Эйрик Годвирдсон – Пять Пророчеств (страница 30)

Что же, дальше Эльмун, довольный ошарашенными выражениями наших лиц, велел «не валять дурака и действовать вместе». И я буду прав, если скажу – после ледяного дыхания этих самых «пророчеств», что он нам пересказал, мы в самом деле все четверо готовы были делать, что он повелит, и не перечить. И это было лучшее решение – я бесконечно благодарен Эльмуну, что он вмешался. Потому что я просто не представлял, сколько всего важного мы упускаем, тренируясь поодиночке! Джейн призналась, что и им с Ка тоже есть чему поучиться, когда рядом второй всадник – тем более что теперь пришло, наконец, время разучивать заклинания и искусство боя в седле аргшетрона.

И, надо признать, не обходилось без противоречий – но теперь Сар и Ка старались договариваться, а мы с Джейн… что же, мне иногда казалось, что мы знаем друг друга уже очень давно. Все наши споры завершались быстро, словно мы через одну и ту же призму смотрели на мир, только подходили к этой призме с разных сторон. С ней даже спорить было легко – я быстро понял, что она вовсе необидчива, хотя бывает резка на слова, и чаще всего говорит именно то, что думает. Меня тянуло к ней – так, точно нас связывало что-то еще помимо искусства аргшетронд. Боюсь, что никакой тайны тут не было – я попросту не заметил, как влюбился. Не знаю уж зачем, но я старательно это скрывал… до поры, до времени.

Время же меж тем и не думало замирать – катило себе и катило волнами облаков, грозами и радугами через острые горные хребты. Лето цвело так, точно собиралось воцариться навечно.

В один из дней я торчал в мастерских – заканчивал труды над древком для Дракононосной. Шутил – дракон понесет всадника с оружием, которое несет изображение дракона! Сар хмыкал над этой немудрящей шуткой и подначивал – так покажи, что ты умеешь с нею в руках, а то столько носишься с этой, как он выразился, половинкой меча на длинной палке! Я поначалу отшучивался – но чернокрылый таки умудрился меня раззадорить:

– Ну давай покажу, будешь вместо противника!

Сар давно уже настаивал на подобных тренировках, и я понял, что мне самому не терпится понять: дала ли мне пресловутая связь с драконом какие-то преимущества?

Полностью завершенное древко глефы приятной шелковистостью пропитанного маслом дерева легло в ладони, лезвие ее описало сверкающую дугу – я встал наизготовку. Сар, чертя хвостом в песке, обошел меня слева, точно примериваясь… атаковал он внезапно – подсек ноги хвостом, я отшагнул, качнулся на пятках – и с такой же стремительностью сделал выпад вперед. Потом, наращивая скорость, обрушил на товарища каскад ударов, каждый раз успевая остановить лезвие в пяди от его чешуи, точно так же, как он только щелкал когтями в конце выпадов, которые должны были достичь цели, будь это настоящий бой. А вот с подсечками он не церемонился, катая меня в песке почем зря! Кружили мы, то и дело огрызаясь выпадами, до полного изнеможения – не только моего, но и сарова тоже. В волосы и под рубашку забился песок, пыльные полосы расписали потную кожу полосами, как у лесной кошки мех, а Дро-Сар тяжело дышал, разинув клыкастую алую пасть, и все равно поединок наш закончился ничьей.

– А ведь не врал, гляди-ка! – посмеивался черный, то и дело вскидывая крылья – так, он говорил, быстрее уходит из мышц лишний жар. – Мне теперь тоже интересно, откуда ты такой взялся! Если тебе интересно, я даже и не пытался поддаваться!

– Я знаю, – улыбнулся я. – Я тоже.

– Глупость затеяли, как по мне, – резкий голос Ка упал на нас сверху, затем по головам скользнула тень и разнесся легкий шелест крыльев – Джейн и ее зеленый приземлились рядом. – Ясно же, что у вас и будет ничья, как ни старайся. Это как с тенью драться.

– Но интересно же, – возразил я. – А с тенью драться вовсе небесполезно, на этом один из уроков клинкового боя выстроен – когда я был мальчишкой, нам часто задавали его.

– Все равно плохо понимаю, зачем, – Ка вовсе не старался уязвить Сара, а говорил с искренним удивлением. – Сар, объясни: для чего всаднику уметь сражаться с драконами?

– С нами – низачем. А вот с другими…

– Какими еще другими?

– Ка, успокойся, – я примирительно усмехнулся. – Мне нравятся драконы.

– А мне нравитесь вы, – Сар не отступал. – Элфрэ, почти все – славный народ. Но, Руд, ведь смотри, что выходит. Скажем, люди часто воюют меж собой, это все знают. Элфрэ, я полагаю, тоже никогда не были все одинаковы, разногласия, вплоть до выяснения с оружием в руках – дело обычное.

– Еще как! – отозвались мы с Джейн хором.

– То же относится и к нам, драконам. Жители города не станут желать вреда всадникам, это так. Да только вот кроме Дракополиса…

– … есть еще Арват, да?

– И Арват, и разные одиночки. У которых никогда непонятно, что на уме! Я не считаю, что Ка прав. Да и потом, ты точно сказал – это интересно!

