Эвилина Миллер – Урок для директора школы (страница 2)

Затем в учительской появилась высокая женщина с идеальной осанкой. Казалось, что она идёт по подиуму. Женщина слегка улыбнулась сидящим перед ней учителям в такой манере, будто бы она Анджелина Джоли на ковровой дорожке, а вокруг фанаты, радующиеся каждому её жесту. Увидев свободное место, она элегантно села, и перед моим взором предстала длинная толстая коса из чёрных волос. Что здесь забыла эта дива? Перепутала Каннский фестиваль со школьной линейкой?

Учительская постепенно заполнилась до отказа. В ней стало так шумно, как и в каком-нибудь классе с пятиклассниками, когда учитель вышел. Но голоса резко смолкли, и я сразу поняла почему.

– Добрый день, коллеги. Ещё раз с праздником, – начал Роман Маркович, заходя в кабинет.

Послышались слова ответного приветствия. Роман Маркович обвёл собравшихся взглядом. Я спряталась за спинами молодых учителей. Такое дежавю нахлынуло, будто мне пятнадцать и я прячусь во время урока физики, чтоб меня не вызвали к доске.

– Все на месте? Надеюсь, что да, – Роман Маркович слабо улыбнулся. – У нас, насколько я знаю, есть в коллективе новые учителя. К сожалению, ещё не было возможности познакомиться, потому что летом я сначала был в отпуске, а потом на симпозиуме.

Я пригнулась ещё ниже. Может, под стол спрятаться?

– Анна Сергеевна, – обратился он к заместительнице, – представьте новых педагогов коллективу?

– Здравствуйте, я Абашев Виктор Анатольевич, – послышался мужской голос, и светловолосый парень лет тридцати встал со своего места. – Учитель математики. Первое место в конкурсе «Учитель года» среди школ Центрального района, серебряный медалист в соревновании среди учителей математики «Косинус», почётный член жюри в летнем математическом лагере «Всезнайка» на олимпиаде по ментальной арифметике…

– Спасибо, Виктор, за такое подробное представление, – прервал его директор с ошарашенным видом, – очень приятно, что человек с таким энтузиазмом и любовью к своему предмету пришёл к нам работать.

– Первое место по сборке кубика Рубика на соревновании среди преподавателей интеллектуального клуба «Intellect Club», – быстро договорил Виктор и сел на место.

Повисло молчание.

– А второй учитель здесь?

Я поняла, что тянуть бессмысленно. Ну не убьёт же он меня за глупую шутку? Я встала и улыбаясь ему заговорщически, произнесла:

– Екатерина Евгеньевна Морякова, учитель английского.

Я продолжала улыбаться ему, ожидая, что он меня поддержит, но лицо директора изменилось:

– Вы учитель? – его брови сдвинулись, а голос стал таким суровым, как будто он сейчас скажет: «Вызову твоих родителей!»

Остальные повернули головы на меня, не понимая, что происходит.

– Да, я учитель, – ответила я, – извините, что подыграла вам, когда вы приняли меня за старшеклассницу.

Послышались удивлённые оханья и смешки учителей.

– Вы понимаете, что я был готов школу на уши поставить? Ведь в одиннадцатом «А» сказали, что никакой новенькой с фамилией Морякова у них нет. Я подумал, что либо мы что-то напутали, либо это несанкционированное проникновение в школу! Вы считаете так должен себя вести учитель?

– Да, – кивнула я с энтузиазмом, – то есть, нет.

– Екатерина Евгеньевна, вы сюда веселиться пришли или работать? Кстати, сколько вам лет?

– А вы как думаете? – вырвалось у меня. – Вообще-то невежливо спрашивать у женщины о возрасте.

Меня утомил этот допрос. Почему нельзя просто замять тему? Ведь это он ошибся, а не я.

– Так, понятно. Екатерина Евгеньевна, сегодня после совещания я попрошу вас помочь в облагораживании школьной территории.

– Что? – не поняла я.

– Нужно собрать мусор, оставшийся после линейки, и подрезать кусты на школьном дворе. А я потом проверю.

Вот шутник. Я хихикнула, чтобы поощрить его чувство юмора, но лицо директора оставалось серьёзным.

Кто-то покашлял, кто-то уставился в телефон.

– Вы что, серьёзно? – выпалила я.

Глава 2

Я стояла в учительской под взглядами новых коллег и не верила, что директор всерьёз хочет заставить меня облагораживать территорию первого сентября.

– А почему вы удивляетесь? Конечно, серьёзно. Александра и Павел, покажите Екатерине Евгеньевне, где что лежит. Вы же у нас в прошлый раз этим занимались, – обратился он к парню и девушке, сидящим передо мной.

