Эйб Мосс – Лакомые кусочки (страница 1)
Эйб Мосс
Лакомые кусочки
Abe Moss
MORSELS
Перевод с английского:
В оформлении обложки использована иллюстрация
Morsels
Copyright © 2024 by Abe Moss
All rights reserved
© Мария Акимова, перевод, 2026
© Михаил Емельянов, иллюстрация, 2026
© ООО «Издательство АСТ», 2026
Часть первая. Проникновение
Один
Она сидела на кровати с 9-миллиметровым пистолетом в руке и представляла, каково это – вышибить ему мозги. Насколько ужасно это может быть? Сколько может быть крови? Сколько он продержится на ногах, пока его жизнь не
Она задумалась.
Раньше ей не приходилось никого убивать. Раньше ей и
Однако в глубине души таилось смутное сомнение. Разумеется. В конце концов, она же не была чудовищем. Не была такой, как он. Как все они.
Слабые лучи раннего солнца начали пробиваться сквозь занавески на окнах.
К ее чести, она представляла себе это мероприятие без излишеств. Без мелодрамы. Все должно пройти быстро. И чем быстрее, тем лучше, на самом деле. Меньше шансов, что кто-то помешает. Меньше шансов, что на первый план выйдет мучительное сомнение и заставит ее застыть, будто нервное, грызущее ногти никчемное существо, каким она в действительности и была.
– Это для тебя, – пробормотала она.
Она положила пистолет на колени. Черный полимер на основе нейлона. Крошечная вещица. Десять патронов. Он ей не принадлежал.
Она снова все себе представила. Его тупое лицо. Подняла обеими руками пистолет, направила на стену спальни, зажмурила один глаз и вообразила это тупое лицо, искаженное страхом, – капли пота, подергивающийся рот, осознание.
– Это для тебя, – снова пробормотала она.
Тело задрожало. На глаза почему-то навернулись слезы. Она опустила пистолет, снова положила его на колени и позволила разуму ненадолго отключиться, пока накатившая холодная волна тревоги не спала. Сердце бешено колотилось. Ей нравилось думать, что она готова к этому, уже много лет готова, но только время могло показать, права ли она.
«Да, я готова».
Тыльной стороной руки она торопливо смахнула одинокую слезинку, скатившуюся по щеке.
– Он это заслужил.
Она изо всех сил старалась подавить постоянно мелькавшее сомнение, но это было все равно что держать под водой надутый воздушный шарик. Бесполезное занятие. И пока у нее еще все было под контролем, пока предательская мысль не вырвалась и не превратилась в полноценную идею, она вскочила на ноги и положила пистолет в маленький жесткий чемоданчик, лежавший с откинутой крышкой на кровати. В нем были вещи для одной ночевки.
«Одной ночевки», – напомнила она себе. Успокаивающая мысль.
И, возможно, так много времени даже не понадобится.
Два
Прислонившись к пассажирскому окну, Конни Джейкобсен с надеждой смотрела на пепельные облака, за которыми пряталось полуденное солнце. Они обещали дождь, но за весь день не пролилось ни капли. А она мечтала об этом. О небольшом дождике, который всегда помогал ей успокоиться.
Устав от пустых обещаний небес, она повернулась к водителю и некоторое время смотрела на него. Он был особенно хорош собой; его привлекательное лицо неизменно ее радовало. По нахмуренным бровям и по тому, как он покусывал внутреннюю сторону губы, становилось ясно, что ему тоже отчаянно нужно как-то успокоить нервы.
Он почувствовал ее внимание. Сосредоточенный взгляд метнулся в сторону Конни. Беспокойные губы сложились в застенчивую кривую улыбку.
– Ты что-то хотела?
– Просто любуюсь, – спокойно ответила она. – У тебя такой вид, будто ты о чем-то глубоко задумался. Не могу представить о чем…
– Ммм, – ответил он. – Конечно, не можешь.
Эван Колдуэлл чуть сильнее сжал руль, сделал глубокий вдох и выдохнул медленно и ровно – его способ успокоить нервы, насколько успела узнать Конни. Для него глубокий вдох редко был признаком расслабленности.
Она продолжала смотреть, и он снова взглянул в ее сторону, просто чтобы убедиться. Неловкая ухмылка превратилась в широкую улыбку.
– Чего?
– Расскажи мне, – попросила она.
– Я уже рассказывал.
– Тогда расскажи снова. Если тебе не трудно…
Еще один глубокий вдох, еще один долгий выдох. Эван нервно взглянул в зеркало заднего вида, хотя за многие мили пути по длинным зеленым дорогам юга им не встретилось ни одной машины.
– Просто я уже хочу, чтобы выходные закончились, вот и все.
– Но мы еще даже не приехали.
– Знаю.
– И это всего пара дней.
– Знаю.
– Все будет хорошо.
Конечно, Конни не могла произнести этого с полной уверенностью. Она знала о семье Эвана только то немногое, что он сам рассказывал – причем чаще с горечью. Исходя из всего, что ей
– И что же, по-твоему, в этом
– Ну, то, что рано или поздно все закончится, – сказала она. – Мы выживем. Вернемся домой. Все будет так, как должно быть.
– Да. – Эван слегка прищурился, прокручивая в голове ее слова. – Думаю, можно и так посмотреть.
– Только так и можно смотреть, чтобы не довести себя волнениями до смерти.
Конни отвернулась к окну, за которым по-прежнему проплывала зелень и разнотравье. На таких дорогах трудно представить, что когда-нибудь куда-нибудь доберешься.
Когда они решили остановиться на заправке, в облаках появился просвет и залитая мерцающим солнечным светом станция показалась им спасительным маяком среди тусклых теней – передышкой во мраке. Эван подъехал к первой из четырех колонок. Кроме их машины, тут была лишь еще одна, припаркованная возле круглосуточного магазинчика. Конни предположила, что она принадлежит продавцу, который был внутри. Эван вылез из салона и почти сразу же снова открыл дверцу и заглянул внутрь.
– Тут даже карту некуда вставить, – сказал он. – Придется оплатить внутри. Тебе что-нибудь нужно?
Конни прислушалась к своему мочевому пузырю и попыталась оценить, насколько ему требуется облегчение.
– Как думаешь, мы близко? – спросила она.
– Почти приехали, на самом деле. Минут десять еще. Я бы предпочел заправиться сейчас, а не завтра, когда будем уезжать. А что, тебе нужно в туалет?
– Думаю, смогу подождать.
Надо признать, Конни с некоторой брезгливостью относилась к туалетам на заправках. Даже если бы она верила, что
Эван стоял, наклонившись, у водительской дверцы и улыбался, читая ее мысли, как никто другой.