Ежи Тумановский – Тени Чернобыля (страница 38)
Машину раскачивало, разболтанные борта стучали, остатки каких-то веревок развевались под напором набегающего воздуха.
Стоя на коленях, Рвач укреплял свой пулемет на кромке заднего борта.
Дзот отложил автомат, передвинулся ближе ко мне и сказал на ухо, стараясь перекрыть рев двигателя:
– Кому-то очень понадобилась твоя жизнь, Клык! Мы узнали случайно, по своим собственным каналам в других кланах и на узле связи гарнизона. Видимо, много предложили за тебя, раз такая карусель началась!
– И что же мне теперь делать? — озабоченно спросил я, рассеянно наблюдая как Сток в кабине что-то спрашивает у съежившегося Барабана.
– Тебе — уже ничего не надо делать! — весело отозвался Дзот. — Клан свои долги помнит. Год назад ты отказался от всего, хотя предложено было немало — клан оценил и это. Теперь ты под защитой «Долга» и всякий тронувший тебя, будет иметь дело со всеми нами!
Он хлопнул меня по плечу, встал и прошел по качающемуся полу кузова вдоль борта, вглядываясь в последние дома удаляющегося городка.
Шестиствольный пулемет Рвача уже раскорячился складной треногой, вцепился специальным захватом в деревянный борт и клацал стальными челюстями под умелыми руками «должника».
До меня постепенно «доходило», что к прошлой жизни возврата нет.
Захват сталкера попросили осуществить тихо, без шума. Никаких групп захвата, никаких БТРов и прочей, привлекающей внимание, шумихи. Внушительно попросили, намекнули на заинтересованность очень серьезных людей.
Комендант не первый день служил в этом гарнизоне, многих сталкеров знал лично и к случившемуся был морально готов. Через две минуты после того, как группа майора Буругунды не вышла на связь в контрольное время, по гарнизону был объявлен план «Петля».
Дежурный БТР со взводом из разведроты укатил на разведку, а во всех военных частях поблизости открывались боксы, взревывали низкими голосами армейские грузовики, на плацах строился личный состав, выделенный для прочесывания местности.
Вокруг дома Клыка скрытно перемещались люди в малоприметной грязно-серой одежде. Двое из них держали под прицелом дверь и окно, еще двое влезали через малое окошко задней комнаты, остальные рассредоточились вокруг. Отличительные знаки клана были спрятаны, но любой понимающий человек сразу бы определил людей из «Греха».
Снайпер, расположившийся в кроне высокого дерева, сообщил, что видит внутри связанного человека.
Трое вошли в дом, обшарили его сверху донизу в поисках хозяина и, не обнаружив, окружили связанного майора.
– Кто? — спросил, очевидно, старший, вытаскивая полотенце из майорского рта.
Майор закашлялся и принялся яростно сплевывать непослушным ртом вязкую слюну.
В руке незнакомца появился нож, стальное лезвие приблизилось к выпученному майорскому глазу.
– Кто? — вопрос прозвучал жестче и стало понятно, что отвечать надо быстро или… Что «или» майор решил не выяснять и торопливо выдохнул непослушными губами:
– «Долг»!
Люди в серой одежде обменялись понимающими взглядами.
– Сколько квадов?
– Один! — выпалил майор хриплым голосом и попробовал сглотнуть моментально пересохшим горлом.
– Взяли твою машину? Грузовик? — и, дождавшись кивка. — Номер?
Майор назвал несколько цифр и попробовал улучшить свое положение:
– Освободите меня и коменда…, — умелая рука загнала старый кляп обратно и, спустя несколько секунд, комната вновь опустела. Связанные по рукам и ногам в разных углах комнаты, спутники майора так и не издали ни звука.
Их перехватили в семи километрах от основной базы «Долга». Сток заметил подозрительный блик впереди и резко остановил машину. Дзот запрыгнул на крышу кабины, вглядываясь через бинокль в высокие придорожные кусты, что расползались широкими пятнами по обе стороны от дороги.
– Похоже, не успели, — сказал Рвач спокойным голосом и положил руку на голову Клыка. — Ложись и не дергайся. Еще не хватало, чтоб тебя шальной пулей зацепило.
– Я тебе кто? — попытался возмутится Клык, но получил шлепок ладонью по лбу и осекся.
– Помолчи, пожалуйста, — сказал Рвач, криво усмехаясь краем рта. — Мы за твою жизнь отвечаем перед кланом. Это уже не личное дело.
Копец замер статуей самому себе, его винтовка смотрела в ту же сторону, что и бинокль Дзота.
Клык вздохнул, отодвинул в сторону мешок, лег на спину. В лицо ему смотрело бездонное голубое небо.
– Знаешь Рвач, — сказал, лежащий на спине, человек. — Иногда мне кажется, что я уже давно не живу своей жизнью. Несет меня судьба словно бумажный фантик по ручью. Крутит, вертит, как хочет. И у берега надолго остановиться мешает и утонуть не дает. Что вам за дело до моей жизни?
– Не знаю, некогда мне сейчас с тобой беседы вести. Вот выберемся, сядем по-доброму с бутылкой чая — там и поговорим. А теперь будь добр: заткнись.
