Евсения Медведева – Его воровка. Я украду твою любовь (страница 5)
— Ты что, думаешь, я испугаюсь? — прошипела она, гордо вздёрнув голову.
— О, угрозы подъехали! Это что? Психологическая атака? Чтобы мне стало стыдно за грубое отношение к женщинам? Чтобы забыл, что это ты, дамочка, забралась в мой дом, а не наоборот, — рассмеялся я. — Мило. Но пока это ты у меня в подвале, кошечка. И если не начнешь говорить, то так и останешься здесь. Надолго… Терпения мне не занимать.
Девчонка задрожала, стала с опаской осматриваться, снова выискивая слабые места… Но глупо искать черную кошку в пустой белой комнате.
— Ладно, — вздохнула она, скрестив руки на груди. — Значит, я пленница?
— Боже, какая сообразительная, — я снова рассмеялся, усаживаясь на диван рядом с ней.
— Тогда обмен? Ты мне — достойные условия содержания, а я тебе — информацию.
— Какие ещё условия? — я приподнял бровь.
— Если ты думаешь, что можешь просто запереть меня здесь и ждать, пока я всё расскажу, то ошибаешься. Ты ни слова из меня не вытащишь, если ещё раз бросишь на привязи!
Боже, какая очаровательная наглость… Она мне условия диктует?
— Ну, давай я погадаю? — я закурил, на всякий случай перестегнув браслет к ножке дивана. — Конкуренты или всевидящее око государства?
Я нарочно провоцировал её, подкидывая самые нелепые варианты. Изучить противника можно, лишь погружая его в безопасную среду.
Она сейчас расслабится, решит, что я тупой идиот, и что со мной можно играть, как кошка с мышкой. Ну а дальше я вернусь, а она случайно окажется голой… Её ангельское личико вспыхнет румянцем смущения, она взвизгнет, начнет прикрывать свои прелести.
Секс, стремительный оргазм, способность мужчин отключаться, и ВУАЛЯ… В наручниках уже я, а от Кисы ни следа…
— Мимо, — дамочка вдруг выдернула из моих пальцев сигарету и сделала затяжку, практически идеально замаскировав отвращение.
Не курит… Нарисовала себе роль и отыгрывает её.
Боже, какая послушная актриса с поразительной ловкостью и сообразительностью.
— Тогда на кого?
Она замолчала. Губы сжались в тонкую линию, взгляд стал стеклянным.
— Ладно, — я махнул рукой. — Сиди и думай, а я ещё не завтракал и не пил кофе. Ты прости, но я незваных гостей не очень люблю, поэтому на завтрак не приглашаю. Говорят, на голодный желудок усиливается мозговая активность…. Думай, Киса! Думай… Иначе этот бункер станет твоим пристанищем надолго.
Развернулся, вышел, захлопнул дверь и повернул массивный замок.
Глава 5
Я была в ужасе… Смотрела на толстенную металлическую дверь, слышала скрежет поворотного замка и не могла поверить, что это все правда. Прозвучал последний стук, и в комнате будто не осталось кислорода…
Ещё никто и никогда не ловил меня вот так! Как тупую овцу, как девочку, залезшую папке в карман. А ведь опыт у меня большой…
Меня забрали из интерната, усадили в черный минивэн, а через час я впервые увидела самолёт. С виду он был крошечным, даже каким-то игрушечным, но салон был похож на королевский номер в дорогом отеле.
Кожаные пухлые сиденья, глянцевые столики, темное дерево, ковролин с высоким ворсом и длинноногие стюардессы. На меня не смотрели, тактично отводили глаза, будто я и вовсе была пустым местом.
Хотелось плакать… Я видела много слез, видела детей, которых привозят на старом ржавом автобусе. Они все рыдали, просились домой, хотели к маме…
Вот и мне хотелось плакать, но только я не знала, что такое дом, и что такое мама. Там мне было проще, но здесь… В этом шикарном самолёте в серых затертых джинсах и цветастом свитере, связанном нянечкой, я очень хотела рыдать и домой, что бы под этим словом не скрывалось.
Я помню тот вечер до малейших подробностей. Столица встретила нас иллюминацией ночных огней, высоченными зданиями, пёстрыми вывесками и длинными пробками… Я пялилась по сторонам, будто оказалась в другой реальности. Дорогие тачки, красиво одетые люди, чистые улицы и сладкий аромат цветущей сирени.
Он привёз меня в небольшую однушку в спальном районе, как только вышел из машины, выбросил небольшую сумку со всеми моими вещами и проводил в новую жизнь…
А наутро я получила новые документы, адрес института, где меня будут ждать, и гардеробную, забитую новым шмотьем. После шумного интерната жить в одиночестве огромного города было странно…
Петухов не появлялся почти полгода. Его помощники привозили мне продукты, записывали к врачу, досконально изучая моё здоровье, а потом началась учеба в институте, и я отвлеклась. Просто перестала ждать, когда же приедет тот дядька и потребует оплатить свою доброту.
