Полемика на этом не закончилась. Лакшин откликнулся на публикацию Ф. С. письмом «В редакцию „Вестника РХД“», в котором резко упрекает автора «Разделения» в нравственном ригоризме и демонстративном отмежевании от некогда общих взглядов на литературную политику. «Вестник» письмо не напечатал, и опубликовано оно было лишь в 1980 г. в № 9 (1) самиздатского машинописного журнала «Поиски и размышления» вместе с самим «Разделением», еще более резким откликом на него другого бывшего члена редколлегии «Нового мира» Н. И. Саца и редакционным комментарием. Авторское примечание 1981 г. к «Опыту биографии», в котором статья «Друзьям «Нового мира»» названа «несомненно заказанной», — очередная реплика в споре.
Противоположные суждения о литературной жизни и гражданском сознании 1960-х, высказанные в этой затянувшейся дискуссии, были сформулированы оппонентами лишь в 1970-е гг. и актуальны именно для того времени. Отметим также, что эту полемику вряд ли можно рассматривать как противостояние «официальной» и «неподцензурной» позиций: обе стороны ругают друг друга и отстаивают свои точки зрения исключительно на страницах самиздатских и эмигрантских журналов.
…только спустя тридцать пять лет мы узнаем от исполнителя — коменданта Кремля Малькова… — Сообщение о расстреле Фанни Ройд (Каплан) было опубликовано в «Известиях ВЦИК» 4 сентября 1918 г.; сцена казни описана в воспоминаниях П. Д. Малькова «Записки коменданта Московского Кремля» (М.: Молодая гвардия, 1959), т. е. не через тридцать пять, а через сорок с лишним лет.
…да ведь это Йена! — Битва при Йене 14 октября 1806 г. — решающее сражение кампании Наполеона I против Пруссии, в котором он наголову разбил прусские и саксонские войска под командованием князя Гогенлоэ.
…«Белая книга» Александра Гинзбурга… — самиздатский сборник документов по делу Синявского и Даниэля. См. комментарий к с. 58.
…к писаниям Кедриной и Еремина… — Кедрина З. Наследники Смердякова // Литературная газета. 1966. 22 января; Еремин Дм. Перевертыши // Известия. 1966, 12 января. З. М. Кедриной и Д. И. Еремину и раньше случалось выполнять партийные задания по борьбе за чистоту литературных рядов; в частности, именно статьей Еремина в «Литературной газете» открылась кампания в прессе против альманаха «Литературная Москва» (см. с. 247 и комментарии к ней). Кедриной, кроме того, была отведена в деле Синявского и Даниэля еще одна, не совсем литературная роль: совместно с драматургом Арк. Васильевым она выступила на процессе в качестве общественного обвинителя от Союза писателей.
…писем в защиту обвиняемых и обвиненных… — Общественная кампания в защиту Синявского и Даниэля, развернувшаяся зимой 1965/1966 гг., вылилась во множество петиций в их защиту, адресованных в государственные и партийные инстанции, а также в советские газеты, писавшие о процессе. Тексты многих из этих петиций распространялись в самиздате, часть из них была собрана Александром Гинзбургом и легла в основу его «Белой книги».
…и письмо-то было не слишком удачным… — Ф. С. говорит об одном из самых громких выступлений петиционной кампании в защиту Синявского и Даниэля — обращении 62-х московских писателей в Президиумы Верховных Советов СССР и РСФСР, а также в Президиум XXIII съезда КПСС с просьбой разрешить взять осужденных литераторов «на поруки». В числе прочих письмо подписал и Ф. С. — это был его первый публичный шаг в защиту преследуемых. Ф. С. недоволен содержанием письма из-за нескольких «уступительных» фраз, которые авторы вставили из тактических соображений: о «политических просчетах и бестактностях», допущенных Синявским и Даниэлем, о «неодобрении» зарубежных публикаций, об «интересах мирового коммунистического движения», которые требуют освобождения осужденных. Следует отметить, что, критикуя текст 1966 г., Ф. С. руководствуется критериями более позднего периода — начала 1970-х, с их уже сложившейся целостной диссидентской этикой слова и поступка. Таким образом, его претензии относятся не столько к самому тексту, сколько к «непоследовательности» мировоззрения, господствовавшего, по его мнению, в то время.
…еще один судебный процесс… — «Процесс четырех» (дело Гинзбурга, Галанскова, Добровольского и Лашковой — см. комментарий к с. 58), после которого начались гонения на «подписантов», преимущественно по служебной и партийно-комсомольской линии. Ф. С. допускает здесь неточность: между делом Синявского и Даниэля и «процессом четырех» прошел не год, а почти два.
…помню встречу с судьей Смирновым… — Встреча председателя Верховного суда РСФСР Л. Н. Смирнова с московскими литераторами состоялась весной 1966 г., вскоре после процесса Синявского и Даниэля.
