Фалько – Доспех духа. Том 11 (страница 8)

В небольшом кожаном чехле, защищённом от грязи и влаги, хранился паспорт мастера образца ЮАР и именная карточка охотника за головами самого южного отделения организации. Мгуапе бросил на импровизированный столик пару таких же чехлов. Помимо документов, внутри были банковские карты.

– Это уже интересно, – сказал Алан. – Не зря они мне подозрительными показались. Один меня даже заметил, но слишком поздно.

– Согласен, что во время разгула гражданского конфликта им делать нечего, – сказал я. – Или они от безысходности и отсутствия заказов в наёмники подались?

– Можно гадать бесконечно, – подытожил Алан. – Важно одно, если они пришли за нами, значит, Серые Волки знают, где мы прячемся. Ночью на охоту не пойдут, опасно это, да и каждому бойцу по ПНВ не выдашь.

– Если прорываться будем, то сохранность грузовику я могу гарантировать, но внимания привлечём очень много.

– Ночью опасно, – подтвердил Мгуапе. – Уйдём с рассветом.

Если присутствие ЧВК было понятным, то участие охотников для меня стало загадкой. Вернувшись в кузов грузовика, я пару часов думал об этом, но в голову так ничего и не пришло. Даже была мысль расконсервировать сотовый телефон и отправить пару сообщений Бэру Пойзону. Но по сигналу сотовой связи нас могли легко отследить. Почему-то именно ей больше всего не доверял Мгуапе. Он говорил, что Правительственные войска следят за этим очень тщательно. Более-менее безопасно телефонами можно пользоваться только в больших городах.

Утро началось с короткого, но сильного ливня, оставившего после себя приятную прохладу и ещё больше грязи вокруг. Я спать не собирался, решив посвятить ночь медитации, но уснул, незаметно для себя. Проснулся, кстати, оттого, что Сабина перебирала вещи, едва ли не полностью распотрошив наши походные рюкзаки. Застал её переодевающуюся в лёгкий защитный комбинезон, предназначенный для мастеров. Подарок от Таси. Он не горел, не рвался и содержал в составе углеродное волокно, дающее незначительную защиту от электричества. От прямого попадания молнии такой не спасёт, но от остаточных разрядов защитит.

– Жарко в нём будет, – сказал я, усаживаясь на спальном мешке и сбрасывая одеяло.

– Можно потерпеть, – ответила она, протягивая мне комбинезон. – Чтобы меньше за меня беспокоился. У нас же сегодня по плану большие проблемы? Почувствовала вчера пугающие отголоски силы.

– Это Мгуапе постарался, – поморщился я.

– Что ты хмуришься? – она улыбнулась. – Рядом с тобой совсем не страшно, даже в самом центре гражданской войны. Зато будет что вспомнить. Мои подруги помрут от зависти. У них-то медовые месяцы скучнейшие, на каких-нибудь островах, где круглый год лето, а коктейли тебе приносят прямо на пляж. И это в лучшем случае, если у супруга найдётся свободный месяц, для подобного мероприятия. Моя кузина, ты с ней виделся в Казерте, провела две недели с мужем в Монако, гуляя по шумным ночным клубам. Никакой романтики.

Она подошла, села рядом и полезла обниматься, поцеловав в щёку.

– Ты слишком много переживаешь в последнее время, – сказала Сабина. – Мне нравится наше приключение. Вернёшься в своё МИБИ, будешь целый день возиться со студентами и видеться будем раз в три дня. Видел бы ты лицо Алёны, когда она нас провожала. Думала, что бросится следом, требуя, чтобы взял с собой.

– Хорошо, – я улыбнулся. – Давай переодеваться, а то ворчание Мгуапе слышу даже отсюда.

Мгуапе, пока мы не выехали со стоянки, оглядывался и ворчал, что за нами следят. Ходил темнее тучи. Алан говорил, что наблюдать могут только со спутника, но им такие, как мы, и даром не сдались. А когда мы с Сабиной вышли из кузова в одинаковых серых комбинезонах, мужчины не смогли сдержать улыбку. Они-то до сих пор щеголяли в одежде туристов. Что касается груза алмазов, то его разместили в кузове. Замотали в два слоя брезента и упаковали так, чтобы коробки не разлетелись, даже если грузовик перевернётся. Перед тем как поехать дальше, Алан с Мгуапе поговорили, сойдясь во мнении, что в заброшенном здании, где мы бросили минивэн, легко устроить засаду. Они почему-то решили, что нас уже ищут по всем джунглям, минируют дороги фугасами и копают рвы. По этой причине выбрали другой маршрут и посадили нас с Сабиной в кабину, чтобы я за дорогой смотрел.

