Ежи Тумановский – Тени Чернобыля (страница 37)
Один из них сразу встал у окна, другой — пробежал вглубь дома открывая все, попавшиеся на глаза, двери, а еще двое приблизились к, продолжавшему сидеть на постели, человеку.
– Этот? — хмуро спросил один из них, грузный, в фуражке, а не в кепке, как остальные, с майорскими знаками отличия, у второго, явно чином пониже.
– Да вроде похож, — неуверенно отозвался тот и крикнул в открытую дверь: — Барабан! А ну давай сюда!
Человек на кровати, наконец, подал первые признаки жизни.
– Чем обязан столь раннему посещению? — спросил он тихим, на удивление спокойным для столь бурного пробуждения, голосом.
– Заткнись, — лениво буркнул майор, брезгливо разглядывая немудреную обстановку в доме.
В дверь вкатился низкорослый парень, с бегающими, глубоко посаженными глазками и сразу затараторил:
– Да это он, точно он, больше некому. Здесь все его знают, и про то что он — сталкер — тоже все знают, и в Зону ходит, и хабар сбывает. Наверняка и здесь хабар есть! Отпустите меня, господин майор!
Майор недовольно скривился и Барабан испуганно прикрыл рот ладонью. Человек на кровати обозревал всю эту сцену с интересом и недоумением. В его серых глазах по-прежнему не было и следа беспокойства.
– Одевайся, — мрачно сказал майор, — ты арестован.
– Могу узнать за что?
– Там объяснят, — туманно пообещал майор.
Человек медленно поднялся и принялся натягивать штаны. Майор извлек из-за пояса пару наручников, бросил на кровать:
– И это не забудь.
Арестант удивленно приподнял бровь, но промолчал. При этом взгляд его случайно упал на Барабана и тот вдруг съежился, точно от удара, и шмыгнул за дверь.
Человек полностью оделся и со вздохом взялся за наручники, когда во дворе послышалась какая-то возня, что-то громыхнуло, словно упало корыто, сдавлено вякнул Барабан.
Посмотри, что там, — недовольно кинул майор через плечо своему спутнику.
Тот шагнул за порог, но через секунду влетел обратно, спиной вперед, и покатился по полу, теряя автомат и мелкие детали амуниции. Следом за ним в комнату спокойно вошел черноволосый крепыш неопределенного возраста «за сорок», в идеально подогнанной форме клана «Долг». Весь перетянутый ремнями, с огромным шестиствольным пулеметом за спиной, который, впрочем, совершенно не мешал ему двигаться. Он замер на пороге, скептически разглядывая вскинувших оружие автоматчиков.
– Привет.
Тут раздался страшный дребезг и стоящий у окна, вскинувший было оружие автоматчик, исчез вместе с рамой и стёклами.
– Ребята, вы бы хоть охрану нормальную во дворе поставили, — сказал крепыш уверенным голосом и добавил открывшему было рот майору, — Помолчи, пока, да посмотри в окно.
Опытный майор оглядел комнату и послушно уставился в окно.
Спутник майора, которого явно только что толкнули прямо в лицо, что-то мычал и пытался подняться, впрочем, явно еще слабо разбираясь в ситуации. В окне же, удобно упираясь локтями в подоконник, устроился еще один «должник». Автоматчик, только что охранявший окошко от возможного бегства арестованного, куда-то бесследно исчез, «должник» белозубо усмехался из-за прицела «винтореза». Майор показал своим людям, чтобы те опустили оружие. Картина Репина «Не ждали»
– Рвач? — не веря своим глазам, обрадовался недоарестованный. — Что происходит? Откуда ты взялся?
– Кто ты такой? — спросил майор резким, не терпящим возражений, голосом у Рвача. — Арест производится комендатурой, по запросу из районного УВД. Что, у «Долга» давно не было проблем с законом? Осмелели?!
Последние слова майор просто прорычал и на какой-то миг всем показалось, что сейчас «должники» поймут в какое дерьмо им удалось вляпаться и уберутся восвояси со всеми положенными извинениями.
– Я же просил тебя помолчать, — укоризненно сказал Рвач и коротким ударом отправил крикуна в нокаут.
Грузное тело тяжело осело на пол, два оставшихся человека в черной форме дернулись, словно сами получили удар, но что-либо предпринять не решились.
– Откуда мне знать, что вы из комендатуры? — рассудительно спросил Рвач у майорского тела.
– Так мы… — попытался что-то сказать спутник майора, но Рвач перебил его вежливо и жестко: — Помолчи, пожалуйста.
Люди в черной форме уныло замерли.
– Привет, Клык, — дружелюбно сказал «должник» за окном. — Давненько не видались!
– Дзот! — снова обрадовался, человек и неловко помахал старому знакомому кольцами наручников. — Привет! Вы зачем местную власть обижаете?
– Собирайся, Клык, дела плохи, — Рвач говорил спокойно, но почему-то сразу стало ясно, что дела действительно далеки от идеала. — На тебя объявлена самая настоящая охота. По меньшей мере два клана готовы выслать своих «мясников» за твоей головой.
