Фаусто Грин – Книжные черви. Том 2 (страница 65)

Раздался звонок в дверь. На пороге стояла Виолетта с коробкой пирожных.

– Настало время офигительных историй, – сказала Ви, заходя в квартиру.

Девушки прошли в комнату Мэл. Виолетта ткнула пальцем в кнопку электрического чайника. Словно подбирая каждое слово, проговорила:

– Ты отомщена.

– Что? – не поняла Мэл.

– Тренд сезона: зелёнкой в морду, – пояснила Виолетта.

Мэл ненадолго потеряла дар речи. Потом произнесла:

– Ты, я смотрю, совсем решила на зону заехать?

– Будете мне с Володей передачки возить. Делов-то, – Виолетта выдохнула. – Можешь считать, что я пытаюсь так загладить свою вину перед тобой, но я не знаю, я просто как услышала это, мне стало так противно, что сил нет. Я поискала, где у него гараж. Приехала туда, встретила его и передала подарок. Раз меня пока что в ментовку не вызывали, может, и обошлось. А если не обойдётся, заодно заявим про изнасилование.

– Нет! – крикнула Мэл. – Я сама виновата. Я была пьяна, я думала, что всё нормально будет… А потом…

Мэл затихла. Слёз уже не было. Было опустошение.

– Как знаешь, – пожала плечами Виолетта. – Но ты не виновата. Никто в таком не виноват. Ну, кроме этого ублюдка.

– Я и сама хотела ему отомстить. Только мне не хватило смелости, – прошептала Мэл.

– Отомстим, – Виолетта обняла Мэл. Та сначала дёрнулась, но потом обняла подругу в ответ.

– Мир? – неуверенно спросила Маша.

– Мир, – сказала Виолетта. – Прости меня из-за всего этого с Женей. Я была сама не своя. Я думала, что у вас больше, чем братско-сестринские отношения, вот и приревновала, думала, что ты поэтому против нашего романа…

– Я обещаю, я больше не буду вмешиваться в твою личную жизнь, раз ты счастлива.

– А вот я не могу тебе обещать того же, – усмехнулась Виолетта.

Остаток вечера Виолетта делилась с Мэл идеями нового романа, Мэл рассказывала о том, как она себя чувствовала на концерте и что несколько человек после даже добавились в друзья и хотят её песен. Всё возвращалось на круги своя.

Вдруг рассказ Мэл прервал смех Виолетты. Девушка протянула подруге телефон. Сообщение с неизвестного номера:

– «Тупая шкура, ждём тебя, адрес…» это где вообще?

– Ты понимаешь, что у друзяшек твоего неслучившегося совсем проблемы с головой? Они предлагают мне стрелу, – сказала Виолетта.

– Мне особенно нравится, что «иначе мы тебя подловим и оттрахаем до смерти», – Мэл разозлилась моментально. – А мы придём… Я только попрошу со мной сходить парочку друзей.

– Да и я позвоню Володе, раз такое развлечение.

– На том и порешили, – кивнула Мэл.

После того, как квартиру Марго обнаружили, жилищные условия команды изменились. Ангелы Невы были отправлены обратно в Санкт-Петербург до выходных, Марго вместе с котами переехала к Остапу, а Онегин – к Тёркину.

Из Книжных Червей, по мнению Мэл, самыми полезными в бою были Онегин, Тёркин и Печорин, которые и получили сообщение с просьбой о помощи. Несмотря на протест Тёркина, который предложил воспитать наглых парней, Онегин и Печорин вооружились до зубов. Печорин, готовясь «избить малолеток», захватил с собой газовые баллоны, телескопические дубинки и травмат. И это не считая его родной сабли, которая всегда была в машине.

Мужчины погрузились в машину и поехали в сторону Митино, где и была забита стрела.

Как назло, в пятницу вечером на выезде из Москвы всё было в пробках. Онегин позвонил Мэл и строго-настрого велел дождаться их. Девушки были особо не против.

Когда Мэл и Ви подъехали к месту встречи, по перелеску прогуливался только Владимир. Он выглядел уставшим, а когда Виолетта кинулась его обнимать, лишь коротко поцеловал девушку в щёку.

– Никого не было ещё? – спросила Виолетта.

– Нет, – выдохнул Владимир.

– Может быть, мы не туда пришли? – спросила Мэл. – Я тогда ребятам должна набрать.

– Ребятам? – Ленский напрягся.

– Да, парни в пробке стоят.

– Понятно, – кивнул мужчина и стал расхаживать взад-вперёд.