– И красиво, – неожиданно добавила Джейн. – Ру, это было так прекрасно!

Смутившись, я хмыкнул. Провел рукой по лбу, стирая грязь – и Сар, отвечая на мои мысли, предложил:

– Ну что, на озеро? Я. конечно, не водяной дракон, но искупаться не откажусь!

И так мы и сделали.

Солнце клонилось к вечеру – тени вытянулись, воздух наполнился точно золотой тончайшей пылью, по небу мазнули бронзой и красным соком винограда – еле-еле, полунамеком, легкой дымкой по низу облаков.

Воздух в городе, стоящем на возвышении, всегда было полон ветра и несомой им прохлады, но внизу, у озера, он точно загустел, стоял недвижим и благоухал медом цветущих трав.

От воды тянуло свежестью, и было большим искушением нырнуть, разбив зеркальную гладь воды, прямо так, с ходу, не приземляясь на берегу. Я усмехнулся, представив фонтаны брызг, которые поднялись бы – но с сожалением отверг эту идею. Одежду можно высушить, не беда, только купаться в ней совсем не то удовольствие. Сар тоже заслуживал возможности искупаться как следует – ну и седло и многочисленные ремни снаряжения стоит поберечь, разумеется.

Потому хулиганскую выходку мы с ним отложили, разоблачившись у берега и только затем нырнув в теплую, как молоко, озерную воду. О, какая славная идея была – искупаться! Вода мягко окутывала, смывая не только грязь и пот, но и, казалось, саму усталость. Искристая легкость во всем теле, приходящая взамен утомлению, и шелковая невесомость воды вокруг давали самый лучший отдых и наполняли такой радостью, что я на какое-то время отрешился вообще ото всех мыслей, какими бы важными они ни были.

Наплававшись вдосталь, Сар выбрался на берег. Встряхнулся, точно громадный кот – от кончика морды до хвоста, расправил крылья – вода мириадами осколков солнца разлетелась во все стороны, а глянцевая кожа крыльев словно стала еще ярче.

Черные драконы обычно не имеют никаких иных оттенков в своей чешуе, но после купания угольная чернота сделалась точно глубже – всмотрись, и вот-вот на чешуе и крыльях проступят звезды, так сильно эта чернота была сходна с глухой полуночной темнотой неба. Они и проступали – искры, загоравшиеся на свету в каплях воды.

Мой друг уже отдыхал на берегу, а я все плескался – сначала плавал, наслаждаясь удивительно четким отражением неба в воде: казалось, что плывешь по небу, сам, без чьей-то помощи. Потом – раскинулся на воде и смотрел уже не в отраженное, а настоящее небо – кучерявые белые облака наливались красками близкого заката, солнце все сильнее отливало медью, а небесная синева казалась шелковой.

Небо вверху, небо в воде вокруг, опрокинутое в чашу озера… может, я бы даже задремал, расслабившись – если бы совсем рядом с шумом и хохотом в озерную гладь не врезались еще купальщики.

Дро-Ка и Джейн – мне сперва показалось, что они-то как раз провернули тот фокус, который отвергли мы – но нет, просто Ка почему-то не гладкой стрелой нырнул сразу на глубину, а поднял целый каскад брызг вокруг, хлопая крыльями, полупогруженными в воду – зашел по грудь в воду и плещет, а Джейн кружится рядом и хохочет, точно только того и хотела!

Чтоб меня не накрыло поднятыми волнами, я принял вертикальное положение и отплыл чуть в сторону, одновременно чувствуя себя так, точно меня макнули в чан с кипятком.

Я сопротивлялся изо всех сил, но взгляд, как приклеенный, возвращался к Джейн – она пренебрегла рубашкой для купания, и скользила в озерной воде, как наяда – окутанная только лишь своими волосами, длинными, как у настоящих дев Аймиры… столь же прекрасная и невозмутимая, как они.

– Ру, только не говори, что ты против нашей компании и не хотел делить озеро ни с кем! – вынырнув, она звонко рассмеялась. – Ты не похож на жадину!

– Нет, что ты, – я смущенно хмыкнул и отвел взгляд. – Наоборот, боюсь, это я помешаю искупаться всласть!

– О боги, ты же не думаешь, что я стану требовать от тебя уйти? – она снова нырнула, потом снова выплыла, уже чуть ближе. Как хорошо, что вода скрывает ее сейчас по самые ключицы!

Самой Джейн, судя по всему, это не казалось чем-то странным или необычным, но мне, разглядевшему, будем честны, за веером водяной пыли не так уж и много, хватало даже полунамека на очертания ее тела под водой, чтобы в ушах начинало шуметь, а в мыслях наступала сумбурная путаница.

Если бы хоть кто-то попробовал пошутить сейчас, мол, как вокруг тебя еще вода не вскипела, я бы, пожалуй, провалился на самое дно и отказался возвращаться. Но нет, Сар, от кого я всерьез опасался такой шутки, молчал, Ка уплыл к дальнему берегу… Джейн не смущало ровным счетом ничего – ныряла, плескалась, сверкала изредка белоснежными ступнями и плечами над поверхностью, плавая в свое удовольствие – и не замечая никого.