Судя по карте, Мгуапе планировал выбраться на автомагистраль, идущую с севера на юг через всю Анголу. Дорога проходила рядом с тем самым карьером, откуда его подчинённые крали алмазы, и огибала Сауримо. Местные партизаны этот маршрут старались избегать, чтобы не сталкиваться с правительственными войсками и частной армией, охраняющей добычу алмазов. Задумка была отличной, но мы не учли наглость ЧВК. Ровно на половине пути, на границе редкого тропического леса нас ждали. Мгуапе торопился, поэтому в кабине мотало и подбрасывало на ямах даже сильнее, чем накануне. Может, по этой причине я заметил притаившегося мастера, только когда тот собирался разрядить в нас молнию. Я инстинктивно положил ладонь на макушку Сабины, опуская её голову ниже. Хорошо, сам успел зажмуриться. Шарахнуло так, что уши заложило на секунду, а яркая вспышка пробилась даже сквозь веки. Несколько ветвистых молний вошли в защитное поле, изогнулись и впились в землю по бокам от дороги. Затем ещё раз, но с тем же успехом. Секундой позже в поле Лу Ханя вошло несколько быстрых снарядов, метя в двигатель и колёса. Я даже подумал, что повезло и нас не расстреляли из гранатомётов. Не люблю взрывы, шумные они очень. Почти сразу нас попытались опрокинуть кинетическим ударом, но пробить защиту не смогли. В нас ещё и стреляли, с тем же успехом.

Мгуапе скорость сбавлять не стал, не отвлекаясь от дороги. Мне показалось, что он пару раз довольно улыбнулся, прорываясь сквозь засаду. Даже если бы они дорогу перекопали, нас бы это не остановило. Немного удивило появление мастера на дороге, решившего догнать грузовик. Шустрый малый, обладающий солидным запасом силы. Его аура мелькнула в каких-то паре метров от грузовика, но резко оборвалась. Думаю, что поймал один из метательных снарядов Алана. Я ведь всё ещё тренируюсь и улучшаю защитное поле Лу Ханя. Если сосредоточиться, то можно выделить силу каждого мастера, находящегося внутри. А дальше: дело техники, концентрации и ловкости рук. Любые снаряды Алана проходили сквозь защитное поле, не встречая никакого сопротивления. То же самое я мог проделывать и с силой мастера, владеющего холодным оружием. А вот с молниями или огненными техниками нужно экспериментировать.

Погони за нами не было, хотя я видел бронеавтомобиль, спрятанный за деревьями. Двадцать минут мы тряслись по грунтовой дороге, затем выскочили на автомагистраль и помчались быстрее. Можно было выдохнуть, что вырвались без серьёзного столкновения с бойцами ЧВК. Я думал, что можно будет посмотреть на карьер, о котором столько говорилось, но дорога шла слишком далеко. Лишь один раз на горизонте мелькнул огромный жёлтый самосвал. То же касается и большого города, который мы объехали по окружной дороге. И за весь день, что двигались на юг, нам навстречу попадались только гражданские легковушки и грязные, потрёпанные фуры.

С приметным грузовиком мы расстались ночью, просто угнав первый подходящий микроавтобус. Утром же мы два часа искали, где заправиться в каком-то крошечном посёлке, недалеко от границы. И что больше всего удивило, так это отсутствие пограничного контроля. Граница проходила по старенькому автомобильному мосту, о чём сообщали дорожные знаки, но на пути нам даже полиция не попалась.

Три дня, столько мы ехали через Замбию по центральной трассе. Получилось очень даже неплохое путешествие, если не считать жару и влажность. Так глубоко в центр Африки я ещё не забирался. Посмотреть здесь можно было только на природу и бедные деревушки. В какой-то момент мы всерьёз опасались, что не получится заправиться, а Мгуапе даже хотел заняться бензиновым разбоем, но обошлось.

Граница между Замбией и Танзанией проходила через большой город, разделяя его на две части. Пограничный пост на главной дороге прошли без каких-либо проблем. Пограничники косились на нас только до тех пор, пока им не показывали чёрные паспорта наёмников, потом теряли всякий интерес и к машине, и к странной компании. Точнее, сначала появился слабенький мастер второй ступени, на которого Мгуапе грозно посмотрел и любые вопросы к нам отпали. Даже вещи проверять не стали.

Англичане, знакомые Алана, ждали нас в портовом Дар-эс-Сала́м, крупнейшем городе Танзании. Для наёмников, идущих со стороны Индии, он являлся неплохим перевалочным пунктом. Здесь можно было заправиться, встать на ремонт и даже найти контракт на сопровождение грузов вдоль всей Африки. У меня о Дар-эс-Сала́м сложились только положительные впечатления хотя бы потому, что здесь я в неприятности не влипал и с местными не дрался. К особенностям порта в Танзании можно отнести и крупнейший рынок дрянного оружия в регионе. Очень много огнестрельного оружия сюда стягивалось из Пакистана, но и местное производство старалось не отставать.

От границы до Дар-эс-Сала́ма мы добирались два дня. Последний рывок по дороге, зажатой с двух сторон горами и крутыми холмами. И чем ближе мы подъезжали к портовому городу, тем больше становилось медленно тянущихся по трассе грузовиков. Вечером первого дня, преодолев половину пути, встали на ночлег в среднем по размеру городке на окраине национального парка. Хозяин заправки, увидев доллары, предложил переночевать в лучшей в городе гостинице, принадлежащей его отцу, на что мы сразу согласились. Уже после ужина мы с Аланом устроились на старых стульях на заднем дворе дома, под светом тусклой жёлтой лампочки. Кроме нас в гостинице постояльцев не было, что меня вполне устраивало.