Эвилина Миллер – Урок для директора школы (страница 11)

– Нет, конечно.

Повисла короткая пауза, после чего Роман Маркович продолжил:

– Я тут ещё раз пересмотрел то видео и подумал, что вам сегодня и правда было тяжело. Дети часто относятся к учителям без эмпатии, особенно к новым. Они могут быть довольно жестоки. Я вынудил вас решать эту проблему самостоятельно, а ведь всё произошло по моей вине.

Вот уж не ожидала, что директор сам станет звонить и беспокоиться. Пусть продолжает.

– Спасибо за беспокойство, Роман Маркович. Мне, конечно, было не по себе от всех этих взглядов и смешков, но я не из тех, кто впадает в панику. Я же знаю, что не сделала ничего плохого.

– Я рад, что вы стрессоустойчивы. Другой новичок мог бы просто сбежать.

– Хм, нет, это не про меня. Тем более, когда в школе такой эмпатичный директор. Только, подождите… Зубарёв же удалил видео при мне! Как вы его снова посмотрели? Или кто-то опять выложил?

– Я его скачал, – произнёс Роман Маркович немного виновато.

– Но зачем? – растерялась я.

– Честно, не знаю. На всякий случай, – ответил он и замолчал.

– Ну я думаю, вы это сделали, чтобы оставить доказательство для родителей Зубарёва.

– Да-да, именно так, – директора устроило оправдание, которое я ему придумала.

– Как ваше состояние?

– Нормально. Завтра выхожу. А то без меня сразу все расслабляются.

Хотелось съязвить, почему Анна Сергеевна не следит за порядком или её только мой внешний вид интересует, но промолчала.

– Отлично, буду вас ждать. Точнее, мы все будем вас ждать.

– Хорошо, Екатерина, – быстро проговорил Роман Маркович. – До завтра.

Мы попрощались, а я так и сидела весь вечер с глупой улыбкой на лице. Ничего не могла с собой поделать. Ну приятно мне его внимание и всё! Это ж не трудовик со странным запахом, а весь такой положительный и привлекательный директор школы. Да, чрезмерный перфекционист и не может до конца делегировать обязанности, но у всех свои недостатки.

На следующий день в школу я шла в отличном настроении. На первом этаже сразу заметила Ксению, которая мило беседовала с Анной Сергеевной. Я поздоровалась с обеими. Ксения отошла от заместительницы директора и спросила:

– Вам удалось вчера всё уладить?

– Да, спасибо. Номер директора мне очень пригодился.

Вдруг к Ксении подбежал мальчик лет восьми.

– Мама, ты мне деньги на экскурсию забыла дать!

– Я сама Василисе Михайловне переведу. Иди на урок, – ответила она ему.

– Ну ладно, – мальчик убежал.

Я проводила его взглядом. Ксения улыбнулась и модельной походкой пошла в сторону лестницы. Я же медленно переваривала услышанное и увиденное. Это её сын. Интересно, имеет ли он отношение к директору? Скорее всего. Вот почему Роман Маркович взял её на работу – у них общий ребёнок. Это многое объясняет.

– Екатерина Евгеньевна! – услышала я голос Анны Сергеевны. – Пройдите ко мне в кабинет.

Этого ещё не хватало. Но я повиновалась и пошла за ней.

– Вы зачем понаставили двоек восьмому классу? – начала она, как только дверь её кабинета закрылась за нами.

– Потому что они не слушали тему, болтали, сидели в телефоне. Я рассудила, что они всё знают, но правильно ответили лишь единицы.

– Так делать нельзя! Вы должны исправить двойки.

– Они могут пересдать, тогда я рядом поставлю новую оценку.

Именно так и делали, когда я сама училась.

– Куда столько двоек?! – перешла на крик Анна Сергеевна. – Вы считаете, что можно лепить в журнал всё подряд? Родители будут недовольны!

– Но разве не учителю решать, какую оценку ставить? – произнесла я, опешив. – Понятно, что родители могут быть недовольны, но это их проблемы и проблемы детей, которые ничего не делают на уроке.

– Вы будто с луны упали! – снова накинулась заместительница директора. – Нам скандалы не нужны. Во-первых, зачем портить статистику английским? Это не математика. Во-вторых, завучу уже звонил отец девочки из этого класса. Лично звонил. А он, между прочим, зам заместителя помощника вице-губернатора по образованию! Думаете, он станет долго терпеть такое?

– Во-первых, не надо на меня повышать голос, – процедила я, чувствуя, как меня начинает потряхивать от напряжения, – я не собираюсь ставить пятёрки тем, кто не знает мой предмет. Смысл тогда в моей работе?

– Екатерина Евгеньевна, – Анна Сергеевна попыталась говорить спокойнее, – начало четверти и уже двойки. Так не делается.

– Двойки же только у тех, кто их заслужил. Тем более я только за, если они всё пересдадут.

Я покосилась на часы, висящие на стене. Мне бы уже пойти в свой кабинет, а то скоро урок начнётся.

– Извините, но мне надо готовиться к уроку, – сказала я, – я могу идти? И, кстати, первый урок как раз у восьмого класса.

– Мы с вами так ничего не решили, – Анна Сергеевна не сдвинулась с места, – вы пока подумайте над моими словами. Идите.

Она вздохнула и села в кресло с деловым видом. Хорошо, что директор – не она. А то пугает меня какими-то замами замов.

Восьмой класс уже толпился у кабинета. Краем глаза заметила, что кое-кто стоит с распечаткой неправильных глаголов и повторяет их шёпотом. Я удовлетворённо улыбнулась и открыла дверь.

– Начнём с проверки, – сказала я, – пять глаголов на пятёрку. Кто хочет начать. Пока по желанию, потом буду вызывать.

На этот раз примерно половина ответила на «четыре» и «пять». Особенно те, кто вызывался сам. Дальше я пошла по списку.

– Кристина Цветкова.

Девочка встала с места с таким видом, будто я подняла её с лежака на пляже. Перед ней лежал список глаголов, который ей, видимо, передал одноклассник.

– Переверни, пожалуйста, свои подсказки. Подглядывать никуда не надо.

Кристина цокнула языком и слегка его отодвинула.

– Я попросила перевернуть.

Она закатила глаза и сделала, как я прошу.

– Ну что, в прошлый раз ты не смогла ответить «wear». Начни с него.

Девочка принялась ворочать головой в поиске подсказок. Не найдя таковых, произнесла:

– Wrote, wrote.

– Нет, – я покачала головой, – следующий.

– Всё! Я отвечать не буду. Вы меня спрашиваете самое сложное. Почему меня не спросили глагол «have» или «do»?

– В чём проблема выучить все глаголы?

– Там слишком много!

– Я тебя спросила один из самых распространённых глаголов. «Wear» как переводится?

Кристина напрягла лоб.

– I wear school uniform every day, – привела я пример.

– Я ношу школьную форму каждый день, – быстро проговорила она, – а-а, «носить».

– Вторую и третью формы можешь вспомнить?

Кристина опять напряглась, но на этот раз ничего не выдала.