влага (το ΰδωρ το ζων). Человек, пьющий из этого источника, навсегда удовлетворяет свою жажду, “не будет жаждать вовек”; вода, которую он почерпнет отсюда, сделается для него источником воды, текущей в жизнь вечную. Он не только сам удовлетворит свою жажду, но еще будет удовлетворять и жажду других» (Евдоким (Мещерский), еп. Св. апостол и евангелист Иоанн Богослов. Его жизнь и благовестнические труды. Сергиев Посад, 1911. С. 289–290).

¹⁰⁹ Это высказывание свт. Феолипта о крыльях души, получаемых ею от Господа (κουφίζει γάρ την ψυ^ήν σου τοις της αγάπης και της καταλλαγης πτεροις), соотносится преимущественно с областью нравственного доброделания. Но такое доброделание предполагает и воспарение на высоты тайнозрения, о котором говорит св. Иоанн Златоуст: «Для того Христос и назвал нас орлами, сказав: идеже труп, тамо соберутся орли (Мф. 24, 28), чтобы мы восходили на небо, чтобы парили в высоте, возносясь на крыльях духа» (Свт. Иоанн Златоуст. Полное собрание творений. Т. II, кн. 1. М., 1993. С. 412).

¹¹⁰ В данном случае свт. Феолипт употребляет не более распространенный термин ταπείνωσις, а реже употребляющийся в святоотеческой письменности термин αύτομεμψία. Его употребляет также и преп. Иоанн Лествичник, говоря: «Ты видишь, — говорила гордость, — что конь, на котором я еду, есть тщеславие; преподобное же смирение и самоукорение посмеются коню и всаднику его и со сладостию воспоют победную оную песнь: поим Господеви, славно бо прославися: коня и всадника верже в море (Исх. 15,1) и в бездну смирения» (Преподобный Иоанн Лествичник. Лествица. М., 2002. С. 156).

¹¹¹ Так, думается, можно перевести выражение εάν ούν σχολάζωμεν εν ταις έκκλησίαις.

¹¹² См. Мф. 19, 28. Св. Иоанн Златоуст замечает об апостолах: «Правда они были рыбари и скинотворцы, но они внезапно воспарили на высоту небес и сделались важнее всех царей, удостоившись быть собеседниками Владыки вселенной и следовать повсюду за этим дивным Учителем» (Свт. Иоанн Златоуст. Избранные творения. Беседы на Евангелие от Иоанна Богослова. Т. 1. С. 201).

¹¹³ Данная фраза (κακοπαθήσωμεν λοιπον έν εργοις της δικαιοσύνης) указывает прежде всего на подвиг умерщвления и удручения в себе ветхого человека, — тот подвиг, который особенно высоко оценивался в аскетической письменности. Так, в сочинении «О девстве, или О подвижничестве» говорится: «Праведник, хотя и трудится, но не для того, чтобы наполнить желудок [свой], поскольку он совсем не имеет попечения о плоти и не думает о том, что носит плоть. Но утруждается он день и ночь, взыскуя Бога, часто не вкушая сна, хлебом и водою не насыщая душу, скитаясь по пустыням, смиряя тело многим злостраданием, — [и так до тех пор], пока не получит неувядающий венец, уготованный ему» (см. наш перевод: У истоков культуры святости. Памятники древнецерковной аскетической и монашеской письменности. М., 2002. С. 167). Авва Дорофей замечает о родоначальниках монашества: «Они поняли, что, находясь в мире, не могут удобно совершать добродетели, и измыслили себе особенный образ жизни, особенный порядок провождения времени, особенный образ действования — словом, монашеское житие — и начали убегать от мира и жить в пустынях, подвизаясь в посте, в бдениях, спали на голой земле и терпели другое злострадание, совершенно отреклись от отечества и сродников, имений и приобретений — одним словом, распяли себя миру» (Преподобный авва Дорофей. Душеполезные поучения. М., 2002. С. 25). Наконец, согласно преп. Марку, «Господь желает, чтобы мы терпели поношение и удручали себя (точнее, “и злострадание” — κακοπαθειαν), диавол же хочет противного (“противоположного” — τά εναντία)» (Слова духовно-нравственные преподобных отцев наших Марка Подвижника, Исаии Отшельника, Симеона Нового Богослова. М., 1995. С. 116). Текст: Маге le Moine. Traites. Т. I / Ed. par G.-M. de Durand // Sources chretiennes. № 445. Paris, 1999. P. 400.