– Да они зассали, – ухмыльнулась Виолетта. – Предлагаю написать об этом песню или текст. Получится юморной рассказ. Но драку нужно будет описать.

– Тебе всё нужно описывать, – как-то нервно произнёс Ленский.

– Да, Володь. Мне ещё тебя прославить нужно, – улыбнулась Виолетта.

– Спасибо, уже пробовали, – холодно отозвался Ленский.

То, что его голос как-то странно поменялся, Мэл заметила сразу. Теперь интуиция кричала ей: «Беги, дура!», но Мэл надеялась, что это лишь её паранойя. А потом Владимир позвал:

– Мария.

Девушка вскинула на него настороженный взгляд. Голос Ленского звучал устало и равнодушно.

– Ты ведь знаешь фамилию своего избранника?

– Лутовинов, – с отвращением выплюнула Мэл фамилию Олега. – Какое это имеет отношение к делу?

– Если бы ты уделяла чуть больше внимания деталям, то знала бы, что это за фамилия.

– Володя, ты о чём? – напряглась Виолетта.

– Да вот, хочу узнать, догадается ли твоя подруга. Но по лицу вижу, что не догадалась. Лутовинова – это фамилия Варвары Петровны, крошка. После войны она вновь вышла замуж, родились ещё дети, а затем и внуки… Но все пустышки, ни грамма таланта. Может, и к лучшему.

– Он знал!.. – потрясённо ахнула Мэл. – Он всё знал про жемчужины и призывы, этот…

– Понятия не имею, – пожал плечами Ленский. – Но вряд ли. Бабуля трясётся над внучком, как наседка над своим цыплёнком, и не стала бы подвергать его такой опасности. Многие знания, как известно, – многие печали, – Владимир вздохнул.

– А может, мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? – не вытерпела Виолетта.

– Может, – меланхолично, не глядя на неё, кивнул Владимир. – Тебе не повезло напасть на мальчишку, у которого очень влиятельные… родственники.

– Так, хватит. Мы уходим, – зло сказала Мэл. Она взяла Виолетту за руку и потянула за собой.

– В смысле: «уходим»? – запротестовала Ви. – А стрела?

– Нет никакой стрелы, – вдруг разом осознав всю опасность, в которой они очутились, сказала Мэл. И посмотрела в телефон.

«В трёх минутах», – только что отписался Онегин.

– Виолетта, – голос Ленского звучал совсем отстранённо. – Подойди ко мне, пожалуйста.

– Так, стоп. Давайте по очереди, – вырвав у Мэл руку, потребовала девушка. – Володя, что происходит? Я сегодня весь день бегаю туда-сюда, меня задолбали все эти тайны, секретики… Вы с Мэл, похоже, знаете что-то, чего не знаю я… Что мы вообще тут торчим столько времени? Уже давно бы нашли этих уродов, и я бы вернулась домой, целую ночь писала бы!

Ленский вздохнул.

– Ты правда этого хочешь?

Виолетта развела руками, чтобы возмутиться, а потом закашлялась. Глаза Мэл расширились. Изо рта Виолетты потекла чёрная жидкость.

– Что за херня?! – закашлялась Виолетта, вытирая подбородок и с удивлением и ужасом глядя на свою ладонь.

Мэл выругалась.

– Бе… – договорить Маша не успела. Что-то схватило её за ноги, обвило лодыжки, как живая верёвка, и она упала на землю, больно ударившись подбородком и разбив нос. В следующий миг Мэл почувствовала, как что-то начинает её душить. Она обеими руками вцепилась в непонятно откуда взявшуюся удавку, попыталась отодрать её от себя, но тщетно. Девушку начало тошнить. Она извивалась на земле, стремясь вырваться из неведомых пут, но было бесполезно. Горло сдавливало всё сильнее, Мэл поняла, что теряет сознание. Проваливаясь в забвение, она услышала пронзительный крик Виолетты. Девушка ещё слышала, как крик подруги перешёл в мычание, Виолетта явно пыталась вырываться и отбиваться… Мэл лишилась чувств.

Владимир стоял неподвижно и не моргая смотрел на то, как чёрные ленты расправляются с девушкой. Он словно вспоминал что-то. Ситуация повторялась. Сначала ленты разорвали на ней одежду… Стреножили по рукам и ногам, полностью обездвиживая… Одна из них обвилась вокруг рта Виолетты, пресекая крик. А потом ленты начали осквернять юное тело. Владимир понимал, что таково лицо его ненависти к творцам, такова месть за его одиночество. Сначала один поэт сотворил его неудачником и посмешищем, затем другая поэтесса попыталась сделать его посмешищем снова… Однако ей это уже даром не прошло.