Эйрик Годвирдсон – Дорога через Урал. Триптих (страница 2)

Женька хмыкнул, хотел было что-то мысленно добавить ко всей этой свистопляске с планами – надо Олега предупредить, что на денек зависнет в дороге, что ли – но тут его из размышлений выдернул резкий окрик:

– Эй, пацанва! А ну стой!

Евгений выскочил из тени за забегаловкой, но увидел лишь коренастого дальнобойщика, тяжело, вразвалку бегущего за тремя пареньками, тощими, что помоечные коты, в одинаковых дешевых спортивных костюмах.

Через минут пять дальнобой – усатый плотный мужик в тельняшке и затертых джинсах, с короткой монтировкой в руках – вернулся, плюнул себе под ноги и, заметив Евгения, посоветовал:

– Ты это, мужик, поглядывай на остановках. Эти вон в бардачке шарили, говнючата малолетние – деньги искали. У Илюхи, друга моего, давеча магнитолу выковыряли. Тачку незакрытую не бросай, одним словом. Да и закрытую… с твоей и колеса сопрут, не побрезгуют!

Дальнобой смерил взглядом женин экспедиционный «Крузер», одобрительно прицокнул и чуть кивнул: мол, машина-то сама по себе хороша, не прощелкай, парень!

– Не успеют, – Женя безмятежно ухмыльнулся. – Я в ней живу в дороге и дальше, чем отлить, редко отхожу.

– Ну-ну. Храбрый… мы вот тоже, – дальнобой пошарил в карманах, выудил папиросы, закурил. – Живем на колесах. А вон как бывает. Открутят не колеса, так дворники или антенну – где за этими зеленозадыми мудаками угонишься потом… гопота!

Женя только пожал плечами. Он не был рохлей или растяпой, нет. Да и пара штуковин «экстренного решения вопросов» у него лежали между сидений, сразу за рычагом ручного тормоза, просто на всякий случай – все-таки Козлов ездил и правда не первый год, а про дорогу через Башкирию в неспокойные «нулевые» и еще раньше, сразу после Разрыва, не говорил только ленивый. Но по своему опыту Женя мог бы сказать, что и через Горный Алтай ни капли не спокойнее ехать, и даже под Иркутском или Пермью можно найти преотличное количество нежелательных приключений, стоит только ослабить бдительность.

Дорога в этот раз, впрочем, была довольно спокойной – даже почти ленивой.

Неприятности – если таковыми не считать звонок начальства – точно решили прилипать в этот раз к кому-то другому, вроде этого усатого дальнобойщика, чудом избежавшего бессовестной кражи. Или того незадачливого мужичка, что на длинном (очень длинном) горном спуске не справился с неведомо отчего взбрыкнувшим, по его словам, автомобилем – потертой старенькой «японкой». Машинку крутануло и выбросило на глинистую плотную бровку в перелеске, обступавшем дорогу; мужичок толкал ее, сколько было сил, но так и не совладал.

Солнечный свет золотыми узкими ломтями ложился на дорогу, просеянный частым сосняком, в кронах заливались птицы, трасса шумела колесами машин, взревывали большегрузы, штурмующие крутые горные повороты и подъемы, и мужик – взмокший, с покрасневшим лицом, обреченно метался подле машины, когда Евгений, мысленно наплевав на истории о «подставах», все-таки притормозил на обочине и поинтересовался:

– Дядь, дернуть?

– Да хорошо бы, – недоверчиво повернулся к нему обладатель легковой «японки». – Вытянет ли…?

Женя только невежливо заржал – его «Крузак» выдергивал без особых усилий соразмерные себе автомобили из вязкой, что смола, грязи, а тут всего-то присевшая на мост «мыльничка», на сухом твердом грунте – одного уверенного рывка хватит.

Так и вышло – точно так же, заметив возню на обочине, притормозил черный «козел» -САЗ1 (удивительно новый и в не менее агрессивной «бездорожной» комплектации, чем женин джип, надо заметить), но дополнительной помощи уже не потребовалось.

– Бездорожное братство, – пошутил водила «Симбира», увидев округленные в некотором испуге глаза владельца легковушки. – У байкеров – дорожное, а у нас бездорожное, понял, ага?

Женя невозмутимо кивнул – хотя видел «козловода», такого же бородатого, как он, парня, вообще впервые.

После незапланированного доброго дела Женька окончательно приободрился – и через полчаса решил, что настало время дел как раз запланированных. Прежде, чем искать поворот к Усть-Катаву, стоило все-таки найти сперва Гному подарок. Карельским-то близким он припас всякого уже, а вот про Олега, балбес, даже не вспомнил.

Женька заглянул было в маленький магазинчик – притулившийся на пятачке земли между соснами, зажатый между железным полуконтейнером – очевидно, то ли складом, то ли еще одной торговой точкой, и – очередной забегаловкой.

Но тут его ждало разочарование – дородная курносая тетка, нестарая, но очень неторопливая, развела руками: свет вырубило. Вчера гроза была, оборвало провода… Касса не работает. Гроза, верно, была – но Женьке и в голову не могло прийти, что она ему подкинет такую пакость.

