Евсения Медведева – Его воровка. Я украду твою любовь (страница 6)
— Сука! — зарычал я и шлёпнул чашкой о столешницу. Брызги осколков рванули во все стороны, а острая боль пронзила ладонь. — Девка… Это просто девка.
Бросился к раковине, подставил руку под ледяную струю воды, смывая розоватые разводы.
— Савин, ты что, решил самовыпилиться? — хохотнул Лютаев, но сориентировался быстро. Отдернул мою руку и крепко перетянул белоснежным полотенцем. — Рано, Сава… Рано.
— Отвали, Никит. Я сейчас не способен переваривать твоё чувство юмора. Приходи завтра.
— Что происходит? Почему Санёк близок к шизофрении, бегает и бормочет, что его скоро уволят? — Никита усадил меня в кресло, чуть наклонился, как делал всегда, выпытывая информацию, которой ты вовсе не планировал делиться. — Зачем ты дяденьку довёл?
— Ты тут каким ветром, спаситель?
— Домой вернулся за документами, а тут Санёк базлает, вот и завернул. Вдруг с другом лучшим чего случилось? А то молчит… На сообщения не отвечает, трубку не берет. Так что произошло? — Никита затарабанил пальцами по столешнице, требуя незамедлительного ответа.
Но вместо подробностей я щёлкнул пультом, включая телевизор, на экране которого вспыхнула онлайн трансляция из подвала.
Засранка рыжая… Развалилась на моём диване, монотонно помахивая стройной ножкой. Поза расслабленная, даже немного скучающая. Я ждал истерики, визга, угроз вызвать полицию, ОМОН, ФСБ и даже ФБР, но вместо этого она медитирует?
— Савин, это что за нимфа в наручниках с розовым пушком? — Лютаев расхохотался и присел в кресло, чтобы было удобнее наблюдать.
— Она вчера влезла в мой дом, так что Санёк не просто так в дурку собирается, а за дело! Чёрт подери, это просто баба! Она что, Никита? В ней и пятидесяти килограмм нет! как она обошла все ловушки-то? А знаешь через что пролезла? Через вентиляционную решетку в котельной! Чёрт, у меня там полторы руки влезет, а эта Кошка протиснулась…
— Савин, а ты не накручиваешь? Может, ты привёз бабу и не справился? Поэтому запер её, чтобы она раньше времени самого Евгения Савина не опозорила, обвинив в половом бессилии? Отсюда и наручники с пушистиками…
— Лютый, у меня башка трещит и без твоих дерьмовых шуточек!
— Тогда рассказывай сначала и не провоцируй мою фантазию, — Никита шлёпнул ладонью по столу, а после подошел и тоже стал рассматривать незваную гостью.
— Когда позвонил Князев, я уже был на пути в Уфу, там после растаможки застряла партия алкоголя, вот я и решил рвануть на машине. Он сумбурно рассказал, что на клуб напали, и мне нужно решить вопрос с ментами, чтобы панику не наводить. Я развернулся, приехал в клуб… Князев в крови, Юлька в панике... Какая там уже Уфа? С ментами я рассчитался быстро, охрана упаковала дебоширов, управляющий бросил все силы на уборку, а я… А я высадил бутылку водки и отправился домой. Вхожу в дом, а там Киса в комбинезоне роется в моих документах. И ты знаешь, она была чем-то так удивлена, что не слышала моего появления! А ты знаешь, я не на цыпочках в свой дом вхожу, особенно под градусом, — толкнул папку по столу, а Никита ловко её перехватил.
— Что это?
— Помнишь, я говорил, что мы хакнули базу Петухова? Так вот этот список оттуда. Оставшаяся часть ещё у пацанов, там кодировка какая-то хитрая, но мы над этим работаем. Очень скоро мы узнаем все, что скрывает этот придурок.
— А это что за перепись населения? — Никита листал страницы, и чем дальше он вчитывался, тем чаще вскидывал на меня встревоженный взгляд. — Это что, список его любовниц? Сорок пять человек? Да в жизни не поверю… Любовник из него так себе.
— Даже спрашивать не буду, откуда ты знаешь о том, каков Петухов в постели. Но я сначала так же подумал, Лютый… Неделю голову ломал, искал их по всем базам. Но из этого списка мне удалось найти лишь процентов двадцать. Двадцать процентов живых душ! Остальные – галочка в системе. Да, родился, да, поменял паспорт… А потом – провал.
— Савин, что ты за человек такой, а? Говори прямо уже!
— А потом мне пришлось изучить каждого человека отдельно. И вот тут начались чудеса… Оказалось, что в их биографии есть лишь одно пугающее совпадение – они все выходцы из интернатов и детских домов. Крошечные городишки, ветхие здания, скудное финансирование… Это не столицы, не региональные центры, а посёлки!
— И что?
— Лютый, а вот теперь ты не тупи. Это часть списка, тут почти пятьдесят женских фамилий, лишь двадцать из которых реально существуют в нашей стране, остальные либо сменили фамилии сами, либо их вымарали из системы. И тут я начал копать реальных… Оказалось, что в ста процентах случаев они работают на Петухова и его команду. Секретари, уборщицы, офис-менеджеры…
— Ну, работа неплохая. Осталось только понять, кем работают другие восемьдесят процентов? — Никита начал расхаживать по кухне, попутно ударяясь кулаками в стены. — Ты что… Ты хочешь сказать, что Петухов выкупает из детских домов девок и встраивает их в механизм своего бизнеса?