Во дворе снова жалобно вскрикнул Барабан.
За спиной Рвача появился незнакомый парень — также в форме «Долга» — и опустил на пол остатки военной радиостанции.
– Охота на меня? — спокойно удивился Клык, бросая стальные браслеты обратно на кровать. — И вы этому поверили? Кому я нужен? Врагов у меня нет.
– Ты, видимо, не понял. Все серьезно. Вот эти господа здесь первые потому, что находятся всего в двух километрах отсюда. Скоро гостей у тебя будет значительно больше. Давай быстро, по дороге поговорим.
Плененных представителей закона оставили связанными в доме. Майор очнулся и мычал что-то угрожающее, пытаясь пережевать огромный кляп, старательно скрученный из полотенца.
Рвач, почти отеческим жестом потрепал его по мясистой щеке:
– Не ссы! Скоро здесь народу будет — не протолкнуться. Полежи, отдохни, подумай о вечном.
– Мымммыыыыым, — видимо, согласился майор.
Я стоял на веранде, разглядывая открытый грузовик за штакетником забора, с красным пятном на длинном темно-зеленом капоте. Судя по окровавленной голове рыдающего водителя, которого Сток минутой раньше протащил мимо меня в комнату, пятно было свежим.
«Должники» не дали мне на раздумья ни минуты. А я уже отвык от такого ритма жизни: за последний год я всего пару раз выбрался в Зону, сидел часами у окна в тихом оцепенении, иногда брался за ножи (обычно по ночам) и подолгу рубил и колол тишину в абсолютном упоении какого-то бессмысленно-дикого танца. Иногда мне казалось, что я просто схожу с ума, но проходило несколько часов и все менялось, становилось четким и ясным, и тогда я смеялся вслух, наслаждаясь каждой, невероятно длинной, секундой своей бесконечной жизни.
Несмотря на все это, вещи для ходки у меня были наготове и через пяток минут после внезапного вторжения в мою тихую жизнь множества шумных людей с автоматами, меня, с мешком за плечами, вытолкали на улицу.
Стояла поздняя, на удивление теплая, осень. По утрам уже подмораживало, но каждый следующий день снова приносил остатки летнего жаркого дыхания.
Незнакомый парень — четвертый человек квада — оказался моим старым заочным знакомцем. Это был Копец, место которого я занял почти случайно год назад. Тогда он бесследно исчез и клан «похоронил» своего стажера. Оказалось — рано. Как и всякий стажер, облаченный в костюм высшей защиты с независимым дыхательным аппаратом, он сумел выжить в недрах слизистой массы, которая поглотила его и утащила за несколько километров от города. Новая разновидность какой-то мерзости, названная позже «медузой», выползла тогда на крышу, где Копец организовал себе огневую точку, и унесла стажера внутри себя, собираясь, видимо, попозже переварить добычу.
Теперь Копец был полноценным членом квада. Худощавый и спокойный, с неизменной снайперской винтовкой, он показался мне неотъемлемой частью квада, словно без него не могло существовать и остальных троих. И, насколько мне было известно, все квады подбирались именно таким образом. Недаром «Долг» «подкармливал» массу научных заведений самого разного толка.
Я все еще не мог трезво оценить происходящее вокруг этим утром. Кошмарный сон, не менее кошмарное пробуждение, квад «должников», в котором год назад я совсем недолго был стажером, новости о том, что на меня открыта какая-то охота — все это происходило в ближайшем пространстве, но меня как бы не касалось. Впрочем, додумать эту мысль до конца мне не дали.
Сток почти выбежал из дома, убирая в карман разгрузочного жилета шипящую рацию, схватил меня за рукав и просто потащил за собой к грузовичку. Следом в том же темпе двигались Дзот и Рвач.
Я еще пару раз пытался задать наводящие вопросы, но от меня отмахивались, как от назойливой мухи.
Сток сел за руль, Рвач и Дзот почти забросили меня в кузов и забрались сами. Копец, уже сидя на крыше кабины, оглядывал окрестные дома в оптический прицел винтовки. К моему удивлению, на грязном полу возле кабины истерически повизгивал от ужаса Барабан.
Рвач тут же поднял его за шиворот и словно мешок перекинул через борт. Барабан закатил глаза и попробовал изобразить нечто малоподвижное, но у Рвача, видимо, еще были к нему вопросы.
– В кабину! — рявкнул он, уже завалившемуся на бок в дорожную грязь Барабану. Тот испуганно вскочил и полез на пассажирское сиденье.
Грузовик взвыл, лязгнул металлическими внутренностями и резко взял с места. Я уселся на грязный пол кузова и заглянул в кабину через маленькое заднее окошко. Сток сосредоточенно крутил баранку, Барабан сжался в самом уголке и, казалось, даже дышал через раз. Копец расположился у другого борта и занялся своей винтовкой, бросая иногда по сторонам короткие оценивающие взгляды. Словно в засаде сидел.