Феникс Фламм – Астрал. Некроманты не ездят на метро (страница 5)

И панель открылась.

Список рецептов. Тысячи. Десять тысяч часов фарма, сбора ресурсов, экспериментов. Всё это было здесь.

— Ну хоть что-то полезное, — пробормотал он с кривой усмешкой. — Не зря я задротил.

Он закрыл панель, активировал [Врата в ближайший город] и шагнул в сияющий портал.

Глава 3

На этот раз это было не заклинание, а навык — доступный даже немагическим классам. Не нужно было черпать ману или придавать ей форму. Навык работал через намерение.

Светящиеся белые руны появились на земле, огибая Сергея по часовой стрелке.

Когда десятисекундное время произнесения завершилось, навык вспыхнул и активировался.

Ткань пространства проглотила его, пережевала и выплюнула обратно. Ощущение было совершенно непохожим на телепортацию в «Астрале». В игре экран просто темнел на миг — здесь же кости будто провели через тесный металлический коридор, а желудок попытался остаться где‑то между измерениями. Он понял, что к этому придётся привыкать. Этот мир был лишь смоделирован по образу знакомой игры, но не идентичен ей.

Он споткнулся, когда снова оказался в существовании.

Перед ним возникла городская площадь Астралиона.

Множество ощущений обрушилось на него одновременно. Яркое утреннее солнце заливало безоблачное голубое небо, и Сергей прищурился, пока глаза привыкали. Похоже, его огромные статы не меняли базового человеческого поведения.

Золотистый свет заливал каменную площадь, освещая огромную ратушу. Её колокольня возвышалась над окрестными зданиями, и циферблат часов был виден всем на площади. Словно по божественному расписанию, массивная стрелка тикнула вправо, и одиннадцать часов пробили над городом.

Площадь кишела горожанами: чиновники спешили в ратушу со свитками, жители собирались у досок объявлений, путешественники сверялись с картами на скамейках. Между ними сновали мальчишки‑разносчики, перекрикивая друг друга и рекламируя свежие газеты и выпечку. Воздух был густ от запаха жареного мяса, свежего хлеба и угольного дыма — города, который давно проснулся и никуда больше не остановится.

Хотя в толпе доминировали люди, Сергей заметил и заострённые уши эльфов, о чём-то негромко переговаривающихся, и рога демонов. Мир «Астрала» был полон разных рас, хотя Астралион был определённо человеческой территорией, так что они встречались реже всего.

И тут он замер.

Прямо перед ним, в центре площади, на гигантском круглом постаменте поднималась статуя. Одна-единственная фигура, высотой этажей в пять, выточенная из светлого камня.

Он узнал себя сразу.

Вернее, то, что этот мир решил считать «им». Забавно было смотреть, как пятьсот лет истории сжали его до позы и правильного профиля — ни тесной съёмной квартиры, ни помятой кружки с кофе, ни ночей, когда он засыпал перед монитором в три утра.

На постаменте бронзовая табличка объявляла:

«Некромант_Смерть_777: архилич, узурпатор Пепельного Трона. Повелителю смерти, ушедшему на битву с Драконом Запада».

Каменный «он» стоял в развевающейся мантии, с посохом, поднятым к небу. Он был без черепа, без татуировок — лицо благородное, правильное, с высоким лбом и лёгкой задумчивой грустью. Типичный светлый маг с обложки школьного учебника. Только мантия — чёрная. Видимо, для обозначения «глубины и трагизма».

Сергей чуть не расхохотался. Смех застрял где‑то между горлом и пустотой в груди.

— Да ну нахер, — пробормотал он.

Из всего его настоящего образа скульптору досталась только мантия. Всё остальное аккуратно отшлифовали до состояния «пример для подражания». Никакого черепа вместо лица, никаких рунических закорючек, только тонкий венок из каменных листьев на голове.

«Ну хотя бы без рогов и нимба, — подумал он. — И на том спасибо».

