Эйрик Годвирдсон – И крыльями закроет звезды. Год 2345 (страница 11)

НэйЛау Асулин прибыла на станцию совсем недавно – и почти сразу угодила в переплет. Не сказать, что она не была готова к самым разным экстренным ситуациям, что могли сопровождать ее работу – все-таки выучки и навыков ей хватало… но нападение на Глайд-7 стало для нее – как и для всех остальных – полной неожиданностью. И ничем другим, кроме везения, Нэй не назвала бы то, что ей удалось это нападение пережить.

Глядя честно самой себе в глаза она бы твердо сказала – да, только везение. Она оказалась в одном из помещений той части лаборатории, где велась финальная тестовая обкатка и настройка прототипа, МАИ… воистину блестящей наработки Завоми и его команды. Отчасти ради нее она вообще и оказалась на станции, но какое это имеет теперь значение? Когда тревожным криком зашлись системы оповещения – всего на несколько секунд, потом моментально выключившись – никто не успел толком ничего понять. Нападавшие действовали быстро, грубо и при этом чертовски эффективно: купол взломали сначала на информационном уровне, потом вскрыли, как вивисектор – обездвиженную жертву… накачали ядом и выпотрошили.

Обошли по какой-то причине только одну из лабораторий, видимо, торопились – а может, просмотрели, что у купола был второй, внутренний контур систем жизнеобеспечения, крохотный – на пару помещений буквально. По стечению обстоятельств, этот контур и спас жизнь Нэй, но и стал для нее ловушкой. Выйти из него означало смерть; конечно, больше половины каналов связи и в личном планшете, и в том скромном оборудовании, что осталось в распоряжении запертой в пределах лабораторного бокса эльвенки отказали – и она с огромным трудом смогла хотя бы восстановить связь с одним из внешних приборов, чтобы увидеть сигнатуру приближающегося корабля.

Даже выйти наружу она не могла – даже не потому, что не знала, есть ли снаружи хоть какой-то воздух. А потому, что замок аварийной системы заклинило, и открыть его теперь можно было бы только снаружи – или физически, взрезав дверь лазерным инструментом, или хорошенько помучившись с кодировками: по остаткам системы базы гулял какой-то вредоносный скрипт, который и убил все важные центры электронной сети купола. Именно этот скрипт наверняка и взломал систему жизнеобеспечения, остановил работу тревожного оповещения и заодно заблокировал выходы – благо, хотя бы не все. Может, через них сможет войти еще кто-нибудь, кроме нападавших. Нэй провела не один час в ожидании… ожидании хоть кого-то. Врага, друга – не важно.

Шанс, что случайный корабль прилетит раньше, чем от истощения ее покинут силы, был зыбким – но он был. Когда на экране пеленгатора возникла мерцающая точка готовящегося к приземлению транспорта, НэйЛау приняла окончательное решение: кто бы ни вошел в помещение, она постарается прорваться наружу, набрав как можно больше воздуха в грудь и задержав дыхание: этого должно будет хватить, чтобы добежать до помещения с запасом ИИК. Сумеет ли она забрать Майю, она не знала – и, признаться, не рассчитывала. Ей бы отбиться, если вдруг «гость» окажется недружелюбно настроен. Оставалось надеяться только на собственную меткость и ловкость, врожденную для любого эльвена и подкрепленную тренировками, до этого дня казавшимися чем-то излишним для ее работы.

Что ж, сигнатуры у корабля оказались человеческие: что-то некрупное. В списке дружественных судов базы такого не числилось, впрочем. Может, мародер, может, кто-то не в меру любопытный, но тоже не самый законопослушный… Нэй готовилась к худшему, но реальность ее все равно удивила.

Экраны мерцали блекло-голубым светом, едва разбавляя темноту бокса, ставшего дня нее и ловушкой, и убежищем – освещение она нарочно выключила, чтобы не тратить ресурсы питающих бокс энергоячеек на лишние потребители. Ресурса этого было и так немного – она так и не смогла нормально подключиться к управлению замками, чтобы попробовать отпереть заблокировавшуюся дверь: от нехватки питания оборудование сбоило, программы вылетали, время отклика истекало – и все приходилось начинать сначала. Бесплодные попытки эти она прекратила только когда запеленгованный корабль приземлился, а спустя примерно час за дверью раздалось эхо чужих шагов.

Признаться честно, НэйЛау сперва подумала, что ей от усталости привиделся сверкающий алым визор шлема и вычурный, неуместный плащ – а потом, когда преступник подмял ее под себя, не давая вырваться и осуществить изначальный план побега из ловушки, поняла: все-таки у судьбы есть чувство юмора. Но очень черное: это действительно оказался один из известнейших проходимцев сектора. Артур Халлард. Преступник, хладнокровный убийца, грабитель и террорист. То, как охотно он продемонстрировал собственное лицо – которого, к слову, толком никто не знал – заставило Нэй захлебнуться водоворотом самых мрачных подозрений. Обычно такие люди не боятся показать лицо только тем, кого считают для себя безопасными… или не могущими ничего никому рассказать. А в гуманизм в его исполнении она не верила.