Клык послушно замолчал.
Метрах в трехстах впереди, уяснив, что добыча больше лезть в ловушку не желает, на дорогу выкатывались легкие джипы с дугами безопасности вместо крыш, мелькали мотоциклисты.
Дзот спрыгнул в кузов, Сток крутанул баранку разворачивая грузовик, Копец опустил винтовку и снова устроился на полу. Две пули пробили лобовое стекло, прошили насквозь кабину и, расщепив доски кузова там, где только что сидел Клык, застряли в бесконечности дороги.
Дверь пассажира резко распахнулась и Барабан, с жалобным криком, вывалился на обочину.
Машина затряслась как в лихорадке, судорожно набирая скорость. Двигатель завывал на предельных оборотах, Рвач вцепился в свой пулемет, а Дзот, держась одной рукой за борт вытащил из-за пазухи ракетницу и дважды выстрелил вверх струями зеленого огня.
– Теперь наши знают, что мы ушли по запасному варианту! — крикнул он Клыку и передернул затвор автомата. — Рации все равно не работают: похоже, что военные «глушилки» включили!
Словно отвечая ему загрохотал, зашелся в истеричном, разрывающем уши треске, пулемет Рвача.
На дороге позади грузовика вскипела желтыми глинистыми бурунами земля.
Я лежал на спине в кузове трясущегося и подпрыгивающего на каждой кочке грузовика. Над головой в ответ болталось безоблачное небо, по всему полу катались стреляные гильзы, иногда с противным треском деревянный борт дырявила случайная пуля.
Мне все это было безразлично. От меня ровным счетом ничего не зависело, я не понимал причин происходящего и смирился с положением особо ценного чемодана, который делят какие-то внешние силы, не особо пытаясь объяснить тупому ящику, зачем он им понадобился.
Военные, «Долг», еще, как миниум, два клана устроили из-за меня небольшую войну как раз в тот момент, когда я уже был абсолютно уверен, что моему спокойному существованию ничего не угрожает. Я устал от всего этого.
Дзот бросил на убегающую назад дорогу последнюю гранату, Рвач перезаряжал пулемет и даже не смотрел на изрядно поредевший, но не прекративший преследование «веер» разнообразной колесной машинерии, что мчалась за нами не далее, чем в сотне метров.
– Надеются, что скоро будет ровное поле и там они нас смогут окружить! — крикнул мне Дзот. — Только мы туда не поедем! Будем уходить в Зону, на третий пункт! Есть у нас свое лежбище в болотах!
Я равнодушно пожал плечами и снова уставился вверх. В Зону — так в Зону.
Машину затрясло сильнее — мы съехали с дороги и теперь мчались туда, где по моим прикидкам тянулся защитный периметр.
В поле моего зрения вплыли темные куски земли и тяжелый удар сотряс землю, воздух и безумный грузовик, рвущийся в Зону. Издалека донеслось раскатистое эхо выстрела. Я принял сидячее положение.
Все «должники» смотрели туда же, куда и я.
На далеком холме замер приземистый силуэт танка. Вот перед ним на миг полыхнуло яростным огнем и метрах в двухстах перед грузовиком расцвел черный цветок осколочного взрыва. Такой простой приказ был ясен даже мне. Нам давали шанс остаться в живых. Надо было просто остановиться. Я снова лег на спину. Плевать.
– Ты растешь в цене, — хохотнул Дзот и зарядил чем-то свой подствольный гранатомет.
Эта вот бесшабашная неукротимость всегда привлекала меня в «должниках». Вот он стоит с жалкой погремушкой против танка, до которого он наверное и дострелить-то не сможет, а все равно бодр и весел, и даже пытается что-то изобразить.
Через считанные секунды клубы дыма заволокли и бездонное небо, и далекий танк на холме, и даже кабину, в которой продолжал издеваться над рулевым колесом Сток. Только едва различимая в сером тумане фигура Дзота, продолжала методично выстреливать дымовые гранаты куда-то вперед и вправо.
– Что значит «протаранили ограждение»? Как «ушли в Зону»? Вы что там, совсем обалдели?! Какая дымовая завеса? А приборы вам на что?! — комендант рычал в трубку скорее по привычке, прекрасно понимая, что подполковник на том конце провода ни в чем особо не виноват.
Вмешательство «Долга» оказалось совсем некстати. К самым влиятельным людям этой полулегальной организации уже отправились офицеры из соответствующего отдела, но момент был упущен и сталкер по кличке «Клык» исчез в неизвестном направлении.
– Ладно, отводи людей, — сказал комендант в трубку уже более спокойным голосом. — Танковую роту отправляй в ППД. Готовь встречу военным сталкерам — где-то через час подойдут на вертушке. Полное содействие им окажешь. Понял? Все, выполняй.
Дежурный докладывал о многочисленных нарушениях периметра в это утро. Происходило что-то абсолютно непонятное: многие сталкерские кланы словно взбесились — всем срочно был нужен этот самый Клык. Ходили слухи о невероятном вознаграждении за его голову.