— Ну, давай признаемся, что женщины, в отличие от мужчин, закрывают куда больше потребностей. Вариативность бесконечна, учитывая, что мы можем анализировать только малую часть. И что-то мне подсказывает, что эта женщина-кошка одна из них.
Я вновь подошёл к телевизору, но моя гостья до сих пор не билась в истерике, и это меня напрягало. Кто же ты такая?
— Ты хочешь сказать… Что кто-то знал о том, что ты уезжаешь? Поэтому эта дамочка была так спокойна?
— Так точно…
Хмель стал сползать после третьего стакана холодной воды. Лютаев молчал, прожигал меня взглядом, словно чувствовал, что я близок к разгадке.
И вдруг вспомнилось утро… Я бросил охраннику, чтобы забрал у курьера документы, сам сказал, что вернусь только завтра…
— Чёрт! — рванул вон из дома прямо через террасу. Перепрыгнул через живую изгородь и трусцой побежал к посту охраны.
Вскоре меня нагнал Лютаев, и вместе мы были похожи на двух чокнутых: я в пижамных штанах, а мой друг в дорогущем костюме.
— Тимур! Дружище! — взмыл по железной лестнице вверх, ворвался в комнату охраны, чуть ли ни силой сталкивая главного. — Быстро покажите мне запись ворот за вчерашнее утро.
— Хорошо… — мужики были растеряны, но спорить и тыкать под нос своими правилами не стали.
— Стоп! — я зафиксировал время, когда моя машина показалась у ворот. — А теперь покажи другие ракурсы в это время?
Бинго… На экране стали вспыхивать кадры, внимание привлёк въездной шлагбаум, у которого стояла красная спортивная тачка.
— Это кто, Тимурчик?
— Новенькая… Сняла дом на всё лето, риелтор оставил конверт с пропуском. Приехала вчера утром в сопровождении грузовика, — Тимур указал на небольшой фургон. — Выехали они довольно быстро, я даже чай не успел допить, будто пустой был.
— Имя есть? — нахмурился Лютаев.
— Никит, ты правда считаешь, что она тут под своим именем? Лучше номера машины срисуй, передай Санёчку, путь поработает, пока очередь в дурку не подошла.
— Ну а как мы будем искать, куда она заселилась? Тимур, ты знаешь дом?
— Нет, — охранник нахмурился и побледнел от страха.
— Лютый, ты много в нашем посёлке видел красных «Камаро»? — я рассмеялся и выпрямился, растягивая напряженные мышцы. — Ну что, пробежимся по посёлочку?
— Зачем бегать, Евгений Андреевич? — подал голос молоденький парнишка, все это время сидевший в углу. Он встал и прокрутил рукояткой камеры, быстро пролистывая виды. — У нас под наблюдением почти каждая улица…
— Стоп! — Никита ткнул пальцем в экран, где в самом уголке, спрятавшись за пышными кустами живой изгороди, торчал красный бампер.
— Это рядом с моим домом!
— Ну, тогда пробежимся? — Лютаев стиснул зубы и первым выскочил из каморки.
Нужный дом мы нашли быстро. Дверь была заперта, но вот заднее окно, выходящее к озеру, было приоткрыто. Первым в дом запрыгнул я, потом и Лютаев.
— Весело… — мы прошли мимо пустых чемоданов, до сих пор стоящих в коридоре. — Ну, тут всё ясно. Грузовик, чемоданы – всё липа. Она специально приехала, а ты, Савин, сам ей рассказал, что вернешься только на следующий день.
— Да… Но не всё тут липовое, — подопнул ногой валяющийся на полу телефон, а после поднял и присвистнул, потому как на экране значилось почти полсотни пропущенных звонков от одного и того же абонента. — Номер знакомый?
— Ну, давай проверим? — Лютый достал свой телефон, переписал цифры и нажал зеленую кнопку, после которой на экране вспыхнула фамилия, о которой мы думали, но вслух произнести не решились.
— Петухов…
Глава 7
Время тянулось старой рыхлой жвачкой.
Я раз сто обошла комнату, играя с удачей, но сегодня она от меня отвернулась… Ни единого намёка на окно, потайную дверь. Ни зацепок, ни полок, чтобы взобраться и спрыгнуть на Савина, когда он вновь явится искрить скотским чувством юмора.
Хотелось загрызть его, придушить гада! Уничтожить!
Не отпустит он меня, потому что не дурак. Но и убивать не станет, потому что не животное. Он – бизнесмен… И спастись я могу, только предложив ему что-то взамен.
Грёбаная тюрьма… Идеально ровные стены, идеально белый потолок. Хоть и подвал, но пахнет чистотой и чем-то сладким.
Это помещение мне мешает думать! Но парадокс в том, что, сколько бы я не напрягалась, ясно одно — мне нужно попасть в кабинет Савина! Мне нужно внимательно изучить документы и понять, что это за списки, и почему они настолько важны Эдику.