И он пришёл… Но оплату потребовал не ту, к которой я готовилась морально. К институту добавились борьба, карате, стрельба из лука, скалолазание и курсы иностранных языков.
Он будто в космос меня готовил! Причем враждебный, суровый и очень опасный.
Но правду не утаить… Сразу после закрытия сессии первого курса Эдуард снова появился в моей квартире. Он не пытался приукрасить уродливую правду, сказал все в лоб…
Меня забрали не от доброты душевной, а во имя собственной выгоды.
Вот тогда и закончилось моё детство.
Он вылепил меня, научил всему, что может помочь достать то, что ему нужно!
Я стала его тенью, его рабыней, его ручной собачкой. Нет… Я стала лошадкой на привязи, гулять которой позволялось исключительно на огороженной площадке.
Шаг влево – расстрел… Шаг вправо – расстрел. Но чтобы усвоить это правило, слов оказалось недостаточно, пришлось ощутить наказание на собственной шкуре.
Мне было двадцать, когда я собрала немного денег и решила сбежать. Месяц разрабатывала план, рассчитывала маршрут, выбирала точки остановок… Но убежала я всего на сорок километров от города.
Меня схватили и забросили в багажник, как вещь! Как нечто бездушное, бесправное, принадлежащее своего хозяину. А после был сырой подвал без окон. Я несколько суток сидела на холодном полу, пока не начала отключаться.
И тогда явился Эдуард… И вот тогда я поняла, что такое принадлежать мужчине. Каждой клеточкой своего тела! Кожа полыхала от хлёстких ударов кожаным ремнём. Он что-то бормотал, стегал меня, а после прижимался губами к пылающей отметине.
Я была дурой… Молодой, наивной дурой. Второй свой побег я планировала три месяца, и даже успела отдалиться на сто километров, вот только итог был тот же самый. Но в этот раз наказание стало другим…
Чем больше я сопротивлялась, чем сильнее он замыкался на мне. Визиты становились чаще и длиннее. Он делал больно, чтобы потом залечить мои раны, чтобы я привыкла, уловила взаимосвязь и перестала бороться с системой. А система — это ОН…
Он — владелец, центр вселенной и устав, который следует неукоснительно соблюдать.
Боже, какой позор… Я через такое дерьмо проходила! Сутками сидела в засаде, без еды, воды и возможности разогнуться. Я знаю все секреты самых богатых людей нашей страны. Этот компромат выжжен на сетчатке глаза. Они все у меня под каблуком! Все! А тут… Попалась какому-то грёбаному Савину из глубинки!
Опустила взгляд на свои запястья, украшенные наручниками в розовой меховой оплётке. Мне даже дурно представить, на скольких шлюхах сие орудие побывало!
— Извращенец! — зашипела, безрезультатно пытаясь стянуть браслеты.
Помещение было красивым, но мёртвым. Ни капли дневного света, ни одного люка приточной вентиляции. Ни-че-го… Камера с какой-то тюремной дверью. А ещё это очень похоже на тот подвал, где я сутками сидела, искупая свою дерзость. Но здесь было сухо, светло и тепло.
И как бы я себя ни успокаивала, как бы ни пыталась найти хоть что-то хорошее в своём заточении, внутри уже назревала паника…
Если не смоюсь — мне конец. Если не выполню задание Петухова — мне хана.
Как ни странно, оба варианта отвратительные. А я жить люблю…
Чуть попрыгала на диване, подложила под поясницу подушечку и закрыла глаза, на случай если Савин наблюдает.
Мне нужно успокоиться и собраться с мыслями…
А вот с этим было труднее.
Тот список из женских фамилий никак не выходил у меня из головы.
Но что меня пугало сильнее — так это Петухов. Он скоро поймёт, что я не просто так не выхожу на связь, и тогда… Тогда он сольет меня, избавится, как от отработанной батарейки.
Мне во что бы то ни стало нужно вернуться в кабинет Савина, чтобы ещё раз изучить документы и вскрыть сейф, возможно, в нём больше информации?
Глава 6
Ледяной душ, чашка крепкого кофе — вот лучшее лекарство от похмелья и ярости.
Она пробралась в мой дом! Мой надёжный, тщательно охраняемый дом!
Первым делом я вызвал начальника службы безопасности, на котором и была ответственность за всю охранную систему, в которой оказалась лазейка. И сейчас Санёк носился по поляне, пытаясь понять, какого чёрта не сработали датчики движения.
Вот он бегает… А я убить его готов, потому что заранее знал ответы, которые он мне принесет. Выросшие деревья, необработанные кустарники, из-за которых и преломился луч. Вот только садовник второй месяц просит у него согласовать дату для стрижки деревьев. Но Санёчек же у нас персона важная, занятая…