– Я вам только если без сдачи, если ровнехонько найдете, могу продать что-то. А так я даже не открою кассу, чтоб сдачу-то набрать, – она сонно вздохнула. – И в кафе вам тоже не разменяют, у них та же беда. Дальнобои у них за утро всю сдачу повытянули.

– Жаль, – Евгений вздохнул.

– А куда едете-то? – тетка вдруг оживилась. – Может, я вам просто точку подскажу, где купить еще можно?

– Да еду-то я далеко, но мне еще попетлять придется тут у вас, – уклончиво отозвался Женя.

– Попетлять вам и так и этак придется. Если вы на Уфу пойдете, то… так, погодите, какой у нас нынче день недели, четверг? О, точно! Закрыто там, на дороге. До часу дня точно, а то и до двух. Взрывают гору, дорогу расширяют, – тетка кивнула. – Да вы еще услышите!

Поезжайте пока на озеро, тут километров тридцать, не больше, – она махнула пока рукой куда-то на северо-восток, и Евгений только досадливо крякнул.

Зашел в кафе, яростно порылся в карманах, набирая сакраметальное «без сдачи», взял чаю и три тонюсеньких блинчика со сгущенкой (явно разведенной сиропом) в пластиковой подложке, уселся за руль, вздохнул. Блинчики оказались резиновыми – но разнообразные бутерброды в ярко-желтой пачке с надписью «Подорожник» внушали еще меньше доверия.

Может, и правда на озерцо – а там тушенку на костре погреть, кашу сварить, поесть, как нормальный человек? – спросил у себя Женя. Хмыкнул – и, повернув ключ в замке зажигания, решил: сначала все-таки дело. А потом и на озеро можно.

Но до Усть-Катава все-таки остановился у еще одного из подобных предыдущему ларьков: ими густо, как цветным мусором полоса прибоя, были усеяны обочины трассы – чем дальше Евгений забирался по дороге насквозь через Южный Урал, тем больше их становилось.

Под торговые точки приспосабливали деревянные хибарки а-ля «дачный домик» и складные шатры, полуконтейнеры и жестяные «коробки», сваренные на скорую руку… и Женька не сомневался, что ни у одного из торговцев нет документа на аренду места под торговлю. Потому и не удивился, что в одном из таких «кельдынов» – Женька вспомнил смешное олеговское словцо, которым он называл тесные кладовки и сарайчики – точно так же оставшихся без света после грозы ему свободно продали все, что он присмотрел: видать, за прилавком маялся сам хозяин чудо-бизнеса. У него и кассового аппарата-то не было даже – а сдачу сухощавый мужик с безэмоциональным, точно деревянным лицом отсчитывал из барсетки под курткой. Куртку продавец принципиально не снимал, даже несмотря на летнюю жару.

Женьке сразу понравился нож на берестяной рукояти – клеймо на клинке хвастливо сообщало, что это не что-то там, а настоящая златоустовская сталь. Но соблазнило Женю не столько это, сколько затейливое травление – а еще и в самом деле удобная форма широкого лезвия, да безусловно практичная отделка – наборная береста в ладонь ложилась прекрасно.

Травление же изображало хищно распахнувшую пасть щуку – и Женька не смог устоять. Сибирский колорит – хмыкнул он сам себе под нос. Как урожденный сибиряк – а до жениных десяти лет он сам и его семья жили в Омске – он был неравнодушен к двум персонажам охотничьих и рыбацких баек: лосям и щукам. С лосем ножа не сыскалось, а вот щука тут как тут – скалит воистину динозавровы гряды крючковатых зубов, плещет хвостом, изгибается мощным пятнистым телом… рисунок-травление был хорош, чего уж там. Попробовав на ногте заточку лезвия и оценив вес в руке, Женька пришел к выводу – неплохой подарок получится. Дружище-Гном не только охоту любит, рыбалку уважает тоже.

– Далеко едете? – голос у продавца был хрипло-прокуренный, но интонация вполне дружелюбная.

– Да так, – уклончиво отозвался Женька.

– Антенну не хотите глянуть? В горах-то связь, ну, сами знаете.

– Да у меня вроде есть, – Женька пожал плечами. Это была правда – путешествия без нормального радиопередатчика-рации и соответственно антенны казались ему чем-то не слишком дальновидным.

Что же касается антенн… продавали их здесь, вдоль дороги, в каждом втором торговом контейнере или палатке. «Антенны», «антенны для авто», «антенны и рации», «купи антенну – монтаж бесплатно» – такими вывесками пестрели края дороги ничуть не реже, чем упоминаниями «златоустовских ножей», «малахитовых сувениров», «подарков из натурального природного камня» и горячего кофе.

А когда Женька вышел из сумрачного нутра торгового «кельдына», он немедленно вспомнил давешнего дальнобойщика с монтировкой.

Как в воду глядел усатый.

Кричать, ругаться или бежать следом было поздно – да и догонять уж некого, небольшой спринтерский рекорд две фигуры в темной одежде явно побить успели еще до того, как Женька сумел набрать нужную скорость. Пока Козлов выбирал ножи, кто-то ловко скрутил с его машины ее. Антенну.