Впрочем, этот Халлард вел себя и без того странно – сперва жестоко приложил Нэй о гладкие плиты пола и едва не вывернул руку, отбирая пистолет, а потом совершенно будничным тоном предложил нацепить ИКК и спокойно повернулся спиной, открывая двери на выход из бокса дальше. Именно эта беспечность остановила Нэй от мелькнувшего было желания выстрелить еще раз: кинетический пистолет свой она подобрала и пристегнула к поясу, пока Халлард пытался добиться ответа от блока управления внешней охранной системой. Турель, пояснил он, хотя НэйЛау ничего не спрашивала. Путь, которым пришел я, защищает автоматическая турель, а отключить я ее почему-то не могу… что с оборудованием?

– Откуда я знаю? – огрызнулась Нэй. – Если бы я понимала, как обойти этот чертов скрипт, что угробил основные системы купола, я бы не сидела тут взаперти!

Халлард только хмыкнул в ответ – и заявил: ну что же, пойдем тогда в обход. И, не задумываясь, отвернулся, устремившись в коридоры. Дорогу он находил безошибочно – может, выдернул из взломанных остатков инфоконтура все планы и схемы. А может, сканировал все на ходу. Наверняка сканировал – периодические яркие вспышки визорных линз только подтверждали эту догадку.

Когда они только покинули изолированную часть лаборатории, Нэй едва не запнулась за первым же поворотом о бесчувственное тело. Не сказать, что она не ожидала подобного, но…

Нэй знала имя этого мертвеца. И только сейчас до нее дошло – она еще не раз и не два наткнется на мертвые тела. И, пожалуй, никто из них не будет абсолютно незнакомым. Нэй почувствовала, что ее охватывает ступор, и едва справилась с оцепенением, раскатывающимся холодом от груди по рукам и ногам: не время, не время скорбеть, приказала она себе.

– Не всматривайся. Настоятельно советую не разглядывать их лица… не лучшее зрелище, поверь, – затормозив на секунду и чуть оглянувшись, сказал тогда Халлард, и НэйЛау поразилась его голосу.

Вроде бы спокойный и все такой же ровный, как до этого, но эта крохотная пауза в середине фразы, этот поворот головы, неожиданно смягчившийся тон в самом конце подсказали, что он не одергивает ее, а… сочувствует.

– У меня все имена и данные айди-карт записываются в хранилище мультитула. Если тебе потом понадобится список, я тебе его предоставлю, – добавил он.

Это тоже было странно: все-таки НэйЛау знала о Халларде по сводкам, и по ним складывался портрет законченного психопата и негодяя, да и предыдущее его поведение не шло с этой картиной вразрез: деловитая собранность и холодность на фоне преувеличенно широкой улыбки и преувеличенной же, неестественной дружелюбности вполне дополняли картину. Алогичность поступков, впрочем, тоже – по крайней мере Нэй большая часть его выходок казалась именно такими. В первую очередь она хотела знать, зачем он ей помогает, но напрямую спрашивать пока опасалась. Хватало того, что все-таки помогает, и на этом спасибо.

Но совету «не всматриваться» все-таки вняла. Особенно когда поняла – безвоздушное пространство и почти полная стерильность научной части купола сохранили тела практически неизмененными за прошедшие сутки с небольшим. Всю картину смерти от отравления и удушья во всяком случае можно было наблюдать, будто случилась она не больше часа назад. Удручающее зрелище.

Нэй несколько раз пыталась обогнать своего невольного провожатого, но «ворона» (ладно, допустим, бывшая «ворона», как он утверждал) ее постоянно одергивал. Обычно довольно спокойно – а иногда и просто обгонял сам, непринужденно хмыкая, так, что Нэй начинала злиться от этой его показной беспечности.

Пока она не поняла, что это не беспечность – и чего на самом деле стоит халлардова мягкая, бесшумная и легкая походка, неожиданная для такого рослого человека. НэйЛау много работала с людьми в последнее время, и привыкла, что люди в целом более размашисты в движениях, чем эльвены – но вспомнила об этом, только когда Артур бесцеремонно схватил ее за руку и потянул назад:

– Куда, стой! Ну что же вы так спешите, мэм… – и сам легко и мягко перешагнул чуть сдвинутую – Нэй увидела это только потом – плиту пола.

– Что там?

– Не знаю, и проверять не хочу. Что-то с электромагнитно фиксируемой начинкой, – он постучал кончиком пальца по виску шлема. – Растяжка, одним словом. Их тут по коридору натыкано что фестивальных флажков перед праздником. А ты… а, черт, у тебя же планшет почти разряжен. Да и со сканером ли он вообще…? Плохо. Постарайся просто смотреть как можно внимательнее под ноги – и по сторонам. А лучше вообще иди за мной.