…исполняется четверть века тому, что произошло в Бабьем Яру. — Ф. С. описывает «несанкционированный», говоря современным языком, траурный митинг в годовщину расстрела нацистами еврейского населения Киева. Впоследствии митинги в Бабьем Яру стали традиционными. Их участников власти подвергали гонениям; так, против писателя В. П. Некрасова, о котором пишет здесь Ф. С., было заведено в 1969 г. персональное партийное дело, а его произведения перестали публиковать.
…просили всего лишь о том, чтобы осужденных разрешили взять на поруки… — Это утверждение верно в отношении лишь одного из писем в защиту Синявского и Даниэля — обращения 62-х писателей, которое подписал сам Ф. С.
…телеграмма Индиры Ганди… — В «Белой книге» А. Гинзбурга помещен текст телеграммы в защиту Синявского и Даниэля, посланной А. Н. Косыгину в декабре 1965 г. 22 деятелями культуры Индии; Индиры Ганди среди подписавших телеграмму нет.
…с антисоветской организацией НТС… — НТС (Народно-трудовой союз российских солидаристов) — политическое движение, созданное на съезде представителей российской эмигрантской молодежи в Белграде в 1930 г. Новое движение имело собственную идеологическую базу, оно опиралось на философию так называемого солидаризма. В годы войны и послевоенный период к Народно-трудовому союзу примкнули многие эмигранты «второй волны»; в этот период НТС небезуспешно пытался вести агитационно-пропагандистскую работу и создавать подпольные ячейки в СССР. В 1960–1980-е журналы «Посев» и «Грани», издававшиеся движением, регулярно публиковали неподцензурные произведения советских писателей (в частности, и произведения Ф. С. уже в начале 1980-х; в 1983-м он даже был официально предупрежден, что его могут привлечь за это к уголовной ответственности). Образ НТС как «осиного гнезда» злейших врагов советской власти, состоящих на жалованье у иностранных разведок, активно использовался советской пропагандой. С начала 1990-х НТС легально действует в России.
Брокс-Соколов Николас — один из основных свидетелей на «процессе четырех» (см. комментарий к с. 58), латиноамериканец русского происхождения, студент, задержанный органами госбезопасности в конце 1967 г. во время его поездки в Россию. Главной целью выступления Брокса-Соколова на суде было подтверждение шаткого обвинения в связях подсудимых с НТС: он сообщил, что совершил свою поездку по заданию этой организации и что эмиссары НТС, встречавшиеся с ним за рубежом, говорили ему о своих контактах с Гинзбургом и Галансковым. Вскоре после окончания процесса Брокс-Соколов был освобожден и выслан на родину. В результате этой странной инсценировки общественность, следившая за процессом, окончательно уверилась в том, что никаких связей с НТС подсудимые не поддерживали. (Возможно, это был несколько поспешный вывод: в настоящее время известно, что один из них, Юрий Галансков, и в самом деле незадолго до ареста тайно вступил в Народно-трудовой союз.)
…логическое завершение этой судьбы… — Б. А. Золотухин, защитник Александра Гинзбурга на «процессе четырех», выступил на суде с яркой речью, в которой объяснил действия своего подзащитного гражданскими мотивами и требовал его оправдания (один из первых случаев, когда адвокат на политическом процессе прямо потребовал оправдания подсудимого). Речь Золотухина широко ходила в самиздате. Он был исключен из КПСС за «непартийную и несоветскую линию защиты», изгнан из коллегии адвокатов. К моменту, когда Ф. С. заканчивал свои мемуары, работал юристом на заводе. Однако на этом общественная биография Б. А. Золотухина не завершилась. Он восстановился в партии и вновь был исключен из нее в 1977 г. — за недонесение об «антисоветской» книге, написанной одним из его друзей-юристов. В годы перестройки Золотухин стал депутатом Верховного Совета РСФСР, а затем и Государственной Думы; входил в руководство партии «Выбор России». Он — один из авторов действующей российской Конституции, а также один из ведущих разработчиков проекта судебной реформы начала 1990-х.
…похожая история в Чехословакии… писательская болтовня… — В Чехословакии приходу к власти в январе 1968 г. коммунистов-реформаторов и началу «пражской весны» предшествовали остро критические выступления на 4-м съезде Союза писателей Чехословакии.
…то, что назвали тем не менее Демократическим движением. — Одно из обозначений возникшего в 1966–1969 гг. независимого общественного движения, бытовавшее в конце 1960-х — начале 1970-х. Позже это наименование было вытеснено терминами «диссиденты» и «правозащитники»; последний термин отчетливо нес отпечаток той трансформации общественной активности в «профессиональный протест», о котором пишет Ф. С.