– Хорошо, – кивнули они.

– Но… – в замешательстве выдавила я, а Роман Маркович уже перешёл к другой теме.

Не понимаю, почему я должна выполнять работу дворников, садовников или ещё кого-то? К тому же в праздничном платье. Может вообще сразу уволиться? Хотя быстро сдаваться я не привыкла.

После совещания ко мне повернулась Александра:

– Ну что, пойдёте с нами к завхозу?

– Зачем?

– За мусорными пакетами, за ножницами для кустов, – закатила она глаза.

– А почему я должна… – начала я, но Павел меня перебил.

– Идёте или нет?

– Ладно, – проговорила я, вставая, – лучше бы он нового математика попросил. Может, у него ещё и сертификат по ландшафтному дизайну завалялся?

Математик, кажется, услышал эту фразу, потому что состроил такое лицо, будто я сломала его кубик Рубика. Мы вышли из учительской и направились к завхозу, где меня снабдили всем необходимым.

– Такого я совсем не ожидала, – продолжила я ворчать.

– Вы поосторожней в следующий раз, – сказал Павел.

– Да, это Роман с виду такой милашка, а так с ним не забалуешь, – добавила Александра.

– А вы какие предметы ведёте? – поинтересовалась я.

– Информатику, – сказала Александра.

– Историю и обществознание, – сообщил Павел.

– Вы считаете, что это норма, чтоб учитель таким занимался, да ещё и первого сентября? – не унималась я.

– Не знаю, – безразлично пожала плечами Александра и поправила белые локоны.

На вид она была совсем молоденькой с большими голубыми глазами и кукольным лицом.

– Я с вами, в общем-то, согласен, – проговорил Павел, – что это неправильно. Но здесь считается, что всё должны вносить свой вклад на благо школы независимо от должности. Особенно новички, тем более молодые.

Я фыркнула. Похоже на дедовщину. Сегодня меня застали врасплох, но больше я на такое подписываться не собираюсь. Либо пусть вносят эти обязанности в трудовой договор с дополнительной оплатой.

Вышла на улицу с мусорным пакетом в руках. На крыльце и на школьном дворе всё ещё кучковались дети и родители. А я, значит, должна заниматься уборкой у всех на глазах? Мне кажется, что это подрыв авторитета. Хотя было бы что подрывать.

К счастью, намусорить сильно не успели: валялось только несколько бумажек, и отклеившиеся от девчачьих украшений бусинки и бантики. Но наклоняться в узком платье мне совсем не понравилось. В какой-то момент после очередного наклона я подняла глаза вверх, будто там было написано, за что мне такое наказание.

Я тут же заметила знакомую фигуру в белой рубашке у окна на втором этаже. Роман Маркович наблюдал за мной с серьёзным видом и, в отличие от меня, не отпрянул от окна, а продолжал смотреть, как ни в чём не бывало. Я подождала несколько секунд в надежде, что он улыбнётся и махнёт рукой, даст знак, что можно заканчивать. Но тщетно.

Пришлось переходить к следующему заданию – кустам. Я достала из пакета огромные ножницы, которые оказались такими тяжёлыми, что потянули меня вниз. Сколько им лет? Их что достали из школьного музея по истории Средних веков?

Окинула взглядом растительность во дворе. А кустов-то оказывается очень много. Никогда не задумываешься о количестве кустов, пока тебе не скажут их подстригать.

Орудовать этими ножницами я смогла только держа их обеими руками. На удивление, ветки легко поддавались и быстро отлетали от острых лезвий. Звук ножниц ввёл меня в какое-то медитативное состояние. А ещё я смогла выплеснуть свое раздражение на торчащие ветки.

Могла ли я представить, когда переводила переговоры с приближёнными министра обороны Мьянмы, что потом буду изображать садовника на школьном дворе? Хотя, когда один из людей министра отвёл меня в сторону и предложил поехать к нему в номер отеля за бусы из слоновой кости, я бы всё-таки предпочла взять в руки садовые ножницы и что-нибудь отрезать.

– Что вы делаете?! Остановитесь! – отвлёк меня от мыслей крик с нотками паники.

На меня надвигался директор с сильно взволнованным лицом. Я посмотрела на куст и прикусила губу. Оказалось, что пока вспоминала свою предыдущую работу, обкорнала куст чуть ли не до корней.

– Екатерина Евгеньевна, вы зачем куст испортили? – Роман Маркович подошёл ко мне и с такой скорбью посмотрел на валящиеся на земле ветки, что мне захотелось его обнять, похлопать по спине и сказать, что всё наладится.