Эвилина Миллер – Психотерапевт (страница 12)

– Правда? Мне тоже. Вот бы писать там с натуры, а не по фотографиям…

– Я рад, что у тебя есть мечты. Это говорит о том, что ты не сдалась. А это уже много.

Мы сели за стол. Мне польстила его оценка, только внутри кольнуло: жаль, что это не Андрей. Вот бы он говорил мне такие слова. Но даже секундная грусть не прошла мимо внимания Алекса.

– Что такое? О чём думаешь?

Я взяла в руки меню, потому что не знала, что ему сказать.

Он повторил:

– Не слышу ответа.

Я подняла глаза:

– Ты оценил моё творчество. Если честно, я даже почувствовала вдохновение. Но обидно, что близкие не допускают мысли, что это важно для меня.

– Ты о муже?

– Ну да.

– Я спрошу прямо. – Алекс серьёзно посмотрел на меня. – Ты о разводе не думала?

Я опешила.

– Давай не будем об этом.

– Почему же? Ты моя пациентка, и если я вижу, что кто-то мешают твоему эмоциональному равновесию, усугубляет твоё подавленное состояние, то спрашиваю: не хочешь ли ты устранить эту проблему?

– Я… Я даже не разрешаю себе и думать об этом. Слишком сильно его любила и мысль о расставании для меня смерти подобна. Сейчас, конечно, наша жизнь уже не та… И он не тот, что раньше. Но я уверена, что когда-нибудь наши отношения наладятся.

– Как раньше не будет, – отрезал Алекс с раздражением в голосе.

Мне даже стало не по себе от его взгляда. В нём промелькнуло что-то зловещее. По спине пробежал холодок, и я поерзала на сиденье. Подошла официантка:

– Уже выбрали?

– Венский кофе со сливками, – проговорила я.

– А мне двойной эспрессо, – сказал Алекс. – Может, хочешь десерт?

– Я на диете, – ляпнула я.

Он улыбнулся.

– Тогда всё.

Официантка забрала меню и удалилась. Алекс снова смотрел на меня лукаво.

– Ты отлично выглядишь. Тебе идёт эта прическа.

– Спасибо. – Я почувствовала, как жар прилил к лицу.

– Думаю, тебе бы ещё пошла красная помада.

– А ты эстет.

– Да, я ценю всё красивое. Поэтому и сижу здесь с тобой.

Я прищурилась, ища подвох в его словах. Но он был серьёзен.

– Ты достойна большего. И твой талант не должен пропасть. Подумай над этим.

– Я подумаю над тем, чтобы снова писать картины. Но дети и быт отнимают время. Хотя это отговорка. Было бы вдохновение…

– Оно у тебя будет.

– Откуда ты знаешь?

– Я умею читать между строк. А в тебе достаточно строк, чтобы разглядеть, куда всё идёт.

– Надеюсь, ты прав, – сказала я и после паузы продолжила: – Ну а ты? Ты один? У тебя нет девушки? Ты был женат?

Алекс ухмыльнулся и посмотрел в сторону:

– У меня нет жены или девушки, – сказал он ровно. – Понимаешь, я каждый день погружаюсь в чужие мысли и чувства, разбираю их по полочкам. Когда видишь людей насквозь, романтика исчезает – остаются только схемы, зашитые в сознании.

Алекс встретился со мной взглядом:

– Поэтому я никогда не искал ничего… серьёзного. Если знаешь, как человек устроен, заранее видишь все его страхи и слабости. Скучно. Предсказуемо.

Его голос звучал как у человека, уставшего от чужих секретов. Но в следующую секунду он улыбнулся, едва заметно, и в этой улыбке промелькнула искра, которую я раньше не видела:

– С тобой правда всё выглядит иначе. Хотя я и могу считать тебя, это не отталкивает, а притягивает ещё сильнее и заставляет меня чувствовать, что я живой.

Он сказал это тихо, почти шёпотом, и у меня внутри затрепетало чувство, будто я действительно могу быть для него особенной.

Я отпила кофе. Что я делаю? Кажется, он пытается соблазнить меня.

Алекс прильнул к столу, потянулся рукой к моему лицу.

– У тебя сливки на губах. Я бы, конечно, не против убрать их по-другому.

– Прекрати, – сказала я, но не сдержала улыбку.

Я отвернулась к окну, делая вид, что рассматриваю улицу.

– Кстати, как дела с сыном? Вернула ему телефон?

Я повернула голову:

– Да, последовала твоему совету. Только, кажется, зря. Сегодня он всю ночь не спал – сидел в телефоне. Из-за этого у меня с утра испортилось настроение. Я уже не вывожу.

Брови Алекса сдвинулись.

– Всю ночь не спал? – повторил он. – Слушай, Диана, может, это даже к лучшему.

Я нахмурилась:

– К лучшему? Он же вымотан.

Алекс чуть подался вперёд, понижая голос:

– Пусть занимается тем, что ему важно. Насильно ты его не удержишь. А если попробуешь, он только отдалится ещё больше. Разве хочется, чтоб он ещё сильнее замкнулся в себе?

– Но как же школа? – вздохнула я, вспоминая утренний скандал. – Что, по-твоему, мне делать?

Он задумался, на губах промелькнула почти ласковая улыбка:

– Да, школа, режим… Ты всегда будешь о нём волноваться. Но иногда лучше на время отпустить, чем весь день биться головой о стену. Поверь, он не делает ничего «против» тебя – просто ищет то, чего ему не хватает.

Внутри у меня всё сжалось. Я сама не знала, чего мне не хватает в отношениях с сыном.

Алекс, будто почувствовав мою растерянность, вновь улыбнулся.

– Я думаю, твой мальчик очень… способный. Он же твой сын. Ему стоит открыть побольше возможностей. Надеюсь, ты не будешь стоять у него на пути.

Слова прозвучали как-то медленно и чуть отдавали напряжением. Я подумала, что Алекс интересуется моим сыном больше, чем его собственный отец. Или он таким образом хочет расположить меня к себе?