Где-то у основания постамента, внизу, маленькими фигурами были выбиты другие силуэты — намёк на Пати Героев. На таком масштабе они превращались в декоративный бордюр вокруг центральной фигуры. Отлично. Его друзья стали архитектурной окантовкой.

— Хотя, — усмехнулся он, — мне же лучше. Меня теперь никто не узнает.

Он уже скрыл татуировки иллюзией перед телепортацией. Наверное, стоило проверить, насколько это сработало.

***

Кто-то врезался в него сзади.

Сергей даже не сдвинулся с места, но от неожиданности вздрогнул. Мужчина отлетел назад и плюхнулся на землю, ошарашенно оглядываясь по сторонам — пытаясь понять, во что он врезался.

А. Точно. Невидимость.

Сергей всё ещё стоял посреди оживлённой площади под [Сокрытием присутствия].

Инстинкты подсказывали извиниться и помочь ему подняться. Но это разрушило бы его скрытную миссию.

— [Полёт], — мысленно произнёс он. Командное слово эхом отразилось в голове.

Он поднялся в воздух, и город Астралион раскинулся под ним. Учитывая количество часов, проведённых в «Астрале», он сразу заметил, что с площадью что-то не так — и не только из-за гигантского монумента в центре.

Когда он набрал достаточно высоты, чтобы охватить город целиком, до него дошло.

Это был не тот Астралион, который он знал. В его памяти площадь была теснее, темнее, завалена ларьками и палатками, где NPC зацикленно повторяли одни и те же реплики. Сейчас же от прежней «стартовой зоны» остался только знакомый изгиб улицы — всё остальное мир перестроил без его разрешения.

Город был не только намного больше — что можно было списать на последствия превращения игрового мира в реальный, — но и фундаментально его планировка была другой.

Он… современнее, понял он с удивлением. Очевидно, всё ещё на сотни лет отставал от технологий Земли, но город был чище и новее, чем он помнил. Больше стекла. Шире мостовые. Меньше грязи.

А вдалеке — главное отличие. Железнодорожный вокзал. Рельсы, уходящие к югу, гулкий свист паровоза, клубы пара над станцией.

В «Астрале» не было поездов.

Вывод был очевиден.

Здесь прошло время. Пятьсот лет для них пролетели как эпоха, для него — как одно долгое отключение сервера.

Сколько?

Достаточно, чтобы город сильно развился, появились новые изобретения, а железнодорожное сообщение стало обычным делом даже для таких пограничных городов, как Астралион. Значит, не несколько лет… И не несколько десятков.

Это был мир, который он знал, но который оставил его позади.

Он уже понял, что не может полагаться на свои воспоминания об игре. Теперь это стало вдвойне правдой.

Он завис на высоте, вглядываясь в город.

Что теперь?

Взгляд упал на очертания городского храма — грандиозного сооружения, затмевающего даже ратушу и банк.

Храм. Вот его первая остановка.

Нужно узнать, смерть — это навсегда или, как в игре, можно возродиться.

У него были характеристики почти бессмертного, но знание того, сколько у него жизней, полностью изменило бы его подход к делу.

Не только для себя — для всех остальных тоже.

***

Он приземлился в ближайшем переулке, сбросил [Невидимость] и вышел на улицу.

Впервые он появился на публике. Напрягся. Но большинство людей не обращали на него внимания, а те, кто мельком взглянул, не придали значения и быстро отвели взгляд.

Значит, он неприметен. Как и надеялся.

Хотя не совсем. В человеческом городе он был демоном. Но не настолько, чтобы это сразу создавало проблемы.

Важнее — его не узнали как того самого, кому город поставил памятник на главной площади.

***

Храм Астралиона оказался массивным сооружением из полированного белого камня, с высокими арочными окнами из витражного стекла, на которых были изображены незнакомые святые и герои. Над главным входом, в каменном фронтоне, высился рельеф: тот же Чародей, возносящий посох над распростёртым телом дракона — но здесь уже окончательно без всякой «тёмности», чистый канонический спаситель.

К его лёгкому разочарованию, на одном из видных витражей была изображена и его группа: миниатюрная цветная версия того же мифа.